Лютица
Шрифт:
— милая моя, вы всё также молитесь за спасение души Любомира? Я видела, как вы ставили свечу… — спросила мать, держа за руку девушку.
— тётя Надя, я молюсь за спасение не только души, но и тела.
— неужели вы до сих пор верите в то, что мой сын жив?
— я всегда буду верить. Я однажды утеряла веру в то, что мой отец жив и Бог меня наказал, забрав Любомира.
— не надо так говорить моя хорошая! Бог не забирал у вас моего сына по этой причине. Это всё проклятая война, только она всему виной. Она забирает людей…
— может быть, — перебила Радка — но факт остаётся фактом. Их обоих нет рядом, и я осталась одна.
— вы не одна доченька! С вами я и Василина, вам помогают Карло и Луиза, у вас растёт маленькая прекрасная дочь!
— и что! Зато его нет рядом! — вскрикнула Радка, резко остановившись. Снова не сдержав эмоции, она заплакала, и мать её обняла, пытаясь утешить бесконечные страдания.
— я понимаю доченька, но слезами не поможешь. Нужно дальше жить, постоянно поддерживая вашу веру, вы терзаете свою душу бесполезными ожиданиями. Чем дольше ваша надежда будет жить, тем больнее будет принятие, когда вам сообщат, что моего сына больше нет.
— не говорите так тётя… Любомир жив! И если не наяву, то всегда будет жить в моём сердце!
Надежда тоже не выдержала и заплакала. Ей было так обидно и больно, что её сына нет рядом. Отпустить погибшего человек порой очень важно. Но, Радка не могла и не хотела его отпускать, от чего постоянно резала душу матери. Надежда была также в печали, что её сын потерял такую верную женщину, а она такого замечательного мужчину. Простояв так пару минут в горестных воспоминаниях, женщины всё же пошли дальше. Они дошли до центрального дома, где Василина играла с маленькой дочкой Юлией. Когда девушка зашла в дом, то сразу забрала малышку и побежала на второй этаж, закрывшись в комнате.
— что с ней тётя Надя? — спросила Васелина удивлённо.
— опять всё то же, воспоминания о Любомире. Она никак не может его забыть и отпустить, и постоянно рвёт моё сердце на части. Мне и так сложно потерять сына второй раз, но она раз за разом сыпет соль на рану…
— вот же любовь… Я думала, такой любви больше не существует, в нашем мире
— как видите, существует. Но, всё равно она пройдёт. Время и хороший лекарь, и коварный хирург. Оно забирает плохие воспоминания, притупляя нашу память, но также сжирает хорошие воспоминания, забирая память о тех, кого мы любим. И наши чувства к тем, кого мы любили безвозвратно слабеют со временем.
— возможно, вы правы тётя Надя. Мы вот почти забыли те кошмары Византии. Время действительно лечит. И вашу невестку вылечит, просто дайте ей больше времени.
— я знаю Васелина. Я пойду, прилягу, а то ноги устали…
Тем временем Радка стояла в своей комнате. Она держала на руках двухмесячную дочку и кормила её. Смотря в окно, она видела совсем далеко за горизонтом одинокий корабль.
— почему вы меня оставили моя любовь? Зачем вы меня тогда спасли из лап нелюдей? Чтобы потом оставить страдать одну? Прошло уже четыре месяца, а от вас ни слуху, ни духу… Сколько мне ещё страдать и пребывать в мучительном ожидании? Я хочу верить в то, что вы живы мой милый Любко, но это так сложно и больно. — девушка говорила сама с собой, смотря на всё тот же корабль и качая дочку. — Сначала отец меня бросил одну, а теперь и вы мой любимый герой… Неужели я так грешна и незаслуживаю на каплю счастья? Господи, почему вы так со мной поступаете?
Радка легла на кровать и заснула вместе с дочерью, терзаемая бесконечными вопросами. На которые, никто не давал ответов.
