Чтение онлайн

И наконец, в самом 'хвосте' войска, ехали Главнокомандующие. Тес-Нур на белом скакуне, с синим знаменем, на котором изображен Золотой орёл, знак Шанивы. Доспехи посеребрены, вычищены до блеска, щеки выбриты, но глаза - задумчивые. Батташ Сувай на большом буром лохматом коне. Варвар щурил глаза, и едва заметно улыбался. И - Найпа... В скромной серой мантии и серебряной диадеме, на рыжей лошадке. Девушка глядела растерянно, но держала голову прямо.

А город сиял, и Центральная аллея пересекала его ровною стрелой. По обочинам аллеи возвышались деревья, их рыжая листва напоминала о скорых холодах. Вокруг - толпа, яркая и радостная как цветник. Вдали, в золотистом мареве - Дворец династии, шпили священных башен, и Шалланге - Врата Силы. Из них, медленно и величаво, выезжала процессия - навстречу танналарскому войску. Процессия пышная и важная, увешанная регалиями и облаченная в шелка. Министры, председатели Совета, старейшины знатных родов, главы ремесленных общин и торговых домов . Все с полноватыми лицами, надменными - но не злыми - глазами. Они, укрытые в безопасных кабинетах, сытые и самоуверенные - были не такими уж плохими людьми. Питаясь за народный счёт, никогда об этом не забывали - служили честно, хоть их служба и не покрыта славою. Они - мозг Шиккуная, и это и их праздник... Но герои на нём - не они!

В окружении охраны ехали Главнокомандующие Шиккунайского войска. Войска, которого уже шесть месяцев не существовало, которое полегло, попав в засаду, было истреблено коварными хаорами. Но которое всё равно считалось реальным - ведь иначе нельзя? Или как? Сотники и командиры кавалерии, знаменосцы и начальники штаба - они глядели сдержанно, почти угрюмо. Ехали под приспущенным знаменем, на рослых конях, но в обычных - не парадных доспехах. Народ приветствовал не их, как будто они и не воины вовсе, как будто не граждане Шиккуная, готовые отдать за него жизнь. Проигравших не чествуют...

А впереди, на роскошной, запряженной белыми конями колеснице, ехала Му-Наара, Княгиня. Полноватая, рыжая, в синей мантии и золотом ожерелье. Пожилое лицо было серьёзно, и даже слишком - глаза широко раскрыты, губы поджаты, густые брови нахмурены. Лоб увенчан серебряной диадемой с символами Луны. Му-Наара держалась безупречно - мать народа! Рядом пешком шагал Духовный лидер, босоногий, завернутый в белую ткань. Исхудавший от постов, но чистый и стройный. Опирался на посох, в левой руке - чётки, седая голова непокрыта.

– Приветствую вас, славные воины!
– мощный глас Княгини разнёсся над городом. Она обращалась к танналарцам. Все притихли.
– Я... Мы... Мы все хотим поблагодарить вас, отдать должное вашему мужеству! Вы...
– Речь была высокопарной, довольно скучной, хотя содержательной. Слушая её старики смахивали слёзы, женщины восхищенно улыбались, парни почёсывали затылки, дети - скучали и зевали...

Но все замерли от восторга когда в небе воспарили Огненные журавли. Озарённые полуденным светом, золотисто-рыжие, сверкающие и переливающиеся в ясных лучах. Их перья преломляли свет, и отражали его в мягком сиянии. Багряные крылья, охристые тела, перевитые голубыми лентами... И небесно-звонкие голоса, печальные, но жизнеутверждающие.

Священные птицы Кузуни, впитавшие теплоту октябрьской листвы, и силу заходящего Солнца.

– Кумай!
– кричали старики. Люди помоложе - молчали словно очарованные.

Птицы кружили над городом не сами - на их спинах восседали девушки из знатных семей: наследницы древних родов, дочери вельмож, сёстры офицеров. Они кричали приветствия - но почти никто не слышал: слишком высоко. Сыпали вниз пыльцу Цветка - символ вечного обновления...

– А почему у меня нет такого журавля?
– спросила Найпа, ткнув Тес-Нура в бок.

– Веди себя пристойно!
– цыкнул офицер.
– Нету потому что НЕТ ДЕНЕГ! Шиккунай расположен на Великом торговом тракте, Пути пряностей. А мы - нет.

– Но ведь многие наши дома покрыты рыжими перьями...

– Перья стоят намного дешевле. Птицы часто линяют... Да, сиди тихо!

