Любви все особи подвластны
Шрифт:
– Не может все остаться по старому, ты глубоко запала мне в сердце, - принц был удивлен силе воли этой девчонки. Не было ни истерик, ни слез, ни рыданий. Он невольно сравнил ее с Лаксией, которая бы устроила вселенский скандал, и тяжело вздохнул, - дай нам время во всем разобраться, проверить наши чувства. Ты мне нужна Кларис и очень нравишься, а если Боги одарят ребенком, ему будут нужны оба родителя. Это все изменит в нашей жизни. Мне становится ужасно тоскливо, когда понимаю, что ты завтра покинешь меня.
– Это необходимо, - Кларис встала, натягивая на себя покрывало, - мне нужно получить знания, - и не весело усмехаясь, добавила, - и еще принять ванну. Кушать тоже ужасно хочется.
– Да, не помешало бы, - Анри, довольный, что скандала и разборок не будет, лениво потянулся, - пообедаем на маленькой террасе. Пусть нашу комнату и постель приведут в порядок. Родители захотят убедиться в твоей невинности. А, платья в шкафу, прислужницы тебе помогут нарядиться. Мне тоже нужно переодеться. Встретимся через час. Ты, как себя чувствуешь?
– Живот внизу немного болит, а так все хорошо, - пожала она плечиком, и ушла в ванную. Мужчина с восхищением посмотрел ей вслед, но не стал задерживать. Пусть отдохнет. У них есть в запасе еще одна ночь.
Но, уединиться им не дали. Пир продолжался, и Король на нем хотел видеть сына и его супругу. Княгиня пыталась расспросить дочь о прошедшей ночи, но Кларис мило улыбаясь, отмалчивалась, принимая смущенный вид.
– Все хорошо, мама, поговорим позже. Принц был учтив и осторожен.
Целый обед гости вкушали изысканные яства, а вечером начался бал. Княжне было приятно узнать, что ее супруг не плохой кавалер в танцах и с удовольствием составляла ему пару. Она переоделась в серебристое платье, под цвет глаз, волосы были уложены в сложную прическу, а украшения надела свои, более скромные. Кларис пару танцев подарила Стефану, но поговорить с ним не получилось, очень сильно гремела музыка.
Уже поздно вечером, когда Анри и Кларис решили не заметно удалиться, предвкушая прощальную ночь, принцу прямо в коридоре передали послание, перевязанное алой ленточкой. Он быстро пробежал глазами по торопливо написанным строчкам, и, злясь, разорвал на клочки, сжимая их в кулаке.
– Плохие новости?
– принимая безразличный вид, спросила супруга, - тебе не нужна моя помощь, как мага?
– Прости, но мне придется уехать, - он смело посмотрел ей в глаза, а она сердцем ощутила его страдания и смятение, - завтра в дорогу тебя проведет Стефан с воинами. Но, я, как только освобожусь, обязательно навещу тебя, - он притянул к себе не сопротивляющуюся княжну и крепко поцеловал.
– До встречи, Кларис. Я не хочу прощаться. Мы скоро увидимся, - принц резко развернулся и, не оборачиваясь, быстро зашагал к лестнице. Она смотрела ему вслед, пока мужчина не скрылся.
– Он ушел к ней, - грустно вздохнула княжна, - значит, мое время закончилось. Что же она ему написала, что он так легко отказался от нашей последней ночи? Да, мне еще многое нужно познать в обольщении мужчин. Жаль, что этому не учат в Академии.
Наутро Кларис была одета в костюм наездницы. С родителями она простилась во дворце, и Стефан с друзьями проводил княжну до портала, который отправит девушку в Мир ее мечты. Принц после пира был не разговорчив, и только, когда подъехали к месту назначения немного ожил.
– Меня с собой заберешь?
– шутил он.
– Если не хочешь затеряться во Вселенной, то лучше отойди, как можно дальше, - княжна была настроена серьезно. - У меня специальная печать на серебряной пластине, и зачарована на мою энергию. Она не даст ошибиться, а тебя может отбросить неизвестно куда. Вот получишь разрешение Магистрата на посещение Академии, тогда буду рада видеть.
– Мне надо свою светловолосую дикарку искать, - нервно хохотнул Стефан, - найду ее, и ты нам всем подаришь бессмертие.
Принц не ожидал от себя, что так глупо выболтает тайну семьи, но слова назад не заберешь.
– Я?
– удивилась княжна, - ты считаешь меня Богиней? Но, и они не приносят такие дары людям. Это не в моей власти! Что ты себе вообразил? Кларис хотела еще возмутиться, но серебряный вихрь, вырвавшийся прямо из земли, заставил девушку поторопиться. Портал почувствовал ее магическую печать и заработал.
– Прощай Стефан, - быстро проговорила она, - передай Анри, что я все понимаю, и не обижаюсь на него. Пусть поступает, как ему подсказывает сердце!
Княжна прижала к груди сумку с вещами и решительно шагнула в свою мечту.
***
Замок Академии был окружен земляными валами с бастионами и рвами с водой. По углам огромного каменного строения возвышались четыре башни, выступающие прямо из стен. Пятая башня с аркой в середине считалась единственным входом, если не знать тайных подземных путей. Вокруг всех строений и двора была выстроена крепостная стена с бойницами. Древний замок защищал Дух Адамисто, он давал силу и энергию любому начинанию, управляя всеми конфликтами и сражениями.
После принятия адептов на первый курс Академии, поступивших расселили по комнатам. В одну из таких помещений попали три девушки, так как профессора посчитали их равными по силе.
– Я Кларис, - первой представилась новым подругам княжна, не озвучивая своего титула, - из Мира Венхор.
– Меня зовут Тиная, - сверкнула черными глазами девушка с чуть заметной татуировкой на щеке, - мой истинный Мир не известен, пока.
– Я Николь, - милая улыбка тронула губы светловолосой красавицы, - Мир моих предков мне не ведом, я росла в лесных угодьях Венхора. Можете звать меня Лесной Девой.
Откровенного разговора не получалось. Девушки сильно переволновались перед поступлением, поэтому больше отмалчивались, рассматривая свое будущее жилище, раскладывали вещи в шкаф и тумбы, что стояли у каждой кровати. Не большой стол и три стула примостились у свободной стенки. На одном окне висела штора из крепкого шелка, и это было единственное украшение комнаты.
– Здесь не очень уютно, - присела на край кровати Кларис, ощупывая постельное белье, - очень жесткое одеяло.
– Двор замка тоже смотрится уныло, - выглядывала в открытое окошко Николь, - мало зелени и цветов нет. Звери странные ходят похожие на больших собак, или на маленьких медведей. Будем надеяться, что они не опасны для нас.