Чтение онлайн

Сохраняя чувство собственного достоинства, Моника заставила себя быть с Элси холодно вежливой, давая понять, что она выше откровенного хамства гостьи. Манекенщица же действовала по принципу: положи в рот палец, я тебе и всю руку отхвачу.

Комфортабельная капитанская каюта с большой двуспальной кроватью обостряла удручающее чувство одиночества Моники. Ее печальный взгляд помимо воли обращался на другую половину постели, дорисовывая детали незавершенной картины. Мнимая помолвка не выходила у нее из головы. Девушку одолевали греховные мысли о близости со Стэном.

Не в силах заснуть в одну из ночей, Моника накинула халат, пригладила непокорные золотистые волосы. Босиком, чтобы было прохладнее, она вышла на палубу, желая подышать свежим ночным воздухом.

Над головой мелькали причудливые силуэты летучих мышей, гнездящихся в густых ветвях деревьев, растущих вдоль всего побережья. С берега доносились пронзительные крики каких-то полу ночных птиц. Глядя на небо, Моника замерла от восхищения. Рассыпанные по небосводу звезды были на много крупнее и ярче, чем на юге; под ними прочерчивали невидимый орбитальный след искусственные спутники. Она прислонилась к переборке в тени капитанского мостика и отдалась спокойному созерцанию.

Перед тем, как вернуться в каюту, Моника захотела выпить чего-нибудь прохладительного. Подойдя к деревянным ступенькам, ведущим в камбуз, она замерла.

Широкоплечая фигура Стэна появилась на пороге каюты Джеральда. Он тихо прикрыл за собой дверь и направился к небольшой каюте, где теперь блаженствовала Элси. Приблизившись, он покрутил дверную ручку.

Сердце Моники сжалось от ревности, когда дверь открылась и выглянула девица в прозрачном черном пеньюаре, сквозь который ясно просвечивала безукоризненная фигура. Они тихо обменялись какими-то словами, и Стэн вошел в каюту.

Моника не верила своим глазам. Боже! Что можно делать у этой особы поздно ночью? Впрочем, чему же удивляться,— хищная красотка с момента появления на катере откровенно вешалась Стэну на шею. И все же девушка испытала настоящий шок — откровенный туалет Элси предназначался отнюдь не для деловых разговоров.

Нетвердо ступая, Моника вернулась на палубу; она глубоко дышала, стараясь утихомирить бешеное биение сердца. Ощущение было такое, что у нее вот-вот начнется приступ. С сердечком у нее явно что-то не в порядке, но это не органическая аномалия. Причина ее страданий эмоционального характера. Пора признаться самой себе — она безоглядно влюблена в Стэна. От этого признания, кажется, стало чуть легче. Ее влюбленность объясняла, почему она так странно вела себя всякий раз, когда Кэмп приближался к ней, и почему при виде Стэна, входящего к Элси в каюту, ей захотелось отлупить эту смазливую развратную дрянь.

Как она могла оставаться такой слепой и такой наивной, позволив себе отдаться во власть любовной стихии? — недоумевала Моника, упав в шезлонг и глядя на освещенные луной берега.

Но разве в ее силах приказать сердцу оставаться равнодушным, даже если она знает, что Стэн не ответит такой же сильной любовью? Мимолетный флирт с ней ли, Моникой, с Элси ли ради удовлетворения своих мужских порывов для него дело естественное. Более глубокое чувство он считает предательством памяти Лил. Моника испытывала невыразимую скорбь, словно от утраты самого дорогого в жизни.

Она не помнила, сколько просидела на палубе, и, лишь ощутив полное душевное изнеможение, вернулась в каюту. Что ей снилось, она тоже не помнила, но когда проснулась, увидела: подушка промокла от слез.

Встала Моника поздно и многое отдала бы, чтобы не выходить из каюты. Ей была невыносима мысль о встрече лицом к лицу со Стэном. Но прибежал Джеральд и стал уговаривать ее отправиться на берег вместе со всеми. Отказываться было нельзя, иначе ее поведение вызвало бы тьму подозрений.

Увидев, куда они причалили, Моника пожалела, что не осталась на катере под любым пред логом.

— Зачем мы сюда вернулись? — с недоумением спросила она, оглядывая скалистый берег, где Стэн чуть не овладел ею после истории с крокодилом.

Я не закончил съемку на водопаде, когда тебе потребовалась моя помощь.

Еще вчера Моника разрумянилась бы от счастья, вспомнив, что в то утро произошло между ними. Теперь же, зная, с кем он провел ночь, хотелось навсегда стереть из памяти вкус его поцелуев, прикосновение рук к своему обнаженному телу. Но память не желала отступать: воспоминания обрушились как лавина с гор.

Джеральд полез наверх водопада вместе с отцом.

Я посижу в тени,— тихо проронила Моника.

Только не подходи к воде,— раздался встревоженный голос Стэна.

Не беспокойся, больше я не буду искушать судьбу.

Элси сладко потянулась.

Наверное, я тоже здесь останусь. Для спортивных упражнений слишком жарко, по крайней мере, для аэробики.— Она наградила своего ночного гостя таинственной улыбкой, очевидно намекая на то, какими «упражнениями» она предпочла бы с ним заняться.

Стэн невозмутимо улыбнулся в ответ.

Каждому свое, Элси. Постарайся ничего не натворить, пока меня не будет.

От кошачьего взгляда девицы Монике стало не по себе.

Когда тебя нет, это не трудно. Желание набедокурить возникает, когда ты рядом,— промурлыкала красотка.

Крепись,— коротко бросил Стэн и повел Джеральда к скале.

Это не для меня.— Элси вытянула длинные ноги и принялась со всей тщательностью намазывать их лосьоном для загара.

Перед Моникой живо возникла другая картина — Стэн, смазывающий ей царапины мазью. Она с трудом заглушила готовые вырваться рыдания, но Элси тут же насторожилась.

Что-нибудь произошло?

Я почти не спала ночью и чувствую себя разбитой.

Девица нагло заметила:

Должно быть, оттого, что невыносимо все время притворяться.

Притворяться?!

Конечно! Вы из кожи вон готовы вылезти, доказывая, что Стэн вас безумно любит. Сегодня ночью он сказал мне...— Она приложила ладонь ко рту, якобы вовремя спохватившись...— Но мне запрещено говорить лишнее.

У Моники перед глазами пошли круги. Как он смел, болтать о ней, лежа в постели с этой потаскушкой?

Что же такое секретное он сказал?

Да ничего. И так каждому ясно, что вы совсем не идеальная пара. Как вам удалось заставить его сделать предложение — притворились беременной?

Это не ваше дело, мисс,— с достоинством произнесла Моника, чувствуя, что сердце разрывается от горя и унижения.

Сколько еще ночей провел Стэн в каюте у Элси? Душевные муки исказили лицо отверженной «невесты», и Элси снисходительно похлопала ее по руке.

Ну, не расстраивайтесь так сильно. Мужчины, подобные Стэну, на редкость темпераментны. Им мало одних поцелуев и объятий.- Самолюбие Моники было уязвлено. Наверное, все сложилось бы иначе, если бы она ему отдалась? Ей казалось, что тень покойной Лил разделяет их, но, скорее всего, виновата во всем она сама.