А журавли кружили, их голоса звенели, и сыпалась серебристая Пыльца. И светил Цветок и всё казалось ярким насыщенным сном, слишком странным даже для сна - не говоря уж о Реальности. Но победа есть победа, она была реальна, и пусть кратковременна - твари вернуться - всё равно была, и нужно её отметить. Ведь как бы ни густела тьма, сквозь неё всё же пробивались лучи света. А значит, надежда ещё не умерла.

Самый большой журавль описал в воздухе круг, снизился и приземлился на дорогу, рядом с Найпой. С него спрыгнула светленькая девчушка, щуплая и тонкокостная. Зато ряженая в голубые шелка... И смелая - глаза её сияли.

– Приветствую вас, Предводители танналарского войска, - громко сказала подросток. Я наследница Шиккунайского трона, кланяюсь вам, от лица всего народа!

Она трижды поклонилась Найпе, Батташу и Тес-Нуру и вручила им по золотой стреле. Затем достала флягу и наполнила золотую чашу.

– Пейте, сок цветка, чтоб ваши силы не иссякли! Пусть он поможет вам выстоять в Войне.

Все отпили и ощутили глубокий необъятный покой... Затем девчушка наполнила глиняную чашу. И все отведали козьего молока. Как напоминание о надежде: война закончиться, настанут мирные времена. И в Цветах и их соке уже не будет нужды.

И вот - ликующий город замер. Тысячи людей склонили головы, каждый ударил себя кулаком в грудь. Ведь под небом прокатился печальный рёв ритуальных труб. То Дервиши, с вершин священных башен, призвали народ к минуте молчания. Дабы почтить память погибших, всех кто полёг освобождая Шиккунай.

***

Так и завершились торжества... Начались гуляния. Заиграла лихая народная музыка, полились винные реки и весёлые речи. Где-то уже дрались, где-то делали ставки и бросали кости, слышался смех и пьяные песни... Солдаты тоже люди, не святые, зато настоящие. Без гуляний их жизнь была бы слишком тяжелой.

Настала ночь, зажглись тысячи огней и из всего войска немногие оставались трезвыми. Среди них - Тес-Нур, 'образцовый офицер'. Батташ - 'Напьюсь дома, в кругу родичей!' И, конечно же Найпа... Девушку не стали снова запихивать в дом для безумцев - её здоровье поправилось. Но держали под усиленной стражей.

Для Шиккунайцев освобождение было счастьем. За шесть месяцев блокады княжество уже начало ощущать нехватку еды и дров, тканей и других товаров. Его жители были народом деловым, прежде всего торговцами, а уже потом работягами. Ещё бы - Шиккунай располагался на пересечении торговых путей! С северо-запада на юго-восток тянулся, петляя, Великий путь Пряностей, или Большой тракт. Так его назвали задолго до Затмения, когда по нему ходили огромные караваны, и пряности были основной статьёй дохода. После Затмения настал хаос и разруха, Тракт опустел... Но как только цивилизация начала возрождаться - возродился и он. Пряности почти утратили ценность - война, но сам Тракт оставался незаменимым. Мощная артерия связующая народы, дорога Солнца, путь объединяющий людей. С юга, из жаркого Ханаара, везли финики и лимоны, алоэ и инжир, шерстяные ковры и соль. Ещё дальше, за ханаарскими землями зеленели княжества Баатов, утопающие в джунглях. Оттуда везли лекарства, полученные из диковинных цветов, змеиный яд, дорогую прочную древесину, чай, целебный мёд и мясо обезьянок... Всё это доставляли на северо-запад, через южно-кузунийские земли - к северо-кузунийским княжествам. Там продавали, покупая железные орудия и оружие, зерно и медовуху. И везли на юг...

Мало того - через Шиккунай протекала Река Улиток, от Седых гор, что на востоке к западному океану. По её мутным водам плавали корабли и швартовались в Шиккунайском речном порту. С океана прибывали стальные катера Технократов. Доставляли технические диковинки - полезные в хозяйстве, но жуткие, непонятные... Например маленькие мельницы, что делали ветер и разгоняли духоту, 'вентиляторы'. Стеклянные бочки, что сами по себе варили еду. Синие фонари, что не только светили, но и грели, не нуждались в масле, 'лампы'. И ещё много разнообразного хлама. Всё это быстро ломалось - ведь никто не умел их чинить - технократы привозили новые. А может они специально продавали порченый товар, чтоб он быстрее ломался и покупатели платили снова? Вудрош их знает!