Чтение онлайн

Я официально представился.

– Коста, – произнес он, перекатывая мое имя на языке. Должно быть, оно звучало для него странно. – Как ты нашел меня?

Он говорил по-английски с легким акцентом, простыми фразами.

– Я видел фильм... на видео... – объяснил я.

– А... Это было несколько лет назад. Сказали, это нужно для научного исследования, иначе я бы ни за что не показал им то, что умею.

– Почему?

– Потому что дал обещание своему Учителю. Что я могу для тебя сделать? У тебя какая-то проблема?

Джон был хилером. Он занимался акупунктурой, используя классические для китайской медицины точки тела, и при этом дополнял процедуру тем, что посылал через иглы свою ци, или, если угодно, биоэнергию. Он вылечил сотни людей, которым не могла помочь западная медицина. В тот момент я всего этого не знал. Поэтому просто сымпровизировал.

– Проблемы есть. – Эту часть я репетировал много раз. – Боль в суставах после многих лет тренировок в боевых искусствах... Что-то вроде остеоартрита. Костные наросты и все такое.

Он улыбнулся.

– Слишком много лет неправильных тренировок, я думаю. Возможно, я смогу тебе помочь. Сперва надо тебя осмотреть.

– Хорошо.

– Я собираюсь тебя ощупать. Не пугайся.

Я снял рубашку, и он положил руки мне на грудь и на спину.

Представьте мощный электрический заряд, который проходит через все тело. Несмотря на его силу, вы каким-то образом ощущаете, что этот ток благоприятен, не разрушителен. Подобно радару, он что-то исследует, измеряет, улавливает... Я задохнулся и почти потерял сознание.

– У тебя очень хорошее сердце, – сказал он.

Я кивнул и судорожно вздохнул. Должно быть, я выглядел странно, но он, вероятно, к такому привык.

Мышцы у меня непроизвольно подергивались под потоком биоэнергии, которая исходила от него.

– Легкие в порядке. Почки хорошие. Печень в норме. Пока он говорил, я чувствовал, что прохожу своего рода интенсивное ультразвуковое обследование. Я ощущал его силу внутри себя, энергию, возрастающую по мере того, как он узнавал все больше и больше о моем физическом состоянии.

– О, – произнес он, наконец. – Я понял. Дело в крови. Твоя кровь по химическому составу предрасположена к отложениям кальция.

– Вы можете что-нибудь с этим сделать?

– Не уверен. Но можно попробовать. Где ты остановился? Я назвал мотель.

Он кивнул.

– Мы найдем тебе место получше. Чего еще ты хочешь?

– Я хочу стать вашим учеником! – выпалил я. Это был порыв, и я сразу же пожалел о нем. Для такого момента я приготовил убедительную речь, и не одну. У меня была в запасе речь В на случай, если речь А провалится, и так далее. Мне было тридцать пять, и за плечами был немалый жизненный опыт. Вообще-то я по характеру человек не воинственный, но здесь мне следовало хотя бы показать настойчивость и зрелость. Я же ощущал себя перед этим человеком ребенком. Точнее, беспомощным щенком.

– Нет, – сказал он. – Нет и нет. Я больше не набираю учеников. Но если хочешь начать лечение, можешь прийти завтра утром.

Я был сражен. Мне захотелось улететь домой, превратиться в пятилетнего малыша, забраться на колени к маме и зареветь. Вместо этого я вернулся в свой дешевый грязный номер и стал ждать.

Даосизм – это система верований с тысячелетней историей, которая наравне с соперничающим с ним и противоположным учением – конфуцианством формировала китайскую культуру. В «Британской энциклопедии» говорится: «Даосизм – религиозно-философская традиция, которая наряду с конфуцианством определяла жизнь Китая на протяжении более чем 2000 лет. Даосизм, придающий особое значение индивидуальной свободе и непосредственности, либеральному управлению государством и социальному примитивизму, мистическому опыту и техникам самосовершенствования, во многом является антиподом конфуцианства, обращенного к моральному долгу личности, общественным нормам и ответственности государственной власти».

