Чтение онлайн

– Когда увидишь фото, заговоришь по-другому, – вновь улыбнулся мужчина.

– До встречи Артём! – и, не дожидаясь его ответа, покинула студию.

За неделю, которую я не общалась с Фоминым, заметно успокоилась и даже сумела себя убедить, что его недовольство мне лишь показалось. Это нормальное его состояние, так чего из-за этого переживать? Я должна быть готова к нападкам. Это я так себя настраивала перед новой встречей с руководителем.

Так, Лера, ты сильная, ты справишься!

Я уже было вышла из дома, когда от повторения этой, можно сказать мантры, меня отвлёк звонок мобильного.

– Лерусик!
–  пропела в трубку Оксана.
–  Ты не представляешь, что я сейчас держу в руках!

– Дай угадаю?
–  я была рада слышать свою неунывающую подругу.
–  Ты купила то красное платье?

– Нееет!
–  протянула она.
–  Я в руках держу отпечатанные фотки с фотосессии! И знаешь, что я тебе скажу?

– Что?
–  улыбнулась в ответ.
–  Это твой величайший провал?

– Нет Лютаева! Это просто кошмар!!!

– Что? Все так страшно?
–  вот говорила я ей, модель из меня…

– Не то слово! Прав был Тёмыч, тебя теперь просто разорвут.

– Ксю, давай конкретнее, я что-то тебя не понимаю, - да ещё и опаздываю.

– Лера, это не фотки, это просто бомба! Мне Андреев весь стол закапал слюной пока показывал материал.

– Ксю, а чего он тогда не позвонил?
–  эти фотки меня почему-то мало волновали в данный момент.

– А ты ждала?
–  съехидничала подруга.

– Не особо.

– Да он в командировке был, вот и не звонил, - по голосу слышала, что Оксана улыбается.
–  Так что готовься, сегодня-завтра обязательно тебе позвонит.

– Всенепременно!
–  и все таки, я была не против ещё пообщаться с этим мужчиной.
–  Слушай, Ксю, я ужасно тороплюсь, давай в другой раз поболтаем?

– Куда спешишь? Уж не с твоим ли преподом свидание?
–  у неё все мысли об одном.

– Это не свидание, а производственная необходимость.

– Ах, точно!
–  я представила, как Оксана бьёт себя ладошкой по лбу.
–  Он же из этих…

– Из каких этих?

– Ну, как их там называют… феминистов?

– Ксю!
–  расхохоталась я.
–  Феминистки - это женщины, а он просто женоненавистник.

– Да не суть! Слушай, давай я тебя возле универа поймаю, фотки передам?

– Давай, только я ждать не смогу долго.

– Хорошо, я постараюсь быстро.

Возле университета мы с Ксю появились одновременно. Она настаивала, чтобы я сразу взглянула на фотки, но я опаздывала к Фомину уже на целых пять минут, которые могут обернуться для меня проблемами, так что, закинув их в сумку, быстро попрощалась с подругой и отправилась на каторгу.

– Ещё раз опоздаете, - встретил меня недобрым взглядом преподаватель, - придётся искать меня по всему университету.

– Простите, Вячеслав Сергеевич, - промямлила, опустив глазки в пол, - подобное больше не повторится, - а про себя думала: "ничего страшного, подождешь, не переломишься".

– Принесли материал?

– Да, - быстро подойдя к столу, вынула папку с бумагами и водрузила на стол.

У Фомина был пунктик, он не любил работать с электронным текстом и просил все распечатывать. Вот странный человек, столько бумаги не жалко переводить.

– Вот, Валерия, возьмите, - он пододвинул мне свою папку и, взявшись за мою, откинулся на стуле.
–  Посмотрите эти материалы, если возникнут вопросы, спрашивайте. Я думаю, они вам пригодятся.

Угукнув в ответ, взяла папку и уселась за соседний стол. Вооружившись карандашом, стала просматривать материал. И вправду, была какая-то прелесть в работе с бумагой, и читается легче и пометки проще делать.

Спустя минут десять молчаливого изучения текста поняла, что что-то не так. Фомин никогда не молчал столько времени подряд, особенно если было к чему придраться. Подняв взгляд на мужчину, увидела, что он изучает мою папку со странным выражением лица. Что именно скрывалось за этим выражением, понять было сложно.

Я тихонько встала, на что Фомин даже не отреагировал, и подошла к его столу. А когда я поняла, что он изучает, готова была провалиться сквозь землю.

– Твою ж мать!
–  выругалась, тут же прижав ладошку ко рту.

Мужчина поднял на меня слегка ошарашенный взгляд и пробежался им по мне, словно сверяя подлинник с фотографией. Фотки, которые привезла Оксана, вот что оказалось в папке! И хуже всего то, что я сама их ещё даже не видела и не знала краснеть мне перед преподавателем или бледнеть. Хотя, кажется, я сделала сначала то, а потом другое.

– Это как понимать?
–  наконец взгляд Фомина приобрёл осмысленность, а в голосе прорезались недовольные нотки.

– Они случайно туда попали!
–  я начала паниковать и, перегнувшись через стол, ухватилась за край папки, дернув на себя. Но преподаватель её не отдал, потянув в свою сторону, отчего я сильнее завалилась на стол.

– Я не ожидал от вас подобной выходки, - Фомин практически прожигал меня взглядом.

– Вячеслав Сергеевич, - вновь попыталась забрать папку, но он держал крепко, - мне нет необходимости подсовывать вам подобные фото! Уж вы точно не должны были их увидеть!

– И кто же их должен был увидеть?
–  глаза мужчины превратились в узкие щелочки. Меня, кажется, сейчас начнут убивать…

– Вас это никак не касается!
–  очередная попытка вернуть папку не увенчалась успехом.

– Лютаева, ты в конец обнаглела?
–  выдал Фомин, отчего я опешила. Мало того что он перешёл на ты, так ещё и говорит что это я обнаглела.

– Если вам так интересно, Вячеслав Сергеевич, - разозлилась я, - это фотосессия для журнала!

– Это для какого ещё журнала?
–  мне кажется или он почти рычит.
–  Может с рекламой интим услуг?
–  мужчина поднялся, зло сверкая глазами и точно так же как и я, навис над столом, отчего мы оказались практически нос к носу.

– Даже если и так, - я уже закипела.
–  Вам какое до этого дело?

– Не хочу позориться перед коллегами!
–  спустя секундное замешательство выдал этот хам.

– А какое отношение это имеет к вам?

– Ты моя студентка!
–  его прерывистое горячее дыхание обжигало мои губы.

– Можете не переживать, это всего лишь женский журнал, - решив больше не дергать тигра за усы, вновь потянула папку и, наконец, моя попытка увенчалась успехом, но и тут не повезло.

Дернула я слишком сильно, а вот Фомин уже не держал, поэтому все фотографии, оказавшиеся в папке, взлетели в воздух и рассыпались по полу.