Чтение онлайн

– Совершенно верно. Я пробрался через окно. Он сидел ко мне спиной. Это было совсем нетрудно сделать. Ушел я тем же путем.

– Через окно?

– Разумеется.

– И когда это случилось?

Делангуа заколебался.

– Дайте подумать. Я разговаривал с кем-то из сторожей где-то в четверть седьмого. Я слышал, как пробили церковные часы. Следовательно, произошло все в половине седьмого.

На губах полковника появилась мрачная улыбка.

– Вы совершенно правы, молодой человек, - проговорил он.
– Именно в половине седьмого. И, должен заметить, это совершенно особенное убийство.

– Почему?

– Слишком много людей признаются в нем.

Делангуа затаил дыхание.

– Кто еще в нем признался, сэр?
– Он безуспешно старался, чтобы голос его прозвучал ровно.

– Леди Двайтон.

Делангуа откинул голову и рассмеялся деланным смехом.

– Леди Двайтон подвержена истерии, - небрежно произнес он.
– На вашем месте я не стал бы придавать значения тому, что она говорит.

– Думаю, что так и поступлю, - ответил Мелроуз.
– Но в этом убийстве есть еще одна особенность.

– Какая?

– Леди Двайтон призналась, что застрелила сэра Джеймса, а вы - что закололи его. К счастью для вас обоих, он не был заколот или застрелен. Ему размозжили голову.

– Бог мой!
– воскликнул Делангуа.
– Женщина не могла сделать этого!..

Он замолчал и прикусил губу. Мелроуз кивнул с едва заметной улыбкой.

– Часто читал о таком, но никогда не встречался в жизни.

– О чем вы?

– О паре молодых идиотов, каждый из которых берет вину на себя лишь потому, что думает, будто преступление совершил другой. Теперь придется начинать сначала.

– Камердинер!
– воскликнул мистер Саттерфвейт.
– Эта девушка только что... я просто не обратил внимания... Она боялась, что мы подозреваем Дженнингса. У него должен быть мотив, о котором нам неизвестно, но известно горничной.

Полковник Мелроуз нахмурился, потом позвонил: "Спросите у леди Двайтон, достаточно ли хорошо она себя чувствует, чтобы спуститься вниз еще раз?"

Все молча ждали прихода леди. При виде Делангуа она вздрогнула и оперлась обо что-то рукой, чтоб не упасть. Мелроуз поспешил ей на помощь.

– Все в порядке, леди Двайтон, не пугайтесь.

– Я не понимаю, что делает здесь мистер Делангуа.

– Лаура, Лаура, зачем вы это сделали?
– Делангуа подошел к леди Двайтон.

– Сделала что?

– Я знаю. Это из-за меня. Вы думали, что я... Вы ангел!

Полковник Мелроуз прокашлялся. Он был из тех, кто с неодобрением относится к проявлению эмоций.

– Если позволите мне сказать, леди Двайтон, вам обоим повезло. Делангуа появился как раз затем, чтобы, в свою очередь, "признаться" в убийстве. Но не волнуйтесь, все в порядке - он его не совершал. Однако нам надо знать правду. Достаточно всей этой чепухи. Дворецкий сказал, что вы входили в кабинет в половине седьмого, - так?

Лаура взглянула на Делангуа, он кивнул в ответ.

– Правду, Лаура. Вот что нам сейчас нужно.

– Я скажу, - вздохнула леди Двайтон и опустилась в кресло, которое торопливо пододвинул мистер Саттерфвейт. Я действительно спускалась вниз. Открыла дверь кабинета и увидела...
– Она замолкла и судорожно сглотнула.

– Да, вы увидели...

– Муж лежал на письменном столе. Я увидела его голову, кровь... О боже!- Она закрыла лицо руками.

– Извините меня, леди Двайтон. Вы подумали, что мистер Делангуа застрелил его? Она кивнула.

– Простите меня, Поль, - умоляюще произнесла Лаура, - но ведь вы сказали... сказали...

– Что пристрелю его, как собаку, - мрачно проговорил Делангуа.
– Я помню. Это было в тот день, когда я узнал, что он дурно обращается с вами.

– Должен ли я понять, - твердо проговорил полковник, что вы снова поднялись наверх... э-э... ничего никому не сказав? Вы не трогали тело, не подходили к письменному столу?

– Нет, нет. Я сразу выскочила из комнаты.

– Так, так. И во сколько это было? Не помните?

– Когда я вернулась в спальню, было половина седьмого.

– Следовательно, в шесть двадцать пять сэр Джеймс был уже мертв? Выходит, эти часы уловка? Мы так и подозревали. Нет ничего проще передвинуть стрелки часов на любое нужное время, оставив их в таком положении. Этот факт, пожалуй, сужает круг до дворецкого и камердинера, но я не верю, что это был дворецкий. Скажите, леди Двайтон, Дженнингс имел зуб против вашего мужа?

– Не то чтобы зуб, - Лаура подняла голову, - но только сегодня Джеймс сказал мне, что уволил Дженнингса. Он обнаружил, что тот занимается мелким воровством.

– А! Вот оно! Дженнингс потерял бы работу и не получил рекомендаций. Для него это очень серьезно.

– Вы что-то сказали про часы, - проговорила Лаура Двайтон.
– Есть возможность узнать точное время - у Джеймса наверняка были золотые часы, он обычно брал их с собой на гольф.

– Это мысль, - медленно проговорил полковник.
– Но боюсь... Кертис!

Инспектор понимающе кивнул и вышел из комнаты. Минуту спустя он вернулся, держа на вытянутой ладони небольшие часы в форме мяча для гольфа - их покупают любители гольфа и носят на цепочке в кармашке для мячей.

– Вот они, сэр, но сомневаюсь, что это что-нибудь даст. Часы хорошо защищены.

Полковник взял часы и прижал к уху.

– Тем не менее, они встали.

Он нажал пальцем, и крышка часов открылась. Внутри стекло было разбито.

– А!
– взволнованно воскликнул полковник.

Стрелки показывали ровно четверть седьмого.

– Отличный портвейн, полковник Мелроуз, - сказал мистер Квин.

Было половина девятого, только что закончился ужин в доме полковника. Мистер Саттерфвейт был просто в восторге.

– Я оказался прав, вы не можете отрицать, мистер Квин. Вы встретились нам, чтобы спасти двух неразумных молодых людей, которые так безрассудно сунули головы в ловушку.

– Разве?
– возразил мистер Квин.
– Я ничего не сделал.

– Просто не возникло необходимости, - согласился мистер Саттерфвейт.
– Но она могла возникнуть. Это было просто потрясающе. Никогда не забуду момента, когда леди Двайтон произнесла: "Я убила его!" Даже на сцене я не видел ничего более драматичного.