Чтение онлайн

По всей вероятности, королевская спальня сегодня пользовалась небывалым успехом. Сначала, по стене забрался гном, преодолев сразу половины стены магическим прыжком или чем-то наподобие, а после так же, как и она — вмятины на стене остались глубокие и широкие, явно выдерживая гораздо больший вес, чем Ви, да и втыкались явно не стилеты, а скорее короткие топорики. «Итак, гном, поднялся сюда» — Ви осмотрелась еще раз и отошла к окну, поднимая свою руку, словно применяясь — «В руках у него был посох. Причем посох магический, поскольку только древесина обработанная магией умеет эту самую магию хорошо амортизировать, что в какой-то мере защитило кусок ладони… А значит, этим посохом гном пользовался. Гномов-магов не существует, но… Есть много представителей изучающих магические артефакты. Или напичканные рунами и отложенными заклинаниями. Видимо посох представлял собою нечто подобное. Хм, но зачем ему тащить его сюда? Двое убийц за один вечер — это что-то из области тотального невезения. Или везения, если судить со стороны предполагаемого заказанного… Но почему он остался? Нормальный убийца, увидев, что тут пусто предпочел бы скрыться и попробовать в другой раз. Да, загадка… Возможно просто хотел поговорить? Или был неопытен? Или» — вдруг пришло ей в голову — «может ему-то он и принес свой артефакт?» — Ви присела на корточки, заглядывая под кровать. Ага! Вряд ли король Алистер имеет привычку хранить под нею куски обгоревшего дерева по форме сильно напоминающее голову дракона которой так любят украшать навершие посохов. — «Прости, Алистер, это я заберу. Так, что же было дальше? Гном видит, что короля нет, и по всей видимости решает его дождаться. С какой целью — не ясно. Тем временем в окно влезает уже настоящий убийца, легкий, быстрый и самый что ни на есть классический. Явно мужчина, если судить по ширине полоски грязи, оставленному на стене. Метод он тоже использовал весьма традиционный, залез сюда так же, как и я. Надо будет им посоветовать стражу там внизу поставить, что ли… Хотя нет, такой совет от меня явно будет слишком подозрительным… Он залез на подоконник и сразу выпустил несколько стрел. Потом еще несколько. Подслеповат или Алистер подложил подушки под одеяло? С него бы сталось отчебучить такое, дабы не искали некоторые советники… Но видимо у гнома сдали нервы, и когда второй тип слез с подоконника, чтобы проверить работу и зачем-то сжечь тело — шарахнул в него огненным шаром. Что случилось дальше?» — Ви задумчиво осмотрела комнату — «Почему все здесь превратилось в обиталище демона гнева? Ворвались стражники и напали? Или…»

Додумать она не успела. Из коридора послышались голоса и девушка, перемахнув через подоконник, была такова.

Алистер стоял в одной из комнат, занимаемых целителем Седриком, и старался не дышать. На столах лежали обугленные тела мертвых стражников, над которыми сейчас склонился целитель, чуть ли не касаясь их длинным крючковатым носом. Король передернулся. Седрик принадлежал к тому типу целителей, что рассматривал окружающих как временно живые трупы, и любимым его занятием было предсказывать, от чего умрет тот или иной придворный. Эта была одна из причин, по которой король избегал встречи с ним на банкетах. Другая причина заключалась в резком запахе маринованных яиц, постоянно сопровождавшем целителя. Он же, правда, своевременно предупреждал о его появлении.

Однако теперь характерное амбре целителя было не единственным, с чем приходилось мириться королевскому обонянию. И между запахом обгоревшей плоти и маринованных яиц Тейрин предпочитал последний. Теган долго и упорно внушал Его Величеству, что в его личном присутствии при осмотре тел нет никакой необходимости, но Алистер знал, что не сможет сейчас просто пойти и лечь спать, не разобравшись в произошедшем.

— Очень интересно, — бормотал себе под нос целитель, зачем-то открывая одному из трупов рот и поднося к нему свечу, которую держал в руке. — Давно надо было этот зуб вырвать, говорил же я ему…

Алистер передернулся и не выдержал:

— Вы что-нибудь узнали?

— Да, Ваше Величество, — ответил Седрик, с явным сожалением поднимая голову от трупа. — Вот эти четверо — ваши стражники. Вот этого, — он кивнул на труп с раскрытым ртом, — убили ударом в сердце. Скорее всего, кинжал. А потом уже сожгли тело, хоть и не до конца. А вот остальные — сгорели заживо.

Алистер проглотил возникший ком в горле и поежился, представляя ужасную картину.

— А пятый? — кивнул он на еще одно тело, пока его воображение не разыгралось окончательно. Хорошо бы поспать хоть следующей ночью!

— А кто это такой, я не знаю. Насколько мне известно, гномов среди королевских стражников нет.

— Гномов?

— Да, это, безусловно, гном. Взгляните сюда, — Седрик опять почти уткнулся трупу в обгоревшее лицо, так что король поспешил прервать лекцию по гномьей анатомии, пока его не замутило.

