Чтение онлайн

Они замолчали, думая каждый о своем. За окном кафе шла обычная жизнь обычного города. Люди спешили по своим делам, дети играли во дворах, где-то звучала музыка.

— А что, если мы попробуем? — вдруг сказала Майя. — Что, если мы начнем здесь то, что не успели закончить там?

— Что именно?

— Строить справедливое общество. Не через магию и революции, а через… образование, просвещение, помощь людям.

Иван посмотрел на нее с удивлением и восхищением. Даже без магии Майя оставалась той же девушкой, которая была готова изменить мир.

— У тебя есть план? — спросил он.

— Есть начало плана, — улыбнулась она. — Помнишь деревню Медвежий угол? Как там люди сами организовали справедливую жизнь?

— Помню.

— Почему бы не попробовать то же самое здесь? Не в деревне, конечно, а в городе. Создать сообщество людей, которые хотят жить по-другому.

— Кооператив?

— Больше, чем кооператив. Сообщество, где люди помогают друг другу, где решения принимают вместе, где каждый работает по способностям и получает по потребностям.

Иван почувствовал, как внутри разгорается старый огонь. Тот самый, что горел в нем в том, магическом мире. Только теперь это был огонь надежды, а не революционной ярости.

— Знаешь что? — сказал он. — Попробуем. У нас есть время, есть опыт, есть понимание того, как не надо делать.

— И есть любовь, — добавила Майя, взяв его за руку.

Они сидели в маленьком кафе, планируя новую революцию. Тихую, мирную, без магии и драконов. Революцию, которая могла изменить мир, не разрушив его.

А в другом мире Ольга Андреевна стояла у окна и смотрела на звезды. Где-то там, в бесконечности параллельных вселенных, жили Иван и Майя. Строили ли они новую жизнь? Были ли счастливы?

— Простите нас, — тихо прошептала она. — Мы не смогли сберечь то, за что вы боролись.

Но в глубине души она знала — борьба не окончена. Когда-нибудь, может быть, в этом мире снова появятся люди, способные объединить всех ради общего блага. А пока надо просто выживать и верить.

Ветер донес звуки далекой музыки. Где-то в городе кто-то играл на гармошке старую песню о том, как «вместе весело шагать по просторам». Ольга Андреевна улыбнулась сквозь слезы.

Может быть, еще не все потеряно. Может быть, людям просто нужно время, чтобы научиться быть свободными.

Настоящий коммунист — настоящий оптимист. Так говорил дедушка Ивана. И, может быть, он был прав.

А где-то за океаном, в Белом доме, искалеченный человек строил планы войны, не подозревая, что его жертвы давно нашли более мощное оружие — надежду.

Три месяца спустя

Пентагон утром понедельника гудел как растревоженный улей. В главном конференц-зале собрались высшие чины американских вооруженных сил, представители ЦРУ, АНБ и других спецслужб. На экранах висели карты Восточной Европы, усеянные красными метками.

Генерал Томас Хоукинс, председатель Объединенного комитета начальников штабов, указкой показывал на Балтийское море.

— Операция «Северная Заря» начнется одновременно с трех направлений, — говорил он монотонным голосом профессионального военного. — Шестой флот войдет в территориальные воды Союза под предлогом «гуманитарной миссии». Одновременно наши базы в Норвегии и Финляндии начнут радиоэлектронную войну.

— А что с ядерным потенциалом? — спросил директор ЦРУ Роберт Кейси.

— По данным наших источников, — ответил Хоукинс, — контроль над стратегическими объектами ослаблен. Половина пусковых установок не функционирует из-за отсутствия обслуживания.

В углу зала, в инвалидном кресле, сидел человек в дорогом сером костюме. Фредерик Стил — так его знали здесь — внимательно слушал, время от времени делая пометки механической рукой. Левая сторона его лица по-прежнему была изуродована шрамами, но американские хирурги сделали все возможное, чтобы сделать его вид менее устрашающим.

— Мистер Стил, — обратился к нему генерал, — ваши комментарии по плану?

Дзержинский — а это был именно он — медленно поднялся с кресла, опираясь на трость.

— План хорош, — хрипло сказал он. — Но недостаточно решителен. Вы по-прежнему думаете категориями обычной войны. А Союз — это не обычный противник.

— Что вы имеете в виду?

— У них есть оружие, о котором ваши аналитики даже не подозревают. — Дзержинский, хромая, подошел к карте. — Магические артефакты, способные уничтожить целые армии. Существа, которых они могут призвать на помощь.

В зале послышался скептический смешок. Дзержинский резко обернулся, и его мертвый глаз сверкнул в свете ламп.

— Вы думаете, я сумасшедший? — прошипел он. — Тогда объясните мне, как горстка повстанцев смогла разгромить армию в несколько тысяч человек?

Зал стих. Действительно, падение режима в Союзе произошло слишком быстро и необъяснимо.

— Что вы предлагаете? — спросил Хоукинс.

— Полное уничтожение, — ответил Дзержинский. — Не оккупацию, не смену режима. Физическое стирание с лица земли всех крупных городов. Только так можно гарантировать, что эта зараза не распространится дальше.

— Это геноцид, — возмутился кто-то из присутствующих.

— Это необходимость, — холодно ответил Дзержинский. — В медицине раковую опухоль не лечат — ее вырезают полностью.

Генерал Хоукинс переглянулся с директором ЦРУ. План Стила был чудовищным, но логика в его словах присутствовала.

— Президент одобрил эту операцию? — спросил Хоукинс.

— Президент понимает угрозу, — уклончиво ответил Дзержинский. — Но окончательное решение за вами, джентльмены. За теми, кто отвечает за безопасность свободного мира.

Он снова сел в кресло, сложив руки на коленях. Механические пальцы протеза мерно постукивали по подлокотнику — единственная деталь, выдававшая его внутреннее напряжение.

— Когда начинаем? — спросил наконец Хоукинс.

— Через две недели, — ответил Дзержинский. — Как раз к годовщине их «революции». Символично, не находите?

А в это время, в другом мире, в небольшом промышленном городке России Иван Кузнецов стоял у токарного станка и обрабатывал очередную деталь. Завод «Машиностроитель» работал в три смены, выполняя заказы для автомобильной промышленности.