Чтение онлайн

Кризитий опустил болтер. Долго они служили вместе, будучи братьями одной роты во времена легиона.

— Умри достойно, брат.

Адженнион рассмеялся, и, тихо шипя от боли, начал задыхаться.

— Я… примирился с тем, что меня ждет. Мучения, которые я заслужил в качестве награды за эту жизнь, — его правый молочно-красный, налитый кровью глаз смотрел вперед, в то время как голову он откинул назад, — но теперь оставь меня, брат. Уходи… и дай мне отдохнуть.

Мерцающая цветная паутина съежилась, уплывая от тела Адженниона, и её усики приобрели пепельный цвет. Кризитий поднял взгляд, по краям визора запульсировали бледно-лиловые руны — замысловатые кемосианские символы, изображающие горстку выживших братьев. Голоса настойчиво прорывались в вокс, выкрикивая свои координаты и пытаясь установить какой–то способ сплотиться против орды XII легиона, которая быстро приближалась.

Кризитий бросил взгляд на Адженниона. Земля вокруг него была покрыта бледным мелом. Его лицо, похожее на окровавленный череп, обмякло. После столетий братства, участия в бесчисленных распутствах, Хтонийского Провала и даже войн, через которые легион прошел бок о бок, Адженнион наконец–то испытал то, чего не довелось испытать Кризитию.

Только один из Когорты Назики прочувствовал всю полноту смерти и вернулся, чтобы рассказать о ней. И, как только Кризитий подумал о нём, его кулак до скрипа сжал рукоять меча.

Резкий звук, похожий на жужжание осы, просвистел мимо шлема Кризития, и земля у его ног взорвалась. Пожиратели Миров подошли достаточно близко и пустили свои болтеры в ход. Он бросился бежать, оставляя угловатые следы, мерцающие на песке еще пару мгновений, в то время как вокруг него ревели масс-реактивные болты. Он моргнул, активировав руну на своем визоре и открыл вокс-частоту для оставшихся в живых братьев.

— Сосредоточиться рядом со мной, братья, — прошипел он, — если мне уж и суждено умереть на этой скале, то цена моей смерти — океан крови XII легиона. Давайте же объединимся и осушим его.

Коготь Ужаса прочертил огненную дугу по небу демонического мира, врезавшись в поверхность. При столкновении в воздух взметнулись тучи песка, вспыхнув в тусклом свете лишенной солнца сферы всеми цветами радуги. Тепло исходило от корпуса Когтя, в то время как абордажные трапы опускались в клубящемся розовом дыме. На расстоянии менее чем полкилометра впереди, маячил остов «Бойцовой псины».

— Агония! Экстаз! Ещё! — взревел Люций, вырываясь из Когтя Ужаса и ведя за собой Чезаре и Палатинских Клинков к грохоту битвы поблизости. Две остальные десантные капсулы, выпущенные из «Диадемы», приземлились по обе стороны, и из них выбежали воины Когорты Назики и сразу же ринулись в бой за своим предводителем. Их было менее двадцати, но легионеры даже в меньшем количестве уничтожали целые цивилизации и топили звездные системы в муках и разрушениях.

Визорный дисплей Люция уловил движение на границе диапазона действий ауспика и он с силой рванул туда. Сирены битвы пели ему, умоляя следовать за голосами. Он наслаждался обостренными чувствами, что давал алхимический стимулятор Чезаре при проникновении в кровоток, но при этом знал, что эффект долго не продлится. Люций намеревался довести до предела свои чувства, прежде чем блаженство, подаренное наркотиком, исчезнет.

На сетчатке глаза Люция вспыхнуло совсем немного идентификационных рун. Он усмехнулся. В конце концов Кризитий пережил это фиаско. Его брат всегда доказывал, что его трудно убить, он и еще шестеро воинов — всё, что осталось от тех из Когорты Назики, кого он взял с собой в набег на рабов Пожирателей Миров, а это была почти половина отряда. Вечный снова усмехнулся. Если его собратьям было суждено умереть, то исключительно по его приказу. За этот проступок Кризитию придется ответить.

После пары минут бега, когда они наконец–то подобрались достаточно близко к сражению, ухмылка Люция стала ещё шире. Он увидел кольцо грязно-кровавых доспехов, толпой окружающих тесную группу фигур в фиолетовой броне, стоящую на горе из трупов. Земля под ними разражалась бесконечным количеством искаженных цветов, словно кипящий варп-шторм, истекающий кровью из ядра демонического мира. Пожиратели Миров карабкались по павшим, отдавая жизни пятерых за жизнь одного воина из Когорты Назики. Избитый воин скрылся под морем из почерневших рогов и багрового керамита, и еще одна руна пропала на визоре Люция, когда XII легион голыми руками разорвал упавшего на куски.