— А он как погиб?

— Так же, как и первый стражник — заколот кинжалом, а затем уже сожжен.

— Гидеон полагает, что огонь — магический? — помолчав немного уточнил целитель. — Да, я бы с этим согласился. Обычное пламя не могло так повредить тело за такой короткий срок. А вспыхнул он мгновенно.

Банн Теган, во время всего разговора стоявший в углу с прижатым к носу платком, на этих словах не выдержал и в спешке покинул помещение. Убедившись, что по существу Седрику больше добавить нечего, Алистер последовал за ним.

Через полчаса мрачный король сидел в столовой в полном одиночестве, если, конечно, не считать толпы, ходящих за ним повсюду стражников. Ему нестерпимо хотелось спать и болела голова, но позволить себе лечь спать сразу после того, как на него было совершено покушение, а четверо стражей погибло, почему-то казалось ему непозволительным. Да еще этот гном. Кто это и что он делал у него в комнате? «А ведь так хорошо все было вчера», — тоскливо размышлял Алистер, вспоминая проведенную с эльфийкой ночь. Ему почему-то было очень легко с менестрелем. Казалось даже, что он знает ее уже много лет. Он не испытывал такого со времен… Да, со времен Табрис. «Еще одна языкастая эльфийка», — улыбнулся про себя Алистер. — «Интересно, чем сейчас занята Табрис и чем занята новая знакомая?»

Ви устало потерла глаза, садясь на кровать. Нужно было поспать, но до вечера этого делать строго не рекомендовалось, чтобы не компенсировать после ночным бодрствованием. По пути вниз со стены, она оставила несколько маячков и четыре хитрых ловушки с кислотой и зажигательными бомбами. Следующий, кто полезет к Тейрину этим путем обречен сверзиться вниз. Если повезет — то даже частично целым.

«Никто не убьет этого короля, пока я не получу нужные сведения».
– как-то зло подумала она, и встала. Пора было приниматься за работу, которой и была ее жизнь.

Последующие несколько недель менестрель Гараэл мило улыбалась, флиртовала с баннами, совершенно очаровательно пела и строила глазки своему, своему ли? королю. Стража все еще бдела, но Алистер легко уходил от них, раз за разом возвращаясь в уютную гостиную, где ему всегда были рады составить компанию. Они пели, и Виолетта честно пыталась выправить королю если не тонкий слух, то хотя бы голос. Они много разговаривали, и Алистер все же поведал ей о том, как защищал Редклиф от армии оживших мертвецов, как погружался в глубины Тени, чтобы найти и вернуть маленького мальчика, как сражался с самим собой в поисках легендарного праха Андрасте. Ви временами казалось, что ему просто не с кем поговорить обо всем, что его беспокоит, и она охотно стала его ушами, по мере рассказов проникаясь его мыслями и идеалами, хотя и не разделяла большинство из них. Обычно она просто пила разбавленное до градуса сока, вино, и внимательно слушала, поражаясь, как порою мало нужно человеку, чтобы довериться другому.

— Это тебе — Алистер как всегда появился ближе к вечеру, задумчиво крутя в руках розу. На ее багрово-красных лепестках блестели капли растаявших снежинок, но роза была свежей. Несколько дней назад начался хассус, и снег стабильно и трудолюбиво укрывал землю каждую ночь.

— Откуда? — восхитилась она, осторожно принимая дар — зима же!

Алистер тепло улыбнулся ей, осторожно проводя пальцем по ее щеке, словно спрашивая дозволения на это прикосновение. Та история с гномом, неизвестно как проникшим в его спальню так и осталась невыясненной и постепенно забылась под гнетом новых, тревожных вестей с востока.

— Из королевского зимнего сада. Это специальный, зимостойкий сорт "Шаранеаль", названный в честь неизвестного долийца, который принес семена этой розы из диких земель Коркарии и засадил ими весь эльфинаж, чтобы порадовать свою невесту Шаранеаль большими, красивыми и яркими цветами, которые зацветают в первые дни кассуса и радуют глаз до начала следующего года. По легенде, они были белыми, словно снег, но три года спустя в эльфинажах запретили выращивать розы, а того эльфа казнили за нарушение запрета, оросив его кровью выращенные им же цветы, которые с тех пор стали красными. А все прочие кусты растащили по своим садам алчные дворяне, оставив при этом прежнее название. Так и прижилось.

— Грустная история. — Эльфийка потрогала пальцем шип, и конечно же укололась. Капля крови медленно стекла по стеблю, и она переложила цветок в другую руку, сунув подушечку пострадавшего пальца в рот

— Почему?

— Получается, городским эльфам в Денериме запрещено даже радоваться

— Это… Не так

— Ты отменил тот запрет?

— Его отменили уже очень давно. Это довольно древняя легенда.

— Она очень красивая.

— Как и ты. Хочешь, я покажу тебе сад?

— Да. — Ви улыбнулась, задумчиво, и как-то теплее, чем обычно. — Я бы хотела написать песню об этой легенде. Подожди, я захвачу лютню.