Многое из того, что на Западе принято считать китайским, на самом деле даосское и получило широкое распространение даже в Китае лишь в прошлом столетии. В том числе практики, ставшие «брендами» в западном обществе, такие, как акупунктура, тайцзи-цюань, фэншуй, И-цзин. Правда, теперь уже невозможно разделить даосизм и китайскую культуру – в наше время они слились воедино.

Даосизм определяется синологами как философская и религиозная традиция, сочетающая формализованную доктрину и религиозную иерархию. За последние двадцать лет Запад наводнили книги о даосизме, претендующие на авторитетность. Одни из этих книг более ценны, другие менее, третьи представляют собой мешанину из нелепых теорий. Еще больше разочаровывают, несмотря на зачастую блестящий перевод, средневековые китайские тексты, которые вводят в заблуждение уже потому, что являются интерпретациями переводчиков. Несоответствие в значениях одних и тех же строк, переведенных разными авторами, просто шокирует.

Джон Чан, Учитель, жизни и учению которого посвящена эта книга, является главой школы кунфу, у которой двадцати-четырехвековая история. Сам Джон отрицает, что он даосист, и, вероятно, он прав, поскольку даосизм во всем мире считается религией. Однако, так как учителя школы линии Чана в основном живут в исторически сложившихся даосских местах уединений и термин «даосизм» принят на Западе для обозначения национальной китайской философии, я буду называть своего Учителя даосистом. Пожалуй, для большей точности его учение следует определить как «практический даосизм» в отличие от других разновидностей даосизма. Сам Джон называет даосизм философской наукой, понимая под этим изучение естественных законов, на чем я остановлюсь позднее.

Из всех духовных учений даосизм, возможно, наименее понятен и наиболее сложен для определения, так как начал развиваться как философская школа, затем стал религией и распространялся в форме народных верований. Существует, однако, много способов отделить религию от философии и тем более от науки. В нашем случае четкими отличительными чертами могут служить два обстоятельства. Во-первых, религия основывается на убеждениях, которые недоказуемы и являются предметом индивидуальной веры. Мы как практические даосисты считаем наше учение наукой: оно дает объяснение природным явлениям, которые испытывали на себе как ученики нашего поколения, так и учителя нашей школы и которыеможно воспроизвести и испытать в любой момент. Это самое важное отличие, которое я не могу не подчеркнуть. Так, студенты, изучающие физику и алгебру, неизбежно придут к определенным выводам и разовьют определенные способности, приумножив опыт и выводы своих преподавателей и ученых всех прошлых поколений, развивавших эти науки. Нет ничего «религиозного» в опытах по физике или задачах по алгебре, они служат инструментами познания и могущества, не имея под собой ни доктрин, ни системы верований. Иными словами, алгебра и физика предлагают то, что стало ключевым понятием западной науки:воспроизводимые результаты. Они не основываются ни на чем, чего нельзя доказать. Такой подход в точности соответствует опыту, через который проходят все ученики Джона Чана: он идет по стопам тех, кто был до него, сталкивается с теми же явлениями, приходит к тем же заключениям.

Вторая причина, по которой я утверждаю, что практический даосизм является наукой, состоит в том, что слово «религия» отражает противоречие между человеческим и божественным – противоречие, которое проверенное учение призвано сгладить путем посредничества [4] .

Предполагая, будто Богесть, мы не находим подтверждений тому, что человек когда-то впал в Его немилость [5] , напротив, есть очевидные признаки того, что человек развивается, становясь таким, каким Создатель хотел бы его видеть. Как практические даосисты, мы не предлагаем специальных способов искупления грехов и спасения души, не вешаем морковку перед носом ослика. Скорее мы предлагаем метод улучшения нашего бытия, метод превращения человека в более совершенное существо на пути к тому, чем он лишь надеется стать. Мы, таким образом, представляем философскую науку.

Возможно, различие будет понятнее, если я раскрою смысл китайского термина «кунфу». Многие думают, что он означает «боевое искусство», но это не так. (Современные китайские термины для обозначения боевых техник и боевых искусств – соответственно ушу и у-и.) Два слова «кун», «фу» очень трудны для перевода. По большому счету, чтобы понять их содержание, необходимо изучить китайское написание. Давайте попытаемся.

Кунфу состоит из следующих идеограмм: