Чтение онлайн

И что ее так раскочегарило-то?

— Ладно, — сказал Ветров, когда она шмякнула ложкой об стол. — Докладываю про твою секретаршу и Баринова.

— Я не хочу ничего знать, — перебила его Люся. — Мне плевать. Плевать на Ольгу и плевать на Баринова. Я эгоцентрик, и чужие дела меня не касаются, пусть они на пару хоть мировой заговор плетут! Как погода? Потеплело?

— Похолодало. Завтра обещают метель.

— Очень хорошо, что мне никуда не надо.

— Ну, за елкой все-таки придется съездить.

— Поставим искусственную.

— И что? Даже в новогоднюю ночь будем держать целибат? А как же животная страсть под бой курантов?

— Надо воспитывать силу воли, — сказала Люся назидательно. — Держать себя в руках.

— А вчера ты…

— Вчера у меня был стресс!

— То-то ты сейчас спокойная, как удав, — пробормотал Ветров себе под нос, и Люсе понадобилось все ее самообладание, чтобы не вспылить.

— Вкусно тебе, Пашенька? — процедила она.

— Нормально, — ответил он. — Не бабушкина, конечно… в смысле, очень вкусно, Люсенька.

— Вот и ешь молча.

Он послушно завершил ужин, потянулся было к посудомойке, но был изгнан в спальню. Спорить Ветров не стал, молча отправился переодеваться и укладываться.

Все-таки чувство самосохранения у него было хорошо развито.

Люся оглядела устроенный ею бардак и засучила рукава.

Закончила убираться она уже за полночь, приняла душ и тихонько вошла в спальню.

— Поговорим? — спросил Ветров в темноте.

В свете уличных фонарей мельтешили за окном суматошные снежинки.

Начиналась метель.

Люся взобралась на кровать и села в ногах, обхватив колени руками. Глядела на снежинки, податливые воле ветра, и чувствовала себя примерно так же. Ее жизнь такая быстротечная, такая хаотичная, глупая.

— Как ты думаешь, — спросила она, — твоего отца есть за что посадить?

— Был бы человек, — отозвался он спокойно, — а статья найдется.

— А если он действительно сделал что-то очень плохое? Как ты поступишь тогда?

— Тебе не понравится мой ответ, — сказал Ветров мягко.

— Будешь его защищать?

— Любой ценой. Это семья, Люсь.

Она кивнула, не удивившись.

Другого ответа от Ветрова ждать не приходилось.

— А я от Катьки отказалась, — проговорила Люся отрешенно.

— Так что она опять натворила?

Люся вздрогнула, уставившись на него изумленно. Как это он догадался?

— Баринов сказал: хочешь взбеленить Люсю, используй ее сестрицу, — объяснил Ветров обстоятельно. — Даже упоминания о ней хватает, чтобы довести тебя до белого каления. Вот мне интересно: почему Синичка не разыграла этот козырь? К слову, с твоей секретаршей у Баринова обыкновенный роман. Встретились случайно в магазине, позлословили о тебе, переместились в горизонтальную плоскость, обоим понравилось. Теперь Баринову грозит тюремное заключение, а Ольга обещает его ждать. Короче, ложная тревога. Совпадение. Так иногда бывает.

— Да и черт с ними, — пожала плечами Люся. — Устала я, Паш, искать врагов вокруг. Синичке нужно, чтобы я перекинулась? В этом весь смысл? Тогда она своего добилась — в этой самой спальне, прямо на твоих глазах. Как бы ей еще сообщить об этом?

— Ну вот поймаем ее, и сообщишь, если захочешь. У нее будет очень много времени, чтобы завершить свои исследования. Пожизненно — это долго, знаешь ли.

— Катька меня шантажирует, — выпалила Люся, не дослушав его. Синичка в роли серийного убийцы все еще не помещалась в ее голове. Это было дико. — Говорит, или покупай мне пятикомнатную квартиру, или я посажу Виктора Ветрова. Правда, она так и не сказала, за что именно.

Он на секунду опешил, а потом так оглушительно расхохотался, что его наверняка даже Нина Петровна за стенкой услышала.

— Ярилки, — выдавил он из себя сквозь смех, — жадные, глупые и ленивые. Она вообще соображает, что несет? Да ты ради моего отца и пальцем не шевельнешь, а если решишь, что он заслужил, — еще и поможешь его засадить.

— И в чем тут веселье? — спросила Люся расстроенно. — У нас с тобой прямой конфликт интересов.

— Нет у нас никакого конфликта, — отмахнулся он. — Все просто: ты поступаешь, как считаешь правильным, ну и я тоже. А там видно будет.

— Какой-то у тебя несерьезный подход.

— Люсь, а чего ты от меня ждешь? Запугивать тебя без толку, это мы уже выяснили. Переубеждать? Тоже не вижу смысла, ты уже взрослая девочка. Да и вряд ли Катерина могла нарыть что-то, кроме старых махинаций моего отца, а эти вопросы решаются с помощью хорошего юриста. Опять же, срок давности никто не отменял. Так что сестра просто треплет тебе нервы.

— Ну-ну, — буркнула Люся без особой уверенности.

Катька была дурой, но не дурой-дурой.

Ветров вскоре уснул — все-таки еще болел, чувствовал слабость.

А Люся смотрела в окно и спрашивала себя: что толку иметь собственный портал, если ты не можешь воспользоваться им, когда тебе приспичит донести послание до серийного маньяка?

К черту табу.

К черту вбитые с рождения установки.

Чтобы перестать бояться, иногда приходится проявить отчаянную смелость.

Или глупость, это как посмотреть.

— Жизнь надо прожить так, чтобы иногда тебе было стыдно проснуться, — сказала себе Люся и открыла ноутбук.

«Как я перекинулась при постороннем — откровения главного редактора», — напечатала она заголовок. А дальше слова хлынули рекой.

«Каждый арх больше всего на свете боится самого позорного позора: принять свою архаичную форму на людях, — писала Люся. — Тому виной поколения предков, которые завещали нам скрывать свою истинную сущность, потому что это может быть опасно. В этом есть смысл, но что делать, если публичный оборот с вами все же случился? Я расскажу вам про свой опыт и надеюсь, что кому-то из тех, кто побывал в подобной ситуации, это поможет.

Как правило, меня принимают за кимора — благодаря скандальному характеру. Но на самом деле я родилась нижним архом, лягушкой, если быть точнее. Кто из вас сейчас представил себе трепетную деву, нетерпеливо ждущую своего царевича? Ого! Как вас много! Но нет, друзья, правда в том, что я так испугалась поцелуя, что предпочла перекинуться и спрятаться под кроватью.

Да, мне тоже смешно. Да, так бывает, когда ты много лет сильная и независимая и вдруг к тебе относится с добротой тот, кого ты считаешь своим противником.