Чтение онлайн

Крутость характера Елизаветы Алексеевны по отношению к крепостным, переходящая подчас в жестокость (начало XIX века: людей могли продать, отдать в солдаты, наказать телесно), говорят, отступала, если Миша просил за кого-нибудь из провинившихся крестьян. Естественно, внука своего Елизавета Алексеевна пальцем не трогала.

Обучение Михаила Юрьевича началось, как бы сейчас сказали, в детсадовском возрасте. В десять лет в совершенстве немецкий и французский. Плюс латынь. В тринадцатилетнем возрасте Лермонтов прилежно занимается историей, географией, астрономией. Изучает синтаксис и грамматику русского языка, пишет сочинения на заданные темы. (После четырнадцати к иностранным языкам прибавились английский и греческий). Между делом – игра на скрипке, фортепиано и флейте… Бабушка не скупилась на лучших учителей: с Лермонтовым занимались преподаватель А.З. Зиновьев (филолог, историк), профессор словесности А.Ф. Мерзляков, профессор Д.М. Перевощиков (астроном, математик).

В сентябре 1828 года Михаил Лермонтов был принят сразу в четвертый класс престижного Благородного пансиона при Московском университете «полупансионером». Еще годом ранее Арсеньева переезжает в Москву, снимает дом для жилья. Несомненно, «полупансион» был выбран по желанию и Лермонтова, и его бабушки: они не разлучались. (И опять же не потому, что бабушка «душила» внука своей любовью, а потому, что любовь их была взаимной на протяжении всей их жизни). Мишель каждый день после занятий и на выходные отпускался домой. Преуспевал во всем; учителя отмечали блестящие способности Лермонтова по математике. Сохранились свидетельства, что Михаил Юрьевич мог потратить сутки на обдумывание математической задачи 37 . В документах пансиона «поведение и прилежание» Лермонтова «отмечено как "весьма похвальное". По всем предметам, за исключением Закона Божьего и латинского, ему выставили высший балл (4), и он не без гордости писал, что был "вторым учеником"» 38 .

В апреле 1830 года Лермонтов подал прошение об увольнении из пансиона. Почему-то некоторые исследователи из этого делают вывод о том, что обучение в пансионе Лермонтов не закончил. Почему не закончил? Основные версии: разногласия с преподавателями, реорганизация пансиона и в связи с этим потеря каких-то предполагаемых возможностей или… протест Лермонтова против царского произвола. Ах да, еще введение телесных наказаний. Рассмотрим по пунктам. Документов о каких-то неувязках с преподавателями нет. Есть устные предания, которым не всегда можно верить. Есть документы о замечательной учебе и успехах Лермонтова. Далее. После посещения Николаем I пансиона император действительно нашел «непорядки» и издал указ о реорганизации учреждения. Действительно, допускались телесные наказания. Если б все это ввели сиюминутно после посещения пансиона императором, бабушка, безусловно, забрала бы внука лично. Но под действие этого указа не подпадали те, кто уже учился! Многие однокашники Лермонтова спокойно продолжили обучение. Как же трактовать прошение Лермонтова об увольнении? Да просто. В пансионе учились по индивидуальным программам. Лермонтов поступил в четвертый класс. Остались пятый и шестой. К апрелю 1830 года Михаил Лермонтов закончил шестой класс и подал прошение об увольнении, а затем – прошение о зачислении в Московский университет, при котором и состоял пансион. Делать вывод о том, что Лермонтов оставил пансион, на основании его письма тетеньке М.А. Шан-Гирей странно. Письмо:

Вакации приближаются и… прости, достопочтенный пансион! Но не думайте, чтобы я был рад оставить его, потому что учение прекратится; нет! дома я заниматься буду еще более, нежели там. Вы спрашивали о баллах, милая тетенька, увы! – у нас в пятом классе с самого нового года еще не все учителя доставили сии вывески нашей премудрости! (выражение одного ученика). Помните ли, милая тетенька, вы говорили, что наши актеры (московские) хуже петербургских. Как жалко, что вы не видали здесь «Игрока», трагедию «Разбойники». Вы бы иначе думали. Многие из петербургских господ соглашаются, что эти пьесы лучше идут, нежели там, и что Мочалов в многих местах превосходит Каратыгина. Бабушка, я и Еким, все, слава Богу, здоровы, но M-r G. Gendroz был болен, однако теперь почти совсем поправился. Постараюсь следовать советам вашим, ибо я уверен, что они служат к моей пользе. Целую ваши ручки. Покорный ваш племянник М. Лермантов.

P. S. Прошу вас дяденьке засвидетельствовать мое почтение и у тетеньки Анны Акимовны целую ручки. Также прошу поцеловать за меня Алешу, двух Катюш и Машу39.

Когда дети в наше время говорят после окончания школы: «Мы закончили учебу» или «учение прекратилось», это не означает, что они недоучились. Такие простые вещи…

В документе от 16 апреля 1830 года об удовлетворении прошения Лермонтова об увольнении из пансиона за подписью директора пансиона П.А. Курбатова следующее:

…в 1828 году был принят в пансион, обучался в старшем отделении высшего класса разным языкам, искусствам и преподаваемым в оном нравственным, математическим и словесным наукам, с отличным прилежанием, с похвальным поведением и с весьма хорошими успехами; ныне же, по прошению его, от пансиона уволен 40 .

