Чтение онлайн

Я так близко к нему, как никогда, и это прекрасно.

После того, как все закончилось, я плачу, а Нейтан крепко обнимает меня, понимая, что это слезы счастья. Когда я перестаю плакать, он снова меня целует. Я хочу заниматься с ним любовью до конца жизни.

На следующее утро мы просыпаемся вместе и какое-то время просто лежим и смотрим друг другу в глаза.

— Ты когда-нибудь сыграешь мне на гитаре? — наконец спрашиваю я.

— Подумаю.

— Пожалуйста…

— Ну ладно, наверно, можно, — улыбается он.

— Спасибо! — счастливо смеюсь я, — Эй, надо бы как-нибудь скататься в Ньюквей. Вывезти тебя на серфинг.

— Было бы круто, — соглашается он.

***

В утро Рождества мы все сидим в гостиной, попивая горячий шоколад и распаковывая подарки. Весь пол завален оберточной бумагой, так что ковра почти не видно. Вчера снег наконец достаточно растаял, и мы отправились кататься в Эксмур. А этим утром Нейтан вытащил меня на прогулку и показал свою машину. Ну, мою машину. Он привязал маленькие красные лоскутки на дворники фар. Но это был не единственный мой подарок: еще он купил в местном ювелирном серебряный браслет, чтобы я прицепила к нему брелок с «Конкордом».

Что касается меня...

Последние пару дней я украдкой таскала ноутбук Тома, чтобы напечатать все шутки, что мы с Нейтаном друг другу рассказывали — по возможности близко к тексту. Сегодня утром я презентовала ему «Анекдоты про слонов и другие истории», и подарок ему явно понравился. Позже мы добавим туда все дурацкие рождественские шутки.

Но я, конечно, не полная жадина. Я смогла достать нам горящие путевки в Венецию, и теперь мы знаем, где встретим Новый год.

Телефон Нейтана звонит.

— Простите, надо ответить, — извиняется он перед нами. — Это мой брат.

— Он ждал этого звонка, — объясняю я, пока Нейтан уходит в свою комнату.

Минут через десять он высовывает голову из-за двери и зовет:

— Люси, это Молли, хочет с тобой поговорить.

О боже. Ну вот. Дрожащей рукой беру у него мобильник и поднимаюсь в свою спальню.

— Алло?

— Люси, что происходит? Я пыталась тебе дозвониться, но твой телефон выключен, а потом Нейтан говорит, что вы теперь вместе, но он не может больше ничего объяснить! — кричит Молли в трубку.

«Ну спасибо тебе, дорогой Нейтан, оставил всю грязную работу мне», — думаю про себя я.

— Люси!

— Да, я тут.

— Что происходит? — требует объяснений Молли.

— Ну... — Я делаю глубокий вдох и спокойно начинаю: — Мы с Нейтаном, вроде, теперь вместе.

— Что-о?

— Молли, пожалуйста, помолчи. Не смейся, не фыркай, не отпускай никаких шуточек. Я уже давно люблю Нейтана. Я влюбилась в него в Сиднее.

Тишина.

— Молли?

— Ты что, совсем охренела? — наконец прорывает ее. — А раньше мне сказать не могла?

— Не решилась. Думала, ты будешь смеяться. Думала, ты этого не одобришь и не поймешь.

— Люси, ну конечно я бы все поняла. Ну, может, не сразу, — признает она. — Но ты же моя лучшая подруга. Ты могла бы заставить меня понять.

— Я знаю, но… О, я не знаю, Молли. Тут такая неразбериха творилась.

— А что с Джеймсом?

— Ну... — Я по возможности кратко ей все пересказываю. Детали обсудим как-нибудь в другой раз, ведь сейчас мы проговариваем деньги Нейтана.

Наконец она выдает:

— Круто! Прикинь, если ты выйдешь за Нейтана, мы с тобой будем почти сестрами!

От этой мысли я прыскаю.

— У нас будет одна фамилия! — кричит она. — Получится одна большая семья Уилсонов.

Я радостно смеюсь: эта идея мне по душе.

— Кстати о семье… — Молли рассказывает мне то, о чем я уже в курсе — о своей беременности. Я притворно удивляюсь, что не сложно, потому что я и так на седьмом небе от счастья. Она сделала УЗИ на двенадцатой неделе, и все хорошо, малыш, кажется, здоров.

— Как же я рада за вас обоих, — улыбаюсь я.

— Ну, тебе лучше наведаться сюда, когда срок подойдет, — настаивает она, — если не раньше…

Многозначительное дополнение, и я не могу пропустить его мимо ушей.

— Я пока не знаю, что буду делать, Молли. Но если все же решусь вернуться в Австралию в ближайшее время, ты будешь первой, кому я скажу.

Ночью в моей спальне, после того как мы вернулись с рождественских посиделок в пабе, Нейтан помогает мне снять пальто, а потом переходит к свитеру, джинсам и футболке.

— Как же на тебе всего много, — рычит он. — В Сиднее все было бы гораздо проще.

— Проверял на Эми?

О черт. Неужели я сказала это вслух. Не хочу, чтобы он счел меня безумной ревнивицей.

— Ой, Люси… Ты все еще паришься насчет Эми?..

Вообще-то я никогда не говорила ему, что Эми меня напрягает, но, кажется, он просто читал мои мысли.

— Не бойся, ты можешь спрашивать меня обо всем, что хочешь, и я отвечу честно.

От этих слов меня внезапно охватывает ощущение, что никаких вопросов задавать не нужно. Когда нибудь, конечно, я все равно к нему пристану с этим, но сейчас Нейтан нашел верные слова. Не выношу секретов и недомолвок.

— Все нормально, — улыбаюсь я, — но спасибо.

— Так, давай-ка снимем с тебя то, что еще осталось, — ухмыляется он.

Потом, лежа на сгибе его руки, я в смешанных чувствах смотрю на потолок. Я никогда не чувствовала такой эйфории. Он тут, в Сомерсете, с моей семьей… Но все скоро закончится, и это меня убивает. И вот уже по щекам бегут слезинки.

— Эй, — тихо говорит он и наклоняется, чтобы сцеловать соленые капельки.

Я поворачиваюсь к нему.

— Я хочу, чтобы ты увидел Англию весной, летом. Если ты останешься, мы сможем приезжать сюда, когда захочешь. Сможем серфить в Корнуолле, а еще снять квартиру и кататься в Европу на выходные.

— А если ты поедешь со мной в Австралию, — парирует Нейтан, — мы можем купить домик на берегу океана и сделать из него райское гнездышко. Ходить на серфинг каждый день. И наблюдать, как растет наш племянник или племянница.

— О боже, это невыносимо! Я не хочу тебя терять. Я не хочу, чтобы ты уезжал. Так мало времени! Но я люблю свою работу, а переезд в Австралию прямо сейчас…

— Если я и останусь, то не навсегда, Люс. — Он грустно на меня смотрит.

— Но если бы ты остался хотя бы на полгода, я бы сумела подготовиться к переезду. Не могу смириться с мыслью, что ты уедешь через какую-то неделю.