Люди и портреты
Шрифт:
Павел молча стоял у стены гаража. Положение его было безнадежным: слева и перед ним его держали на прицеле боевики, да и у самого Дэна был в руках пистолет. Плюгавенький бандит тоже приковылял к ним.
В моей смерти прошу винить мою жизнь...
– вспомнилось Павлу.
– Ладно, пора кончать с ним.
– перестал смеяться Дэн.
– С этим 'героем'.
Вспыхнули фары, взревел мотор. Это верный Болт направил свою машину на полной скорости на бандитов.
– Огонь!
– еще успел крикнуть Дэн.
Боевики открыли беспорядочную стрельбу по несущемуся на них автомобилю, но 'Семеркa' просто снесла бойца в обгоревшей одежде и изрешеченный пулями Болт буквально впечатал Дэна в стену гаража. Тот упал грудью на бампер, изо рта у него полилась кровь.
Бандит, стоявший слева, продолжая стрелять по врезавшейся в стену и гудящей машине - мертвый Болт уронил голову на клаксон - направил автомат на Павла. Тумасов метнулся к стоявшему в оцепенении от увиденного плюгавенькому бандиту и вцепившись в него, развернул того на себя, используя в качестве щита от пуль.
Щит понадобился сразу: после очередных выстрелов бандит захрипел, обмяк и навалился на Тумасова.
Марш-бросок на тридцать метров. До переулка. С трупом боевика на плечах. Парочка 'пчел' прожужжала над ухом, когда Павел уже нырял в переулок, но и только.
Павел скинул с плеч ненужный уже груз и задал такого откровенного стрекача, какого не помнил за собой со времен, наверное, Карабахского конфликта с его вылазками на сопредельную территорию. Хорошо, что автоматчику пришлось вставлять новую обойму - фора в секунд пятнадцать -двадцать: пока, болезный, перезарядишь оружие, Павел уже растворится в южной ночи... Бегом!
Павел выскочил на дорогу - вдали маячили огни милицейской машины и гудела сирена. Видимо кто-то из жильцов ближайших домов все- таки услышал выстрелы у гаражей и вызвал милицию. Тумасов снова метнулся в темноту ближайшего двора. Так, дворами, он и добрался до своего дома и закрыв дверь за собой, подперев ее еще и шкафом.
А во всем остальном Павел поступил сегодня, вернее уже вчера, как последний идиот.
Глава одиннадцатая
Павел разделся и встал под душ. Болела нога после всего произшедшего. Издержки марш-броска? Ладно, сейчас примем душ и спать. Спать... Спать...
Он грезил во сне: в какой-то бухте он прыгал вместе с Натальей со скал в море, затем прыгал в воду один, выныривал и звал ее, стоявшую наверху, на камнях... А Наталья смеялась и махала ему рукой...
Павел с трудом открыл глаза, лицо Натальи растаяло, вместо нее возле двери на стуле сидел аккуратно стриженный человек с короткими усиками в халате, просматривал газету. Тумасов скосил взгляд - белым-бело. Больничная палата?
– Эй, мужик... Ты кто?
– еле проговорил Павел.
– Расул!
– отозвался сторож.
– Отдыхай, герой. Я от Хамида Вахидовича.
А что произошло? Поподробней нельзя? Поподробней попозже, когда шеф придет.
После обеда пришли гости. Гостей было несколько, и одного из них Павел знал: Хамид- ака!
– Я что, ранен?
– спросил Павел.
– Молодец!
– откликнулся Гасанов и сел рядом на кровать.
– Только пришел в себя, а уже разбираться начинает. Лежи- лежи. Рано. Лечись. В ногу тебя ранило.
– В ногу?
– Да, ты много крови потерял, но кость не задета. Поправляйся.
– Как вы меня нашли?
– В скорую звонила какая- то девушка, - вмешался один из пришедших с Хамидом, судя по солидному внешнему виду - врач.
– назвала ваш адрес, сказала, что человек лежит при смерти. Мы приехали, входная дверь была открыта, а вы лежали на диване без сознания. У вас нога была сильно задета, опоздай мы минут на пятнадцать - вы бы кровью истекли.
– Какая девушка?
– встрепенулся Павел.
– Она назвала себя?
– Да, она представилась Натальей, сказала, ваша племянница.
– Как?
– Так и сказала, племянница. Мы вас сюда и привезли, пулю вытащили, а потом ваши друзья приехали.
Павел выразительно посмотрел на Хамида. Тот кивнул и все остальные покинули палату, в том числе врач.
– Эх, Паша, Паша, бедовая еврейская голова.
– сокрушенно покачал головой Гасанов.
– Таких дел натворил и сам чуть не погиб...
– А почему еврейская, Хамид-ака? У меня же отец осетин!
– Не осетин, а тат, Паша! То есть горский еврей. А девичья фамилия твоей мамы кстати, - Бердичевская. Вот и выходит по всем данным, что ты у нас гордый еврейский парень. Мы планировали средней руки провокацию, просто чтобы стравить две банды - но тут дилетант вмешался, все напортачил, моего помощника и себя под пули подставил. Знаешь этого дилетанта? Тумасов фамилия... Ну-ну-ну, не взбрыкивай, ведь все правильно, Ивану ты теперь по гроб жизни обязан... В общем, почестей от меня не жди.
– Наталья жива! Она ко мне приходила сама.
– Ты уверен в этом, Паша?
– Да. Она же разговаривала с врачом.
– Ну тогда я вообще ничего не понимаю.
– Мне нужно найти ее. Обязательно нужно найти. Помогите мне в этом, Хамид-ака.
'Интересно, когда и кто открыл дверь и оттащил шкаф', - мелькнуло в голове у Павла.
– Но где я тебе ее возьму?
– удивился Гасанов.
– Где мы будем ее искать?
– Где, где, где!
– нервно передразнил его Павел.
Гасанов недоуменно уставился на него.
– Хамид-ака, мне очень нужна машина.
– смягчив голос, подал назад Павел.
– Она ушла сегодня утром, значит она где-то рядом и ее надо найти, понимаете, обязательно надо найти!
– Успокойся, Паша, - спокойно излагал Хамид Вахидович.
– я скажу своим людям, чтобы они поискали ее.
– Спасибо. Кстати, как вы меня нашли-то?