Любовный марафон
Шрифт:
— Ничего другого, папа, я от тебя и не ожидала, — ответила она.
— Люси, нам пора! — заторопил ее Ян.
Бедняга Ян, он был явно расстроен всей этой заварухой. Люси кивнула, и они вновь пошли вниз.
Они были на последней ступеньке лестницы, когда появилась представительница семьи жениха.
— Ян! — Это была его мать, красивая и элегантная Майра Макинтош, терпеливо поджидавшая их у парадного входа. — Что все это значит?
Ян растерялся, и Люси заговорила первой:
— Миссис Макинтош, вы не представляете, как я сожалею о случившемся! Это не то, о чем вы подумали. В самом деле, это совсем не то… Если бы я не ошиблась…
— Дорогая, на самом деле должен извиняться Ян, — сухо прервала ее Майра.
— Нет…
— Извини, мама, — машинально проговорил Ян.
— Потом поговорим. Да найди же ей хоть какие-нибудь туфли, Ян! — Миссис Макинтош посторонилась, пропуская их к массивной входной двери гостиницы, которую уже держал открытой мужчина — о боже! — в килте! — Было приятно встретиться, дорогая, — произнесла она им вдогонку.
Благополучно миновав дверь и оказавшись на свежем воздухе, Люси взглянула на Яна.
— Приятно было встретиться… Найди ей туфли… — Люси рассмеялась. — Вашу маму, похоже, все это не сильно взволновало. Такое с вами часто случается? Она уже привыкла натыкаться на босоногих женщин, выбегающих из вашей спальни после бурной ночи?
— Нет, не очень часто, — ответил он, понизив голос и жестом показывая ей говорить потише.
Оглядевшись, Люси увидела толпу гостей у входа. Многие стояли под зонтиками, что не мешало им держать наготове рис, чтобы обсыпать им молодых. Люси попыталась улыбнуться, но гости смерили ее презрительными взглядами, словно у нее на лбу красовалась надпись: «Шлюха».
Люси махнула рукой. Хорошо одетая матрона презрительно засопела, а стоявшая рядом с ней женщина закрыла ладонью глаза дочери.
Люси быстро свернула за угол и пошла к автостоянке. Ну и вляпалась! Хуже не придумаешь.
А ведь Ян предупреждал, пытался отговорить ее от этой безумной затеи. Теперь вот расхлебывай.
— Знаете, Ян, отец мне постоянно твердит, что я безответственный недоумок, который понятия не имеет, как надо жить. Похоже, он прав.
Ян нагнулся и взъерошил ей волосы. Она этого никогда не любила, а особенно сейчас.
— Не стоит все принимать так близко к сердцу, — тихо проговорил он. — Ведь эти люди вас совершенно не знают. Завтра они о вас не вспомнят.
— Зато они хорошо знают вас, Ян, и сейчас небось судачат: «Кто эта сумасшедшая рядом с Яном Макинтошем? Посмотрите, на ней его рубашка! Она босая и непричесанная!» — Люси тяжело вздохнула. — Боюсь, что вам от них порядком достанется.
— И поделом — оба виноваты.
— Приятно это слышать, — сказала она, лукаво улыбнувшись. — Я очень благодарна вам за то, что вы поддержали меня там, на лестничной площадке. Может, мама и выскажет вам свое недовольство, но, с моей точки зрения, вы поступили очень благородно.
— Это единственное, что я мог для вас сделать.
Она засмеялась и, обогнав его, подбежала к джипу. Смех мгновенно замер у нее на губах, лицо помрачнело. Не обращая внимания на усилившийся дождь, Люси смотрела на огромную дыру в брезентовой крыше своего джипа, на разбитое ветровое стекло… Чем же это? О господи! Вафельницей! Никелированное приспособление для выпечки вафель врезалось в приборную панель и там застряло.
Люси оглянулась. На крыше соседней машины валялся тостер, на другой — снова вафельница и осколки фарфора. Люси подняла голову и увидела балкон на четвертом этаже, прямо у себя над головой.
— Опять эта Стеффи, — пробормотал Ян и раскрыл над Люси зонтик. — Ваш джип оказался прямо под апартаментами жениха и невесты.
Пока Люси с ужасом осматривала свою машину, Ян просунул руку через разбитое окно и вытащил с заднего сиденья сумку с вещами.
— Можно я отвезу вас домой?
Ей очень не хотелось обременять Яна.
Проклиная все на свете, Люси прижалась к дверце своего любимого джипа, не замечая, что дождь лил как из ведра и она промокла до нитки. Ни туфель, ни ключей, ни машины, ни репутации… И все из-за какого-то дурацкого романчика. Почему другие спокойно заводят любовные интрижки и им хоть бы что? А она единственный раз отважилась на это и теперь всю жизнь будет раскаиваться!
— Если вы еще не передумали… я была бы очень благодарна…
Надо признать, что находиться в компании Яна Макинтоша весьма приятно.
У него большой удобный седан, в котором Люси обсушилась бумажным полотенцем и вдоволь напилась минеральной воды. Она удобно устроилась на месте рядом с водителем и стала смотреть в тонированное боковое стекло. Если бы можно было вернуться на сутки назад и начать все снова!
Но уж если затевать любовную интрижку, то только с Яном. Люси окинула его быстрым взглядом. Он не только необыкновенно красив, но и благороден — не побоялся заступиться за нее и предложил отвезти домой.
Она откинулась на спинку сиденья. Возможно, бывают любовники и покруче, не ей об этом судить, но, с ее точки зрения, Ян просто неотразим.
Сейчас они приедут к ней домой.
Вообще-то любовным интрижкам полагается быть безликими и безымянными. Они не должны ставить вашу жизнь с ног на голову и приближаться к парадной двери, вторгаясь в ваше жилище.
Люси неохотно впускала мужчин к себе в дом. У нее был недостаток: она не любила класть вещи на место, и потому ее нижнее белье было разбросано по всему дому.
Она снова взглянула на Яна. Должна она пригласить его к себе или не должна? Как принято поступать в подобных случаях? Если бы знать!
А вообще пора встряхнуться! Что из того, что она вступила в интимные отношения с незнакомым мужчиной? Что из того, что теперь вся семья ненавидит ее? И что из того, что теперь, после этой заварушки, отец никогда не отдаст ей компанию, которую она должна была возглавить еще несколько лет назад?
— Черт возьми! — прошептала Люси.
— Вы что-то сказали? — спросил Ян, убавляя звук радиоприемника.
— Мне надо переодеться. — Она повернулась к заднему сиденью и пододвинула дорожную сумку. Так… носки, туфли, пижамные брюки…
— Если мы попадем в аварию, ваш вид никого не удивит, — сказал Ян, глядя, как она переодевается.
— Нам только аварии не хватает, — проворчала Люси, вынимая из сумки расческу. — Внимательно следите за дорогой, ладно? — Она опустила щиток и взглянула на свое отражение. Ужас! Лицо бледное, помятое, волосы спутаны. Люси порылась в сумке и нашла две шпильки. — Ну и видок! Видела бы сейчас меня моя мама!