Чтение онлайн

– Расслабь левую руку, – скомандовал он. – Большой палец упри в гриф, остальные согни возле струн. Вот так. Держи запястье прямо. Это аккорд ля минор. Самый распространенный, с которого начинает каждый гитарист. Состоит из нот: ля, до, ми.

Поверх моих пальцев он положил свои и прижал к струнам. Я чувствовала спиной тепло его тела и щекочущее дыхание на шее. Меня тут же начало накрывать чувство вины перед погибшим парнем. Паника смешивалась с раздражением.

Трынь!

– Серж, я не хочу учиться играть на гитаре. Выпусти меня из своего капкана! – взбунтовалась я.

– Нормально-нормально. У тебя хорошо получается… А это аккорд ре мажор. Встречается часто, и для него нужны только четыре нижние струны. Вот так.

Он уткнулся подбородком мне в плечо и тихо запел, у него был приятный голос. Я заслушалась и перестала брыкаться. Серж передвигал мою руку по грифу вместе со своей и показывал, как зажимать струны в следующем аккорде. И в этот момент на кухню зашел Айвэн, бросил на нас мимолетный взгляд и занялся приготовлением чая. Потом повернулся, не прекращая полоскать пакетик в чашке, и посмотрел на нас пристальнее, с каким-то странным выражением лица. Мне даже стало неловко, и я опустила глаза на струны. Дэн давился смехом: он-то знал, что я умею играть. Может, даже получше Сержа.

Стас повернулся от плиты и тоже посмотрел на нас. Потом отошел к окну и переплел темные волосы в новый аккуратный хвостик, ухмыляясь:

– Серж, ты всех девчонок учишь игре на гитаре именно так: прижавшись к ним грудиной и положив голову на плечо?

– Конечно, – невозмутимо ответил музыкант, – такова моя авторская методика.

– И как? Есть положительные результаты?

– Обижаешь!

– Может, с Троцким тоже попробовать этот метод? А то он что-то стремно играет, – засмеялся Стас, и Троцкий запустил в него пластиковую бутылку с дешевым кетчупом. – Никак не может все аккорды запомнить, – продолжал ржать наш повар, уворачиваясь от летевших предметов.

Мы все засмеялись, но не Айвэн. Еще некоторое время он собирал с собой перекус, состоящий из безвкусных хлебцев и крекеров, а потом, прихватив кружку, молча ушел в свою комнату и продолжил стучать там по клавишам ноута.

– Круто вчера оторвались, а, Мармеладка? – сказал Серж, отпуская меня. Он снова вернулся к своему голубку Троцкому.

– Ага, было весело. Стас, давай я помогу тебе.

– Только я отвлекся, ты уже испарилась. – Серж картинно надулся в притворной обиде.

Я чувствовала, что он и Троцкий рассматривают меня, когда встала к ним спиной возле плиты. Хотя разглядывать нечего: я была одета в свободный спортивный костюм – в толстовку с капюшоном и в длинные штаны. Не стала отвечать ему, только насмешливо фыркнула. Стас начал раскладывать на тарелки собу в соевом соусе с курицей, а я относила порции на стол.

Через пару минут мы принялись за еду, но одна тарелка так и оставалась нетронутой.

– Позовите кто-нибудь этого задрота, – сказал Антонио.

– Эй, Иван! – крикнул Константа. – Иди сюда, хватит кодить! Сейчас все остынет, а Стас старался!

– Я схожу за ним.

Отложив вилку, я пошла в маленькую комнату. На черном экране Айвэна буква за буквой появлялся разноцветный код. Гений программирования, кажется, вообще никуда не собирался.

– Идем. – И потрясла спинку его стула.

Он даже не повернулся в мою сторону.

– Сейчас. Мне осталось немного, чтобы закончить.

– Спасибо за уху, было вкусно.

Я увидела, что его скулы дрогнули, будто он еле заметно улыбнулся. Наверное, опять вспомнил, какой помятый у меня был вид утром! А еще то, что я к нему приставала с поцелуями. Может, Айвэн врет?

Спустя пару минут мы зашли на кухню вместе и сели ужинать с парнями. Они разговаривали о предстоящем турнире по Доте.

– У вас уже есть официальный статус киберспортсменов? – спросила я, наматывая гречневую лапшу на вилку. – Где-то попадалась новость, что теперь нужно сдавать нормативы по кликам мышкой, чтобы попасть на соревнования.

– Спрашиваешь! – усмехнулся Серж. – У меня самые быстрые и проворные пальчики… Если ты понимаешь, о чем я!

– А у Стаса есть даже особый статус – «Самая быстрая рука Российской Федерации».

– Пошел ты, Троцкий!

По кухне прокатились смешки.

– Что это за игра вообще?

– Никогда не играла в Доту 2? – удивился Стас.

– Нет.

– Если вкратце, – вызвался объяснять Константа, – в игре друг другу противостоят две стороны: темная и светлая.

– Прямо как в реальной жизни, – хмыкнула я.

– Да. Задача команды уничтожить всех оппонентов и разрушить вражеские строения.

– Приходи к нам почаще, Мармеладка, я научу тебя играть, – промурлыкал Серж. – Покажу тебе своего розовенького Инвокера [21] .

– Даже боюсь спросить, что это такое, – улыбнулась я, опустив взгляд в тарелку.

За разговорами мы разобрались с ужином, и пока пили чай, парни договорились отдать большую часть завтрашнего дня тренировкам. Их настрой на победу был серьезным, потому что финалистам обещали приличное денежное вознаграждение. Даже не подозревала, какие астрономические суммы разыгрывают в таких мероприятиях!

Я помогла Дэну помыть посуду. Айвэн при этом бросал на нас расслабленные, благоговейные взгляды, будто ему нравилось, что мы с Дэном хозяйничаем. После чего завалились в большую комнату для просмотра фильма. Константа уступил нам с Дэном свою кровать, сам же приземлился на расположенное рядом ложе Стаса вместе со своим худощавым другом. Айвэн сел на кровать с Сержем возле окна, а Троцкий, как царь, вытянулся в гордом одиночестве на своей.

– Серж, задерни шторы, а? – попросил Антон. – Фонарь прямо в глаза светит.

Тот послушно подпрыгнул, закрыл жалюзи и опустил на окно темную ткань, но потом медленно повернулся и сказал сладким голосом:

– Я думаю, Троцкий специально попросил меня подняться, чтобы все вы еще раз могли полюбоваться моим идеальным прессом и красивой спиной греческого бога.

– Заткнись, Серж! – крикнули в один голос остальные.

Он, тихо посмеиваясь, запрыгнул на свою кровать.

– Завидую его самооценке, – пробубнил тихо Стас.

– Боюсь, чтобы достичь такого уровня самолюбования, тебе потребуется пересадка всего тела, – ответил Серж.

В него прилетело что-то вроде пауэрбанка, и он наконец-то угомонился.

Мы смотрели приключенческий фильм о космосе. Дэн изредка наклонялся к моему уху, тихо комментируя ляпы режиссеров. И в эти моменты в полумраке комнаты я ловила взгляд Айвэна.

Воскресенье. Я сидел на кровати, сложив ноги по-турецки, слушал музыку в наушниках и следил за работой отладчика. Где-то в коде возникала ошибка, и я пытался ее найти. Вообще-то примерно догадывался, где именно она появлялась, поэтому поставил точку прерывания в интересующий меня кусок кода. Надеялся найти ее побыстрее, но меня постоянно что-то отвлекало. Точнее, кто-то.