И нет сомнения, что с таким документом Лермонтов был принят в Московский университет 21 августа 1830 года, где продолжил обучение. Далее история повторяется: кто сказал, что Лермонтов был выгнан из Московского университета? О том, что Лермонтов был исключен, сказал Н.М. Сатин 41 , автор самых отвратительных отзывов о характере поэта, не постеснявшийся воскликнуть радостно: «Замечательно, что эта юношеская наклонность привела его к последней трагической дуэли!» 42 . Кстати, когда П.А. Висковатый собирал сведения о поэте в период его обучения в Московском пансионе, от однокашников приходилось выслушивать всякое. Дескать, Лермонтов был заносчив, высокомерен, «бабушкин сынок». Но Лермонтов, без преувеличения, был первым учеником: образованным, начитанным, способным и уже в то время писавшим свои вошедшие впоследствии в историю произведения. Тот грустный и презрительный взгляд Лермонтова, если и имел место, был заслуженным для тех, на кого обращался. А Сатин тем более заслуживал презрения. Другой свидетель-однокурсник – А.М. Миклашевский – спустя много лет по-детски обидчиво вспоминал, что другие дети все дни пребывали в пансионе, а Лермонтова бабушка привозила и забирала ежедневно 43 . И спустя почти два века чувствуется в таких «характеристиках» Лермонтова обычная, ничем не прикрытая зависть.

Сам поэт нигде не писал, что его или выгнали из университета, или он не окончил обучение в пансионе.

Итак, в августе 1830 года Лермонтов поступил в Московский университет на нравственно-политическое отделение. К этому же времени относится и первая в жизни поэта публикация его произведения – это стихотворение «Весна» в № 19-20 журнала «Атеней».

В сентябре 1830 года в Москве началась холера, и «самоизоляция», как бы сейчас сказали, длилась до марта следующего года. Занятия начались чуть раньше марта. Год был потерян. Вероятно, Лермонтов во время карантина усиленно занимался самообразованием и творчеством. Похоже, приняв уже как данность склонность к писательству, Михаил Юрьевич принимает решение перевестись на словесное отделение университета. И опять в университете происходят какие-то нестроения (вроде истории с профессором М.Я. Маловым), вследствие которых занятия опять идут нерегулярно как по вине студентов, так и по вине преподавателей. Лермонтов, жадный до знаний, может, и чувствует неудовлетворенность, но это не причина просить дать ему перевод в Санкт-Петербургский университет. При этом «ведомости "свидетельствуют об успешных занятиях Лермонтова в 1831/1832 учебном году российской словесностью и немецким языком"» 44 , по английской литературе Лермонтов получает высший балл – 4, и нет никаких причин думать, что по другим предметам Михаил Юрьевич имел плохие оценки.

Однако на экзамены в мае-июне 1832 года он не пришел, а 1 июня пишет прошение об увольнении:

Прошлого 1830 года, в августе месяце принят я был в сей Университет по экзамену студентов и слушал лекции по словесному отделению. Ныне же по домашним обстоятельствам более продолжать учения в здешнем Университете не могу и потому правление Императорского Московского Университета покорнейше прошу, уволив меня из оного, снабдить надлежащим свидетельством, для перевода в Императорский Санктпетербургской Университет45.

Подчеркнем: «для перевода». И перевестись Лермонтов планировал точно не на первый курс. Как он мог рассчитывать на это, уйдя из Московского университета по причине (как полагают некоторые исследователи) задолженностей по учебе и плохой подготовленности к экзаменам? Или как мог проситься на второй курс (или третий, по другим сведениям), если, к примеру, в Московском университете ему почему-то не зачли первые два (есть и такие предположения)? Напротив, Лермонтов был уверен в том, что его допустят к экзаменам для второго или третьего курса, был уверен в своих силах и знаниях. Более того, руководство Московского университета, не смущаясь прошением Лермонтова о переводе, на обратной стороне прошения накладывает резолюцию:

Приказали означенного студента Лермантова, уволив из университета, снабдить его надлежащим свидетельством»46. Вот это свидетельство: «По указу Его Императорского Величества, из Правления Императорского Московского Университета своекоштному студенту Михаилу Лермантову, сыну капитана Юрия Лермантова, в том, что он в прошлом 1828 году был принят в бывший Университетский Благородный Пансион, обучался в старшем отделении высшего класса разным языкам, искусствам и преподаваемым в оном нравственным, математическим и словесным наукам с отличным прилежанием, с похвальным поведением и с весьма хорошими успехами, а 1830 года, сентября 1-го дня, принят в сей Университет по экзамену студентом и слушал лекции по словесному отделению, ныне же по прошению его от Университета сим уволен; и как он Лермантов полного курса учения не окончил, то и не распространяется на него сила Указа 1809 года, августа 6-го дня и 26-го сентября предварительных правил Народного Просвещения. Дано в Москве июня 18-го дня 1832 года. Подлинное подписано: Ректор Двигубский, непременный заседатель Иван Давыдов, декан Михаил Каченовский, секретарь Щеглов47.

Лермонтов получает просимое им свидетельство и, полный надежд, отправляется в Санкт-Петербург.

Что вынудило Лермонтова на перевод?

Причина в пропуске экзаменов.

Возможно, до этого момента и было какое-то недопонимание со стороны московских преподавателей, но вряд ли неразрешимое. Сомнительно, чтобы какие-то эпизоды студенческой шалости серьезно повлияли на учебу Лермонтова. То, что Михаил якобы высокомерно отвечал преподавателям, вообще упустим как бездоказательные фантазии. Мог ли поставить Лермонтов под удар свою учебу, которой дорожил, ради того, чтобы показать в чем-то превосходство над профессорами? Нет, нет и еще раз нет.