Любовный треугольник
Шрифт:
— Но я же учусь с ним в одном классе, — отвечал юноша. Мне лишь только оставалось пожимать плечами на такие странности одноклассника.
Сегодня вечер так же был солнечным, но я продолжала изо дня в день носить с собой зонтик. В это время года погода была особенно непредсказуемой. Но пока не наступили дождливые дни, я буду нежиться под лучами солнца. Я буду довольно щуриться, смотря в ослепительную лазурь небес, буду играючи ловить пальчиками невидимые лучи солнца, буду… Отрываться от земли? Стоп!
Пока я стояла у ворот учебного заведения, кто-то в наглую схватил меня за шкирятник и потащил вперёд! Испугавшись от неожиданности, я начала дрыгать ногами и ногтями больно цепляться в кожу чужой руки. Но осознание того, что мне ничего плохого не делают — только тащат — усмирило мои попытки вырваться.
— Успокоилась? — раздался над моим ухом больно знакомый, но редкий голос.
— Дайки, в чем дело? — невольно, мой голос сорвался на возмущенный крик. Больше зло приходило не из-за своеобразной манерой поведения юноши, а из-за смеющихся глаз учащихся, что устремились на нас.
— Ты идёшь со мной, — сказал как отрезал.
Голос его ничего не выражал, а в моём положении я даже не могу взглянуть на него — рука смуглокожего мешала запрокинуть голову. И потому, нельзя было даже предположить, что творится в его голове. Невозможно было понять, какую эмоцию он испытывает.
Пока он так меня «нес», было время поразмыслить. Скорее всего, он на меня за что-то обиделся. Хочет утащить в безлюдное место и побить. Возможно ли, что он за пять минут, пока я стояла на улице, узнал правильные ответы на тесты. «А ведь я, дура, забыла предупредить его, что не сильна в уроках». Я указывала ему не те ответы и он рассердился?
— Дайки, у меня есть ноги, — я не выдержала так висеть и молилась, чтобы меня отпустили. Даже уже страшно не было. — Я не убегу.
— Да мне не тяжело, — холодно сказал парень.
— Зато мне не удобно!
— Разве не ты меня благодарила за то, что я тебя так утащил в класс?
Он что, издевается? … Похоже, что да — мне показалось, он усмехнулся в конце предложения. Но, все-таки опустил на землю.
Когда мои ноги почувствовали землю, я быстро сделала два шага в сторону, на всякий случай, и шла уже поодаль.
Я взглянула на него, но, как и предполагалось, все равно не могла прочитать ни одной эмоции в лице. Зато, это был мой шанс разглядеть его. Каждый день я видела его в разных майках. По одним только обнаженным рукам можно было понять, как хорошо была развита его мускулатура. Дайки был действительно высок. Под два метра… И я такая иду рядом… Со своими сто пятьдесят пять. Но мне не верилось, что он тащил меня как перышко. Я не была худышкой, но толстой меня тоже назвать было тяжело.
Наконец-то, Дайки остановился перед закусочной. Я остановилась вместе с ним и не понимающе взглянула на двери, которые он открыл передо мной. Было ясно видно, что ему не особо то нравилось вести себя как джентльмен. Невольно, уголки моих губ поползли вверх.
— Так и будешь лыбиться или зайдешь? — грубо спросил он. Но моя улыбка все равно не исчезла и я вошла.
— Что всё это значит? — спросила я. Молчание мне было ответом. Юноша махнул мне рукой в сторону свободного столика, а сам пошел на кассу.
В любом заведении моим любимом местом было у окна. Часто, мне хотелось одиночества. Дома давили стены, и я пряталась от мира в таких вот кафешках. Покупала, как правило, газировку и, садясь в уголке, довольствовалась маленькими радостями жизни. Я любила людей и общество. Но точно так же любила и отдыхать от всего этого.
Но не сегодня. Этот вечер я проведу в компании с хорошим человеком.
А этот человек уже шел сюда с подносом. Я ожидала всего… Но никак не шесть бургеров Терияки с двумя колами.
— Я не знал, что ты любишь, — сказал он, садясь напротив. «В таких случаях еду выбирают более разнообразную», — пронеслось в моей голове. Но, к счастью, язык был вовремя прикушен. Что бы не задумал этот юноша, было приятно. И грубить ему — обозначало показать свою невежливость и невоспитанность. Таким человеком я не являлась.
Мои глаза долго буравили его взглядом, требуя объяснений или причин. Дайки же взял один из бургеров и быстро стал его съедать. Мне показалось, он нарочно избегает моего взгляда. Желудок предательски заурчал и я смущенно опустила взгляд. Сдалась. Руки потянулись к Терияки.
— Это тебе за тесты, — вдруг сказал Дайки так и не обратив на меня своего взора.
Так это все всего лишь из-за тестов? Может, он услышал, как я требовала мороженное у товарищей и тоже решил «заплатить» за помощь? От такой мысли стало не по себе. Не хотела быть в чьих-то глазах человеком, который продает помощь за еду. Я же… пошутила.
— Не любишь? — спросил Аомине, видя, как моя рука повисла в воздухе над бургером.
— Нет, просто неожиданно.
В тот день, на баскетбольной площадке, разговор с ним шел своим чередом. Но сейчас вновь вырос какой-то барьер. Из-за меня — это точно. Хотелось спросить его о чем-то. Но лицо парня казалось раздраженным. Потому я и была не уверена в своих словах. Долго строила в голове предложения, но они застревали в горле.
А может быть… Я просто привыкла быть одной и молчать в таких заведениях?
— Из-за меня Сакураи начал доставать тебя? — вдруг спросил он.
— М? — вопрос был весьма неожиданным. И застал он меня в момент пережевывания пищи, отчего над нами нависла тишина.
– Нет. Я сама его расспрашиваю.
— Обо мне?
— Почти. К концу уроков он начинает быть мрачным. Вот я и сама докопалась до него. Потом уже и узнала, что из-за тебя, — Дайки промычал что-то и отвернулся к окну. Теперь моя очередь продолжать разговор. — Почему ты тренировки пропускаешь?
Юноша перевел свой взгляд на меня. Сейчас я смогу понять одну вещь из его ответа: если ответит как в первый раз, значит его Аомине смотрел на меня как на назойливого комара… как в первый раз. Если же ответит на вопрос — можно считать, что наше знакомство перешло на новый уровень. А он сидел и думал, по какому пути пойти. Но молчание затянулось на слишком большой промежуток времени. Может, нужно его подтолкнуть?:
— Если не любишь баскетбол, может уйдешь из секции?
Наверное, это было зря. Он стал еще суровее прежнего.
— Я люблю баскетбол больше, чем кто-либо из секции. Уже и не помню, когда начал им заниматься. Оставаясь сильнейшим из своей команды, мне легче тренироваться в одиночку. Они же лишь путаются под ногами. Если хочешь стать сильнее в шахматах, ты же не станешь играть против новичка.
— Если ты самый сильный, отчего же быть еще сильнее?
— Есть тот, кого я хочу обыграть.