Чтение онлайн

стихотворение «Как часто пестрою толпою окружен...», вышел

в середине месяца, так как цензурное разрешение на него было

получено 14 января (подробнее см.: Герштейн,с. 41—44).

М. А. КОРФ

Модест Андреевич Корф (1800—1876) учился в Лицее вместе

с Пушкиным и впоследствии часто встречался с ним (одно время

они жили по соседству), обменивался письмами, однажды получил

от Пушкина ценные книги, но отношения между ним и поэтом всегда

оставались холодными. Корф впоследствии сделал блестящую

карьеру: был доверенным лицом Николая I и членом Государственного

совета.

Если в воспоминаниях Корфа о Пушкине чувствуется откровенно

неприязненное, пристрастное отношение к поэту, то о Лермонтове

в своем дневнике он пишет совсем в других тонах, дает высокую

оценку ему как поэту, при описании ссоры его с Барантом он на

стороне Лермонтова. Корф подробно осведомлен о ходе дуэли

(о падении Баранта во время решительного выпада не было известно

из других источников). Он также хорошо знает положение Щерба­

товой и сочувствует ей.

В 1856 г. А. И. Философов, напечатавший в Карлсруэ «Демона»,

послал M. А Корфу три экземпляра книги и подробное письмо,

свидетельствующее о том, что Философов считает его лицом, осведом­

ленным в вопросах, связанных с текстом поэмы.

ИЗ ДНЕВНИКА

(стр. 298)

1 О М. Щербатовой (урожд. Штерич) см. примеч. 47 на с. 504.

2 О Бахерахт см. с. 505 наст. изд.

В. Г. БЕЛИНСКИЙ

Начало личного знакомства Лермонтова с Белинским (1811—

1848) относится к 1837 г. Эту первую их встречу в Пятигорске нельзя

назвать удачной: они не поняли друг друга. Их разговор передает

571

в своих воспоминаниях Н. М. Сатин (см. с. 251). До 1837 г. они

знакомы не были, хотя детство Белинского прошло в Чембаре,

в 15 верстах от Тархан, а затем они одновременно учились в Мос­

ковском университете, и эти обстоятельства нашли отражение в твор­

честве писателей.

Так, установлено, что в драме Лермонтова «Странный человек»

и в драме Белинского «Дмитрий Калинин» отразились одни и те же

события, происходившие в Пензенской губернии в имении помещицы

М. Я. Давыдовой и заставившие обоих юных авторов задуматься над

бесчеловечностью крепостнической действительности.

Белинскому принадлежат первые печатные отзывы о произве­

дениях Лермонтова. «Если это первый опыт молодого п о э т а , — писал

он о «Песне... про купца Калашникова», — то не боимся попасть

в лживые предсказатели, сказавши, что наша литература приобретает

сильное и самобытное дарование» ( Белинский,т. II, с. 411).

Еще не зная имени автора, Белинский пишет о «Тамбовской

казначейше»: «В XI томе («Современника») помещена целая поэма

«Казначейша». Стих бойкий, гладкий, рассказ веселый, остро­

умный — поэма читается с удовольствием» ( Белинский,т. III,

с. 57).

В дальнейшем появление каждого нового стихотворения Лер­

монтова в печати вызывало отклик Белинского.

Для эволюции мировоззрения Белинского, отказа его от «при­

мирения с действительностью» творчество Лермонтова сыграло

решающую роль. Один из друзей Белинского литературный критик

П. В. Анненков писал об этом в своих воспоминаниях: «Лермонтов

втягивал Белинского в борьбу с собою, которая и происходила на

наших глазах. Ничто не было так чуждо сначала всем умственным

привычкам и эстетическим убеждениям Белинского, как ирония Лер­

монтова, как его презрение к теплому и благородному ощущению

в то самое время, когда оно зарождается в человеке, как его горькое

разоблачение собственной своей пустоты и ничтожности, без всякого

раскаяния в них и даже с некоторого рода кичливостью. Новость

и оригинальность этого направления именно и привязывали Белин­

ского к поэту такой полной откровенности и такой силы. <...> Про­

должительное наблюдение этой личности, вместе с другими, родствен­

ными ей по духу на Западе, забросили в душу Белинского первые

семена того позднейшего учения, которое признавало, что время

чистой лирической поэзии, светлых наслаждений образами, психи­

ческими откровениями и фантазиями творчества миновало и что

единственная поэзия, свойственная нашему веку, есть та, которая

отражает его разорванность, его духовные немощи, плачевное состоя­

ние его совести и духа. Лермонтов был первым человеком на Руси,

который навел Белинского на это созерцание, впрочем, уже подготов­

ленное и самым психическим состоянием критика. Оно пустило

572

обильные ростки впоследствии» ( А н н е н к о в П. В. Литературные

воспоминания. М., 1986, с. 166—168).

Свои впечатления от произведений Лермонтова Белинский

обычно выражал очень эмоционально и в статьях и в письмах

к друзьям. В этом отношении очень характерны включенные в наст.

изд. отрывки из писем Н. В. Станкевичу и В. П. Боткину.

ВЫДЕРЖКИ ИЗ ПИСЕМ И СТАТЕЙ

(стр. 300)

1 Николай Владимирович Станкевич,с которым Белинского

связывали теплые дружеские отношения, возглавлял философский

и литературный кружок, в который входил и Белинский.

2 Николай Тимофеевич Грановский, историк, профессор Мос­

ковского университета, был тесно связан с кружком Станкевича.

Есть свидетельства того, что Грановский хотя и не относился к Лер­

монтову так восторженно, как Белинский, но высоко ценил «Песню...