Люся в порядке
Шрифт:
Ничего не напоминает?
Некоторые моменты почти в точности повторяют Люсин сон, тот кошмар, который ей не даёт покоя.
Проводим параллель.
Татуировщик Эдуард – образ учителя из сна.
От его важности, компетенции и деловитости Люся теряет способность свободно двигаться и нормально говорить. Во сне у неё пропадает голос и ноги прорастают в пол.
В ночном кошмаре в мыслях – паника, страх, и она бы точно грохнулась в обморок, но вместо этого она просыпается. В реальности же всё происходит по-настоящему! И её собственные паника и страх организовывают ей уже вполне настоящий обморок.
И вот, посмотрите, как интересно получается! Люся задаётся вопросом как же определить своё истинное желание. И хотя тело ей прямо сигналило, что пора остановиться и уйти, все сигналы были проигнорированы, психика устала защищаться, мозг не выдержал и просто выключил свет.
Мы провели параллели сна и реальных событий, в них чётко прослеживается паттерн поведения Люси: она теряется и почти не владеет собой при виде человека, которого считает компетентнее, важнее себя. Она утрачивает способность логично мыслить и говорить «нет».
Теперь вернёмся к поставленному вопросу: Как отличить настоящее желание от желания за компанию?
• Разбираемся с потребностями
• Обозначаем личные границы
• Осознаем эмоции и телесные реакции
• Отслеживаем автоматические мысли
Всего четыре пункта, за которыми стоит серьезная работа. И снова две новости.
Плохая – делегировать эту работу не получится. Люсе придётся справиться самой.
Хорошая – и не надо! Люся способна стать архитектором своих личных границ. Мы все способны.
Хотя часто, так же как Люся, об этом не подозреваем.
История 4. Сесть в поезд, который ушёл
– Мам, ты опять в свои танцы уставилась. Сколько можно?
– Сколько можно меня об этом спрашивать? Мне нравится. Я смотрю, – Люся прибавила звук.
Комната заполнилась аплодисментами.
Ведущий шоу сверкал улыбкой, блистал остроумием, в общем, излучал принятый в телевизионном мире позитив.
– Наконец-то сегодня мы узнаем имена победителей нашего невероятного супершоу “Танцуй, герой!”! Интересно, кто же это бу…
Экран вдруг погас.
– Вообще не интересно, кто же это бу…! – подражая ведущему пробасил Миша. – Мам, хватит страдать ерундой. Давай посмотрим спорт.
Экран снова вспыхнул. Прямо на Люсю несся болид Формулы-1.
Это был настоящий рейдерский захват телевизора. Причём до пульта Миша не дотрагивался, считал его пережитком прошлого. Управлял с телефона.
Люся схватила пульт.
– Сын, не хами маме! Пожалеешь!
На экране снова заблестел ведущий шоу.
– Мама, пойди навстречу любимому сыну!
Миша ткнул в телефон. Болид на экране зашёл в крутой вираж.
Люся пультом вернула блестящему ведущему право голоса:
– Посмотрите, какой пируэт! Какая техника! Какой эмоциональный посыл… это же настоящая история любви…
– Не надо про любовь, – оборвал Миша ведущего и переключил канал. Пилот болида не справился с управлением и вылетел с трассы.
Экран погас.
– Кстати, о любви! Что-то я давно не видела Марину! Поссорились? – вскользь поинтересовалась Люся.
Миша уткнулся в телефон.
– Это наше дело!
– Ты же хотел провести время с мамой. Давай поговорим! – Люся пошла в атаку. – Что у вас там случилось? Рассказывай…
В коридоре послышалась возня, а Лёнин голос сообщил:
– Эй, семейство, я в магазин!
– Список не забудь, – крикнула Люся.
Миша вскочил с кресла.
– Подожди, я с тобой!
На Люсином лице мелькнула победоносная улыбка, которую она поспешила стереть.
– Куда? А поговорить?!
Входная дверь хлопнула. В квартире повисла тишина.
Люся включила с таким трудом отвоёванный телевизор.
На экране известный актёр пытался соответствовать неизвестной красотке. Танцовщиц мало кто знает в лицо. По сравнению с фигурным или гимнастикой танцевальный спорт не слишком популярен. Люсе такое положение вещей всегда казалось несправедливым.
В детстве она мечтала стать балериной. Уговорила маму отвести её в танцевальный кружок.
В танцклассе маленькой Люсе понравилось. Зал казался огромным из-за зеркальной стены напротив окна. На урок пришло очень много девочек. Они были похожи на пингвинчиков. Чёрные купальники. Белые носочки и такие специальные туфельки из ткани. Люся потом уже узнала, что они называются «балетки». У неё балеток не было. И купальника тоже. Мама сказала: «Сначала пусть примут, потом все куплю». Люся стеснялась своих розовых колготок и дурацких бесформенных чешек, превращавших ногу в утиную лапу. Гадким утёнком среди аккуратных пингвинчиков быть не хотелось. Люся вспомнила, как в сказке с утёнком поступили жители двора, и выбежала из зала с криком: «Не пойду».
– Ты же сама хотела, – грозно зашептала мама на весь коридор.
Вслед за Люсей из танцкласса вышла учительница. Люся подумала, что она похожа на восклицательный знак, не высокая, а вся какая-то приподнятая.
– Что случилось? – спросил «восклицательный знак», наклоняясь над Люсей.
Люся опустила голову и моментально стала похожа на ослика Иа.
Она чувствовала, как маме неудобно, но ответить так ничего и не смогла.
– Простите, я должна вернуться в зал. Попробуйте прийти в следующий раз, – доброжелательно посоветовал «восклицательный знак».
– Следующего раза не будет. Хочу, не хочу. Что за капризы, – раздраженно пообещала мама и потащила Люсю прочь от двери, за которой веселый голос «восклицательного знака» командовал:
– Девочки, на поклон, иии… Раз-два-три…
Люся помнила, как захотелось ей тогда оказаться там и стать одним из пингвинчиков, но мама была так рассержена – разумнее промолчать.
«Интересно, а что было бы, если бы я тогда осталась на уроке?» – подумала Люся, выныривая из воспоминаний.
– Невероятный танец! Волшебство! Ваш прогресс поражает, – восхищался с экрана ведущий.
– С партнершей повезло, – галантно сообщил известный актёр, с успехом примеряющий на себя роль танцора в популярном шоу.
– Амалия, – обратился неправдоподобно позитивный ведущий к профессионально улыбающейся танцовщице, – во сколько лет вы начали танцевать?
– Вы знаете, я поздно начала. В четырнадцать, наверное. Я сначала плаванием занималась. Бассейн был в соседнем доме. Вот меня туда и запихнули. Некогда родителям было меня куда-то возить.