Чтение онлайн

Молодой наемник нахмурился:

— Это ведь легенда, Тибор. У легенд не бывает точных дат.

— Значит, не говорил, — Арон раскрыл ладонь, позволяя пламени вернуться и вновь скрутиться в шар. — Кажется, я пропустил пару моментов твоего рассказа. Будь так добр, расскажи все еще раз, с самого начала и со всеми деталями, какие помнишь.

Инис растерянно моргнул:

— Как скажешь, Тибор. Мне не сложно.

— Ты стал собирателем древних сказаний, Тибор? Подходящее занятие для главы Темного Ковена.

Арон чуть приподнял брови — впервые за три дня Истен обратился к нему напрямую. И яд сочился из каждого слова. Ненадолго хватило его страха.

— Да, — согласился северянин. — Напишу манускрипт о южных легендах. Потом прикажу Темным в Ковене выучить его наизусть. Тех, кто не сможет, скормлю бесам.

Пратас, хлебавший похлебку, замер с ложкой, поднесенной ко рту. У Бракаса, острившего нож, выпал из рук точильный камень. Остальные просто уставились на Арона круглыми глазами.

Все, кроме Кирка. Тот громко, во весь голос, расхохотался.

— Это что, была шутка? — неуверенно спросил Дареш.

Арон неопределенно пожал плечами.

— Сам Темный и шутки такие же, — недовольно пробормотал Бракас, подбирая точильный камень и возвращаясь к своему занятию.

Арон вздохнул:

— Привыкайте, парни, чувство юмора у меня своеобразное. Инис, я жду.

— Время Уггир… — молодой наемник прокашлялся, — время Уггир началось…

«Кстати», — шепнул Прежний. — «Мне нравится твоя идея насчет манускрипта и Темных. Маразматики с дырявой памятью в Ковене действительно ни к чему».

Часть 1 Глава 7

Было холодно и темно. Огонь, зажженный в полуразрушенном очаге, старался, но не мог принести ни тепла, ни света.

Венд медленно поднялся — лежал он, как оказалось, на попоне своего коня, брошенной на каменный пол, — и побрел к огню. Опустился на колени рядом с очагом, протянул к языкам пламени закоченевшие руки, но так и не почувствовал тепла. Наоборот, показалось, что от близости огня стало холоднее.

— Сгоришь, но не согреешься, — сказал из-за спины Ресан.

Венд убрал от огня руки, повернулся:

— Почему?

— Из-за яда. Пока весь яд не выйдет, согреться не сможешь… И замерзнуть сильнее, чем сейчас, тоже.

Венд посмотрел на свои пальцы, на тыльные стороны ладоней, покрытые красными вспухшими полосами.

— На лицо я такой же красавец?

— Да.

— А ты… — Венд всмотрелся в лицо юноши, — на тебе нет следов яда.

Тот неопределенно пожал плечами:

— Немного жгло поначалу, потом прошло.

«Как у настоящего кочевника», — хотел сказать Венд, но не сказал. Наверное оттого, что эта самая мысль уже читалась в глазах Ресана и счастливым его не делала.

— Не помню, как оказался здесь, — сказал Венд, меняя тему. — Мне казалось, я потерял сознание еще там, снаружи. Как у тебя хватило сил затащить меня…

— Ты не потерял сознание, — кратко ответил Ресан, — сам сюда дошел, на своих ногах. Яд вызывает провалы в памяти. И еще — тебе скоро начнет чудиться.

— Что — чудиться?

Ресан пожал плечами.

— Люди, звери, боги… Откуда мне знать? Всем чудится разное.

— Может я тогда отдам тебе оружие? А то мало ли…

Юноша покачал головой:

— Одновременно с видениями приходит оцепенение. Лучше устройся поудобнее, потому что если свалишься здесь, я тебя с места не сдвину.

Венд вернулся за попоной, бросил ее на пол ближе к огню и улегся на спину. Потом вскинулся:

— А наши кони..?

— Я их устроил в соседнем зале, — ответил Ресан, задумчиво глядя в пламя. Венд приподнялся на локте, рассматривая юношу. Что-то в его внешности вдруг показалось неправильным. Волосы. Не привычно темно-русые, а светлые, сейчас в неверном свете отливающие золотом.

— Похоже, начались обещанные видения, — сказал Венд. Ресан молча повернулся к нему. Нет, не Ресан. То есть лицо-то осталось Ресана, а вот тело стало определенно женским, со всеми округлостями в нужных местах. Весьма щедрыми округлостями.

Венд зажмурился, надеясь, что, когда откроет глаза, все вернется в норму, но вместо того стало хуже — теперь и одежда на Ресане превратилась в женскую, в платье из тех, что носят богатые тэры. В ушах закачались драгоценные серьги, на шее обнаружилось ожерелье. Из общей картины выбивался только узкий кожаный пояс, изрядно потертый. Поверх роскошного платья он смотрелся дико.

Ресан встал, поднял с пола меч в богато украшенных ножнах — откуда взялся меч Венд не понял — и прицепил к поясу.

Подобрав одной рукой полы платья, другой придерживая оружие, Ресан шагнул в очаг. Пламя взметнулось, охватывая его фигуру, а когда опало, вместо юноши Венд увидел шамана. Шамана старого, незнакомого, но определенно очень именитого — судя по количеству черепов цуэго, нашитых на его одежде. Нижние челюсти у черепов были убраны, а клыки верхних челюстей покрыты белой краской.

Шаман выступил из очага, не обращая внимания на тянущиеся следом языки пламени, нахмурился, глядя на Венда, и велел:

— Встань.

Неведомая сила буквально взметнула Венда на ноги.

Шаман осмотрел его с ног до головы и покачал головой:

— Линии стерты, дух не слышит.

Вернулся в очаг и исчез. А из темноты, с противоположной от очага стороны, выступил Тибор — то есть Арон — одетый в традиционное одеяние главы Светлого Совета и держащий в руке жезл в полтора локтя длиной. Жезл был черным, с навершием в форме черепа.

— Не заезжай в племя тууров, — с этими словами маг ткнул Венда жезлом под ребра. — Понял? И никому не говори, что я жив, особенно Мэа-таэлю.

— Понял, — Венд потер ушибленное место, — можно было и не бить.

— Нельзя, — возразил маг. — Раз я привиделся тебе именно с этой штукой, — он потряс жезлом, — то должен ее как-то использовать. Кстати, что это такое?

Венд растерялся:

— Что-то темно-магическое. Наверно.

— Да? — Арон скептически посмотрел на жезл, крутанул в руке. — Не похоже… И нарядил ты меня непонятно во что. Я разве Светлый?