Чтение онлайн

Новые «десять слов» — на древнееврейском языке «тора», закон еврейского народа, — объединены в двух незначительно разнящихся друг от друга текстах, восходящих к VII–IV векам до н. э. Более древний из них приведен во Второзаконии (гл. 5, ст. 6—18). Он затрагивает некоторые социальные вопросы и может быть без сомнения связан с программой религиозной и моральной реформы, которой требовали пророки. Другой же, включенный в Исход (гл. 20, ст. 2—17), имеет обрядово-наставительный характер и, очевидно, составлен жрецами в более поздний период, через сто или двести лет после захвата Иерусалима вавилонянами (586 год до н. э.)

Вот этот текст в его новом виде:

1. «Да не будет у тебя других богов перед лицом моим» — это утверждение ритуального монотеизма, но не теологического. Пусть другие народы имеют своих богов, евреи не должны ни в какой форме поклоняться им.

2. «Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в водах ниже земли». Отрицание идолопоклонства распространяется на осуждение изображений человека и животных. Много веков спустя этот запрет перешел в мусульманскую религию.

3. «Не произноси имени господа, бога твоего, напрасно». Тот, кто знает тайное имя божества, может также воспользоваться магической властью, которую оно дает, а следовательно, необходимо помешать чужеземцам завладеть тайной этого имени.

4. «Помни день субботний, чтобы святить его». В более древнем варианте предписание еженедельного отдыха связано с обязательством не принуждать рабов к работе каждый седьмой день недели в память о годах рабства, пережитых самими евреями в Египте. В более позднем тексте, отразившем влияние жречества, объяснение этого завета имеет теологический характер: сам Яхве отдыхал на седьмой день в мифе о сотворении мира.

Слово «суббота» (еврейское слово «шаббат») происходит почти наверняка от вавилонского «шабатту», что означает «день празднования полнолуния» (регулярно праздновалось также появление молодого месяца). Вавилоняне заимствовали его у шумеров, а у вавилонян его восприняли ханаане, но к седьмому дню его црименили, по-видимому, иудеи. Вавилоняне воздерживались от работы в «несчастливые» дни — по 7, 14, 21 и 28-м числам двух месяцев — элуль и маркесван. По внушению еврейских пророков VII века стали считать эти числа днями отдыха и благодарения, причем их отмечали также и рабы. Римским рабовладельцам, вникавшим в идеологию рабов; подобное верование казалось нелепым. Сенека жаловался, что «этак пропадает седьмая часть человеческого труда», а Тацит считал субботний отдых доказательством склонности евреев предаваться лени! Чтобы хоть как-нибудь истолковать происхождение этого обычая, примысливали его фантастическую связь с планетой Сатурном [119] . Отсюда название субботы в некоторых современных европейских языках, например в английском — «день Сатурна» [120] .

Не только чтобы обособиться от еврейского обычая, но и по мотивам религиозного престижа, в связи с распространением культа бога-солнца в первые века империи, христиане склонны были принять в качестве дня отдыха и молитв праздник «господа Солнца» — воскресенье, посвященное отныне новому господу — Иисусу (dies domenica [121] ). Однако переход к новому обычаю совершился не без трудностей; приверженцы некоторых разновидностей протестантского вероисповедания еще и сейчас соблюдают праздничный отдых не по воскресеньям, а по субботам — но «седьмому» дню (например, адвентисты седьмого дня, организовавшиеся в 1846 году в Америке с целью вернуться к строгому соблюдению библейских предначертаний в ожидании пришествия Христа на землю).

5. «Почитай отца твоего и матерь твою…», чтобы и ты мог затем прожить долгие годы на земле, добавляют обе библейские версии.

6. «Не убивай». В еврейском тексте говорится дословно «не умерщвляй», то есть не убивай члена своего клана; убийство врагов, включая женщин и детей, не только допускается, но категорически предписывается богом Яхве. Кстати, и в Коране шестой завет гласит: «Не убивай никого из тех, кого запретил тебе убивать Аллах, если нет на это справедливой причины». Здесь виден сдвиг в сторону цивилизации при сравнении с жестоким законом раннего бедуинского племени.

7. «Не прелюбодействуй», что означает, согласно еврейскому закону, не соблазняй замужнюю или хотя бы обрученную женщину, после того как плата за нее внесена [122] . Соблазнить незамужнюю женщину или рабыню — это не прелюбодеяние. Речь ведь идет не о морали, а о нарушении права собственности. В случае соблазнения рабыни ее хозяин мог потребовать денежного вознаграждения.

8. «Не кради».

9. «Не приноси ложного свидетельства на ближнего твоего».

10. «Не желай жены ближнего твоего, и не желай дома ближнего твоего, ни поля его, ни раба его, ни рабы его, ни вола его, ни осла его…» и т. д.

Собственно говоря, еврейский термин в значении «желать» означает «бросить взгляд па что-либо», так что не исключено, что эта заповедь связана с представлением о «сглазе», то есть с поверьем о том, что можно принести вред другому человеку, несправедливо желая присвоить его имущество и даже завладеть им посредством колдовства. Было также отмечено, что в наиболее древнем тексте декалога женщина попросту перечисляется среди всех других видов имущества, тогда как во Второзаконии она выделена в отдельную категорию, так что католическая церковь разделила десятую заповедь на две части, впрочем, предварительно объединив две первых и устранив осуждение идолопоклонства, которое, с одной стороны, уже утратило смысл, а с другой — оказалось в противоречии с религиозной практикой верующих, почитавших изображения божеств и святых.

Этим последним замечанием мы и закончим, напомнив читателю, что формулировка «десяти заповедей» в христианском культе несколько отличается от только что приведенной. Новый текст их принадлежит св. Августину и составлен на заре V века н. э. Но и этот вариант был затем перекроен и сокращен для католического катехизиса на Тридентском соборе в XVI веке (раздел IV, канон 19).

С тех пор текст заповедей не подвергался сколько-нибудь существенным переделкам.

При изучении еврейской религии следует обратить внимание на одно из важнейших явлений — эквивалентность терминов мессианство и христианство. С лингвистической точки зрения их подобие не нуждается в доказательствах, так как слово «Христос» от греческого глагола хрио, «помазать», является точным переводом еврейского слова «машиах», то есть «помазанник», «царь», «мессия».

Ветхий завет именует этим титулом национальных вождей, жрецов и пророков, торжественно возведенных в их сан помазанием ароматными маслами главы и тела избранника — так справлялся магический обряд посвящения. Но очень скоро, когда получил преобладание монархический строй, значение терминов сужается: «мессия» становится синонимом самодержца, царя, тем более что по еврейским традициям монарх имел также и жреческие функции [123] .

Когда находившимся в изгнании в IV–III веках до н. э. евреям, особенно жившим в городах Малой Азии и Египта, потребовалось перевести слово «машиах» на язык средиземноморского населения то есть народный греческий, или койне, они использовали единственное слово, которое могло буквально передать древнее понятие, — «христос» и принялись фантазировать на основе текстов писания о пришествии избранника, Христа, потомка Давида, который, подобно этому великому царю, некогда объединил народ Израиля, якобы освободил его от врагов и восстановил «царство».