Чтение онлайн

Профачи мог позволить себе давать ложные показания перед сенатской комиссией, ибо с помощью одного чиновника ему удалось выкрасть из архива нью-йоркской полиции свое уголовное дело с отпечатками пальцев и фотографиями.

Провал сборища в Кливленде и арест многих его участников сделали необходимым, когда прошел первый переполох, созыв нового совещания дЛя разрешения проблем, уже сформулированных в Кливленде. В частности, столкновения между бандами все учащались. Это были дни безудержного разгула американского гангстеризма — то и дело вспыхивали перестрелки и на улицах находили убитых.

14 февраля 1929 года в одном из гаражей на улице Норс Клэрк в Чикаго подручные Аль Капоне, открыв стрельбу из автоматов, покончили с бандой Джорджа Морана (Жука), считавшейся одной из самых сильных и свирепых банд чикагского дна. Эта расправа, одна из наиболее кровавых в истории американского уголовного мира, ясно показала, какой опасности подвергаются банды помельче. Меж тем Аль Капоне угрожал новыми карательными экспедициями, ибо люди Джо Массериа, по его словам, перекочевали с восточного побережья, которое было их зоной, на Средний Запад, где полновластным хозяином был Аль Капоне.

В этих условиях дальнейшее промедление с созывом совещания привело бы к новым вооруженным столкновениям. что неминуемо вызвало бы вмешательство федеральной полиции. Главной трудностью для созыва нового совещания было отсутствие подходящего человека, который пользовался бы доверием как отдельных главарей, так и молодежи. Джонни Торрио, по прозвищу Грозный, вот уже четыре года как находился в Италии; Джо Массериа был слишком заинтересованным лицом в этом деле, чтобы его кандидатура могла быть выдвинута; Джозеф Ди Джованни (Скарфаче) был полуграмотным и не говорил по-английски. Ни один из итальянцев, казалось, не подходил для руководства совещанием, предвещавшим быть весьма бурным. В конце концов выбор пал на 34-летнего Фрэнка Костелло. Ловкий, смелый, инициативный, он был секретарем, советником, телохранителем и доверенным лицом Джо Массериа. Им восхищался Аль Капоне за умение разработать план и провести его в жизнь, не угодив в сети полиции; его боготворил Скарфаче за множество благодеяний, оказанных сицилийцам.

Вот что рассказывают биографы Костелло Роберт Пролл и Нортон Мэкридж [40] о том, как Костелло сделался главой «треста убийц»:

«Костелло связался с другими гангстерами по телефону, и 1 мая 1929 года все они собрались в одном из лучших отелей на знаменитом побережье Атлантик-Сити. Среди них были короли контрабандной торговли спиртным, известные головорезы из самых подонков, видные букмекеры — словом, цвет уголовного мира. Сверкая драгоценностями, элегантно одетые, они щеголяли изысканностью манер.

Фактически все крупные рэкетиры присутствовали на этом совещании на высшем уровне. Все они остановились в этом отеле под чужим именем, заняв самые роскошные апартаменты. Покуривая гаванские сигары, они сидели вокруг большого стола полированного красного дерева с таким высокомерным видом, словно магнаты индустрии, собравшиеся на одно из совещаний директоров «Стил корпорейшн».

Однако в данном случае речь шла о группе лиц, втайне ненавидевших друг друга. На одном конце громадного стола сидели Костелло и Адонис, на другом — Джо Главный и Эриксен; по одной стороне — Аль Капоне, Фрэнк Клайн, его телохранитель, Фрэнк Нитти (Палач), Джек Гузик (Замусоленный палец) и другие подручные Аль Капоне, по другой восседали Моран и Айелло, брат последнего Доменико, и более дюжины их молодчиков.

Моран и Айелло с места в карьер заявили, что, каково бы ни было решение этого совещания, Капоне, хотя бы на время, должен ретироваться. Ибо лично они способны позабыть и простить кровопролитие в Чикаго, но не могут ни отвечать за своих более мстительных снайперов, ни тем более ручаться за их поведение, пока не пройдет какое-то время и страсти не поутихнут.

Но Аль Капоне наотрез отказался от соглашения, когда Моран и Айелло в припадке великодушия объявили, что не возражают взвалить на себя бремя по руководству новым синдикатом.

Тут вмешался дипломатичный Костелло, предложив во имя достижения эффективного соглашения, чтобы ни одна сторона не обладала правом неограниченного контроля над синдикатом. Затем Костелло скромно заявил, что лично у него нет никаких честолюбивых притязаний, и предложил создать комитет — «большую четверку», по два человека с каждой стороны.

Моран и Айелло тотчас же избрали себя представителями от своей группы, а Капоне сам назначил себя на одно из двух мест от другой стороны. С видом невозмутимого и беспристрастного судьи верховного суда Костелло предложил четвертым, который должен был играть роль главы комитета, Джонни Торрио, Грозного.

Торрио, бывший несколько лет главарем чикагского преступного мира, отрекся незадолго до этого в пользу Аль Капоне и вернулся на родину, в Италию. Однако Костелло достаточно было минутного разговора по трансатлантическому телефону, чтобы убедить Торрио — новый синдикат под его началом обещает такие баснословные барыши, которые превзойдут во много раз уже накопленные миллионы. Торрио обещал немедленно вернуться.

Когда «большая четверка» была создана и обязанности ее членов четко определены, директора заключили соглашение, дабы упорядочить в будущем операции синдиката преступлений. Исходя из предварительного условия, что все обиды должны быть забыты, а директора будут работать в полном согласии, договор предписывал:

«1) Все убийства должны быть прекращены, а все споры должны разрешаться исполнительным комитетом;

2) высшим бесспорным арбитром синдиката является Джонни Торрио;

3) Аль Капоне обязан распустить свою банду снайперов и должен помочь синдикату распустить банды помельче, которые, вероятно, будут по-прежнему пытаться разрешать споры подпольного мира как им заблагорассудится;

4) Аль Капоне должен уступить свой контроль над тремя дорогами для нелегальных перевозок, а также свое обширное царство порока и прибыльный рэкет пива и все доходы отдавать новому синдикату;

5) «большая четверка» должна собраться в течение месяца и установить справедливое распределение доходов;

6) «Сицилийский союз» (известный также как мафия и итальянская «Черная рука», тайная преступная организация, тесно связанная с подобной же организацией, существующей в Сицилии) должен быть реорганизован. Аль Капоне, признанный в той или иной мере главой, должен согласно договоренности устраниться..;

7) следует внедрить систему отчетности, охватывающую всю страну; необходимо также установить размеры отчислений от доходов, приносимых различными рэкетами (азартные игры, проституция, «покровительство», наркотики, ликеры, поступления от профсоюза портовых рабочих, находящегося в сфере влияния мафии, а также капиталовложения в законные сделки), которые следует выплачивать синдикату;

8) необходимо создать фонд в несколько миллионов долларов для подкупа представителей исполнительной власти (то есть полиции и государственных чиновников) и чтобы обеспечить избрание муниципальных должностных лиц, готовых сотрудничать с синдикатом».

Совещание длилось три дня и закончилось образованием «Сицилийского союза». Оперативное руководство «Черной руки» было перенесено из Чикаго в Нью-Йорк, а пост главы был доверен Джонни Торрио. Главой сицилийской мафии продолжал оставаться дон Вито Кашо Ферро, но, поскольку он находился в заключении, фактическое руководство было возложено на Калоджеро Виццини из Впллальбы, именуемого дон Кало, и Паскуале Анеа из Палермо, именуемого дон Паскуалоне. Наконец решено было создать фонд помощи семьям мафистов, арестованных в Сицилии.