Прошло ещё шесть месяцев. Дочь Юлия начинала ступать на ноги и учиться ходить. Мать Надежда всё больше времени проводила с внучкой и не могла нарадоваться тому, как она растёт и взрослеет. У всех героев рассказа всё было стабильно и хорошо, только у Радки всё менялось и только образовывалось. За три месяца до этого дня Карло Феросси поговорил с Радкой о работе, и тогда она ему рассказала, что имеет некую тягу к врачеваннию. После нескольких рассказов Карло ей поверил и повёл к единственному знакомому врачу в городе Лоренцо Бассо. Этому специалисту было сорок лет, и он был не женат, так как был постоянно занят своей работой. Карло воспользовался своим имеющимся авторитетом и уговорил упрямого врачевателя, чтобы тот поучил и простажеровал Радку в некоторых аспектах лечения разных болезней. Врач, который мало обращал внимания на женщин, обратил внимание на отношение к делу, которое демонстрировала его юная ученица. Он показывал и объяснял, как правильно делать перевязки и лечить переломы, как лечить нагноения и готовить некоторые мази. Прошло всего три месяца, но девушка выполняла всё идеально и так же идеально запоминала. Этим она подкупила мужчину, который узнал от Карло, что она одинока, но имеет дочку. Это не повлияло я порыв Лоренцо и тот, раз за разом пытался как-нибудь подобраться ближе к талантливой девушке. И раз за разом Радка ему говорила, что у неё есть муж. Никто, правда, никогда его не видел, тем не менее, она строго стояла на своём, не обращая внимания на подкаты упрямого Сицилийца.
В эту среду на улице стояла мрачная погода, которая вторила апрельской поре, и в этом месяце шло множество дождей. Радка с помощью Карло снимала небольшое помещение недалеко от центрального дома, куда приходили люди, чтобы получить перевязку после травм и ранений, ожогов и всяких раздражений. Радка консультировала и лечила, как могла людей, если случай был крайне сложный и выходил за рамки её знаний, то она посылала больного к лекарю Лоренцо. Так и в этот день было до четырёх часо по полудню. Последний пациент ушел с маленькой лечебницы, в которой Радке помогала Васелина, и двери открыл, тот самый назойливый лекарь.
— Радка я вам больше не нужна? — спросила Васелина, которая явно куда-то спешила.
— уже нет, бегите. — ответила Радка, складывая повязки в небольшой ящик. А врач только проводил взглядом Васелину, которая подморгнула ему.
— как прошел очередной рабочий день? — спросил мужчина ровным голосом, дождавшись пока закроются двери.
— так же как и все остальные. Надеюсь, я вскоре смогу больше делать, ибо мне пришлось три человека отослать к вам. Я многого не знаю и не умею, и меня это раздражает.
— вы слишком спешите Радка, пока жизнь пролетает мимо вас.
— совсем наоборот, я лечу вместе с жизнью, пытаясь успевать, всё делать, но мне необходимо больше книг, вы дадите мне книги по правилам и методам вскрытия? — посмотрела на Лоренцо девушка без тени улыбки.
— зачем вам такие сложные знания? Вы ведь получаете неплохое жалование, которого с лихвой хватает на неплохую жизнь! — удивился лекарь.
— прошу простить мою грубость сеньор Лоренцо, но это моё дело и моя инициатива, если вы против того, чтобы я научилась оперировать тяжелые ранения, то так и скажите!
— почему вы сразу всё воспринимаете в негативном ключе? Я и не думал об этом! Я вам всё предоставлю, только прошу вас расслабтесь хоть на один день, и сходите со мной выпить вина к господину Луиджи!
Радка закатила глаза, ведь очередную атаку на её женское внимание не пришлось долго ожидать.
— прошу вас сеньор Лоренцо, давайте обойдём эту тему стороной, хотя бы сегодня.
— почему сеньора? Вы молоды и амбициозны, вы одиноки и красивы! Зачем терзать себя и свою душу жизнью без мужчины?
— сеньор Лоренца не переходите эту черту, прошу вас. Я не хочу грубить и хамить вам.
— почему вы не выказываете мне внимания? Разве я плох и не красив? Или может быть я стар для вас и не достаточно интелегентен? Так это вообще не беда! Многие семьи в Сицилии создаются с такой разницой в возрасте.
Радка очень устала от этих постоянно повторяющихся нападок и была на грани сорваться ругательствами в сторону мужчины.
— у меня есть мужчина, и я его жду. Я достаточно хорошо выучила латынь, чтобы сказать это без ошибок. Или вам это непонятно по какой-то причине? — поставила руки в бока девушка.