Чтение онлайн

Так, в тишине и относительном покое прошло время до полудня. В полдень объявил привал, к великой радости гномов, с трудом сползших с седел, с бранью и кряхтением. Однако расстелить свои клетчатые пледы они не забыли, и лишь после этого со стонами на них повались.

Долго не прохлаждались. Демоны его ведают, по какому графику обычно здесь передвигались те, кто проходил этой дорогой до нас. Про хутор мы лишь знаем, что он в дневном переходе от усадьбы, а вот какой у них был дневной переход, мы ведать не ведаем. Перекусили наскоро, подтянули подпруги, и через полчаса снова были в седлах.

Когда дорога завернула за склон холма и потянулась в густой тени, я насторожился. Для иной нечисти и ночь не нужна, достаточно и тени. Тот же вампир только прямых солнечных лучей боится, а в тени так и нормально ему.

Я оторвался немного от нашей кавалькады, и поехал впереди дозором, прислушиваясь скорее к своим ощущениям, чем присматриваясь к окрестностям. Взгляды ловил несколько раз, но не агрессивные, а скорее настороженные. Кто-то наблюдал за ними из леса. А кто? Тут одни боги ведают, даже кролик мог.

Дорога, извиваясь, спускалась вниз, деревья сменились зарослями «упырьей травы», высокой, в рост человека, с мясистыми стеблями с красноватыми пятнами, отчего ее так и назвали. Слева и справа сквозь нее просвечивали бока заросших мхом валунов, жужжали комары. В середине лощины серебрился и играл мелкий ручей, и дорога пересекала его вброд.

Насторожился я тогда, когда помимо легкого ветерка колдовства из-за спины, от Маши, почувствовал след магии впереди. Слабый, размытый, но достаточный для того, чтобы задуматься. Какая магия может быть посреди безлюдный, поросших лесом холмов? Дружественная? Ох, сомнительно… А вот от этеркапа, к слову, примерно так и должно тянуть. Да и конь подо мной вдруг захрапел, уперся и попятился назад. Кони нечисть и хищника всегда чуют.

– Стой – скомандовал я, постучав пальцами по амулету.

Кавалькада остановилась, а я спешился, передав поводья своего коня подъехавшей Лари.

– Что случилось? – спросила она.

– Не знаю. Прогуляюсь, разведаю – ответил я.

– Ну… зови, если что… – сдержанно улыбнулась демонесса.

Волшбой тянуло откуда-то из самой низинки, от ручья. Что там может быть? Очень уж… того, на ловушку похоже, это место и не обойдешь. Что же там еще может быть? А если ловушка, то как проходили мимо нее те, кто ездил до нас?

Да и идти туда можно только по дороге. Если полезу через «упырьку», то на шаг вперед видеть не буду, мало ли, во что влезу? А по дороге… ловушки для дороги и ставятся, обычно. Только выбора все равно нет, так что, благословите светлые боги, и боги удачи…

Пошел аккуратно-аккуратно, медленно-медленно, прижав красное дерево приклада к плечу и поводя стволами ружья из стороны в сторону. Мало ли, кто из зарослей кинуться может? До источника магии еще далеко, шагов пятьдесят, наверное, а может и все сто, пока трудно понять, но ведь про ловушки из хищника или нечисти, привязанного «длинным поводком» к источнику магии, я сам рассказывал недавно. А если там мантикора, к слову? нет, мантикоры быть не может, она к магии имунна… И этеркапы живут в лесу…а тут ручей и камни, а меж камней трава… Непримятая трава. Значит, никто через нее не ломился напрямую. Что это значит? Это значит, что смотреть надо под ноги, а не вверх.

А если под ноги, то надо было… Нет, все же я умный. Не стал убирать двустволку в чехол, как поначалу собирался. Карабин в таких зарослях не годится. Так оно поглавней будет… с картечью то.

Еще десяток шагов вперед, источник волшебства сместился чуть правее. Не на дороге он, в стороне, и почти у самого ручья. Значит, по ручью к нему подойти можно. Остается надеяться, что там не гнездо водяных змей. Впрочем, водяные змеи меня мало волнуют, их только босому опасаться следует, а ботиночную кожу им в жизни не прокусить. Ботинок только сколопендра пропороть может. Жвала у нее что клещи твои. Ой… Точно. Сколопендра. Причем стальная. В таких местах стальные водятся, между камнями в низинах. И место подходящее, мы все же от Твери на юг изрядно забрались. Тут они и должны водиться.

