Люди хаоса
Шрифт:
КОРОБОВ. О, нашёл, кажись!.. (Достаёт из шкафа полиэтиленовую папку в цветочек. Смотрит внутрь.) Ноты какие-то… Бумаги не мои, а папка моя.
ЛЮБОВЬ ВАСИЛЬЕВНА. Таких папок в школьных товарах – полно.
Во входную дверь просовывается всклокоченная голова Семёна. Лицо у него имеет унылый вид, а глаза смотрят жалостливо, как у побитой собаки.
СЕМЁН (зовёт Коробова). Виталик. (Замечает Любовь Васильну.) Витал Талыч, можно вас на секундочку?
КОРОБОВ (недовольно вскидывая брови). Куда на секундочку – по углам шарахаться? Говори тут – в рабочее время я только рабочими вопросами занимаюсь… (Взглянув на Любовь Васильну.) Если по личному вопросу, в обед подойдёшь.
СЕМЁН. Да я это… (Мнётся.) Может, перезвоню тогда, а?
ЛЮБОВЬ ВАСИЛЬЕВНА. Витал Талыч, я пойду яблочки порежу с лимончиком… (Демонстративно здоровается с Семёном и направляется к двери.) Добрый день, Семён Аркадич!
Любовь Васильевна уходит, а Семён плотно закрывает за ней дверь.
КОРОБОВ. Ты охренел, что ли?.. Блин, голову проверь… (Подходит к двери и слушает нет ли кого за дверью.) При Любе с такими вопросами лезешь. Ты знаешь, что её директор …? (Издаёт свистящий звук.)
СЕМЁН. Да уж вся филармония знает. Главбух с директором – одно целое. У всех так.
КОРОБОВ. Не умничай. Дебилы…
Конец ознакомительного фрагмента.