— Болтеры, — с усмешкой приказал Люций. Он ненавидел эту команду, но выхватил свой болтер, клацая когтистым кончиком пальца по спусковому крючку из слоновой кости и серебра. Немногочисленные мастера и оружейники, оставшиеся на борту «Диадемы» превратили огнестрельное оружие в ошеломляющие орудие войны. Болтеры усилили и они стали более громкими, мощными, что обеспечивало стрелку резко увеличенную отдачу, но даже при таких модификациях, Люций не испытывал удовлетворения в убийствах с расстояния. Такая тактика больше подходила трусам и простакам, которым не хватало изящества, чтобы овладеть искусством клинка. Люций тихо зарычал, осознав, что пока он не войдет в зону ближнего боя, действие наркотика будет ограничиваться отдачей древнего оружия, которое он сжимал в кулаке.

Залпы масс-реактивной смерти пронзали толпу XII легиона, вызывая взрывное стаккато сердцебиения, в момент, когда снаряды врезались в броню и плоть, прежде чем через мгновение взорваться. Бывшим Детям Императора не было равных в искусстве владения клинками, но они так же являлись меткими стрелками, хотя и презирали это дело. То ли из–за жажды крови, то ли просто не предвидя возможности подмоги у противника, Пожиратели Миров стояли на открытом месте. Болтерные заряды с легкостью находили прорезиненные воротники горжет и стыки между пластинами в броне, отправляя оторванные конечности в полет. Из рифленых стволов игольных винтовок хлестали стрелы отравленных хрустальных дротиков. Силовые ранцы разлетались на куски, сжигая Пожирателей Миров в ядерном пламени или заставляя их сгибаться под весом обесточенной брони.

XII легион не умел уступать и сдаваться. Ни один сын Ангрона никогда бы не сделал шаг назад, даже если бы им позволили Гвозди Мясника, спрятанные в черепах. Вместо того, чтобы отступить перед лицом шторма, Пожиратели Миров подались навстречу шквалу болтерных зарядов и игл, приняв его.

За исключением кучки легионеров, полных решимости свершить возмездие над Кризитием и его бойцами за павших братьев, Пожиратели Миров поголовно бросились в атаку на приближающуюся Когорту Назики под визг зубьев цепных топоров и брызги кровавой пены с изодранных губ. Те, у кого еще остались крупицы здравомыслия вместо кровожадности, открыли ответный огонь из болтеров. Внезапно Люций почувствовал, как свежая кровь хлестнула по забралу, словно пощечина — болт угодил в глаз воину рядом с ним и вылетел сквозь затылок вместе с фонтаном крови и разлетающимися осколками черепа.

Расстояние между двумя отрядами сократилось до нуля. Волны светло-лилового и красного цветов кипели у их ног, устилая почву в тот момент, когда падшие ангелы сплелись в ближнем бою.

Люций ударил плетью ближайшего Пожирателя Миров, поймав его за плечо руки, в которой находился меч. Он дернул хлыст назад, ощутив, как конечность вырвалась из сустава, легионера, подняв воина в воздух. Когда тот пролетел мимо Вечного, рёв болезненной ярости остановило лезвие лаэранского клинка, мелькнувшее под челюстью и легко отделившее голову от плеч. С радостным лаем Люций уклонился в сторону, а труп завертелся и врезался в своих собратьев. Лезвие вернулось назад серебряным пятном и отразило цепную глефу. Схватка переросла в давку.

Кровь, раздробленные кости и разбитые доспехи летали в воздухе. Песок с пылью вихрились вокруг, подобно широким красным завесам, покрывая сражающихся и загрязняя фильтры шлемов. Зрение понизилось почти до слепоты. Багряный цвет затуманил глаза, а грохот битвы оглушал так, словно они сражались в огромном бьющемся сердце. Зловоние раскаленного железа, свежей крови, омывавшей уже подсохшую, смешивалось с озоном, прометием и резким ароматом вскрытых тел.

Силовое поле меча засияло и Люций пронзил керамит и мускулы. Расщепляющее поле схлопнулось, когда воин разрезал сухожилия и хрящи. Плененные души его доспехов вытягивались с нестройным воплями, купаясь в трансчеловеческой крови. Прежде чем он посмотрел в сторону, он услышал ревущий лай награкали, приглушенный кровью и парализующим воплем цепных топоров, у которых не хватало половины зубьев. Его взгляд замылился на секунду, но меч отыскал живот Пожирателя Миров. Рука прошла сквозь защиту врага и задрожала от наслаждения ударом.