Я почувствовал, как под панамой самопроизвольно зашевелились волосы, а по спине пробежала волна озноба. Вспомнилась бурая лесная дрянь, что тогда чуть не убила. А заодно и сколопендра в прозрачной сфере – иллюзия, которой Маша пугала ас-Мирена. Я даже ощупал флакон с противоядием в кармане разгрузки. Мало ли что? После того случая как-то некомфортно мне при одной мысли об этой гадости.

Прислушался. Тихо, только трава шуршит под ветром, да вода журчит. А что я должен услышать? Как сколопендры рычат, или что? Они же вообще немые и бесшумные. И слепые, кстати, так что даже если какая напасть соберется, я ее взгляда не почувствую. Вот это и плохо. Когда бурая в лесу мне в ногу вцепилась, я тоже ничего не подозревал. Они на тепло и ауру наводятся. А я совсем разбалован своей «взглядо-чувствительностью», не всегда она мне на пользу идет…

Серо-стальной блеск между камнями, что-то похожее на мелко витую упругую пружину неправдоподобно гибко, ртутью струится между камнями в мою сторону, по самой кромке воды.

Грохнул дробовик, стегнула картечь по камню, выбив искры и пыль, взметнулось кольцами стальное упругое тело с бахромой конечностей по бокам, выгнулось упруго, забилось в судорогах. А я попятился назад, крикнув во всю глотку: «Тревога! Хватай ружья!». А затем еще раз, уже тщательно прицелившись, пальнул в бьющуюся между камнями сверкающую сталью тварь.

К счастью, панцирь у нее обычный, хитиновый, он только выглядит металлическим, поэтому два выстрела из десятого калибра разнесли почти всю переднюю часть тела сколопендры на куски, забрызгав чем-то желто-зеленым и неимоверно смердящим камни вокруг. А я, продолжая пятиться, переломил стволы, рывком на себя выбросил гильзы, и выдернув из прикладного патронташа еще два увесистых латунных цилиндра, затолкал их в патронники.

Еще одна! Извивается-струится между мелкими камнями, расталкивая их боками, Голова из стороны в сторону виляет, тело извивается нереально, словно кто-то нарисовано оно на земле и каждую секунду перерисовывается заново. Выстрел! И мимо, картечь прошла выше, выбив целое облако мелких камешков из дороги. Второй выстрел, сколопендру сложило пополам и швырнуло от меня на высокий плоский камень, по которому она скатилась вниз, и вдруг резво направилась ко мне. И я побежал. Человек бегает быстрее, чем сколопендра ползает, никогда нельзя дожидаться, чтобы она близко подобралась – она еще и ядом плеваться умеет, если укусить не может, а именно стальная даже прыгнуть способна.

На ходу перезарядил «вампирку», но стрелять не пришлось. Прямо с седел выстрелили из ружей Маша и Лари, а гномы уже встали по бокам от них, подняв оружие, подстраховывая.

– Сколько их там? – спросил Орри, поудобней перехватывая пулемет.

– Откуда я знаю? – поразился я неуместному вопросу – Иди вон, в травку, да и посчитай.

– Там магическая приманка – сказала Маша, тоже перезаряжая двустволку – Если здесь вообще сколопендры водятся, она могла их со всех окрестностей собрать. Часто они попадаются здесь?

Это она у меня спросила. Я лишь пожал плечами и ответил:

– Мужик, что меня охотничьей науке учил, Борис Дубинин, видел в горах настоящие кубла, как у змей. Штук по сто в одной пещере собиралось. Но думаю, что здесь столько нет. Да и передохли бы они с голоду на такой маленькой площади.

– Не обязательно – покачала головой Лари – Если приманка слабая, то они не все время возле нее живут, а просто возвращаются постоянно. Тогда и с голоду не помрут.

Опять блеснула нестандартными знаниями наша на первый взгляд непутевая спутница. А что ни спроси – все она знает. Интересно, а сколько ей лет?