Чтение онлайн

– Ваша Честь, найти его оказалось проще, чем кажется. Когда я вернулся сюда из Лондона, где поговорил о событиях той ночи с милордом архиепископом и его секретарем преподобным Марком, я подумал, что выброшенный из кареты лоскут может стать важным доказательством.

– И совершенно верно рассудили, капитан! Это действительно немаловажное доказательство. Пожалуйста, продолжайте.

– Полностью обыскать дорогу в самом деле невозможно, потому мы поехали на озеро, а оттуда мои люди пошли по двум тропинкам, которые выводили на нужную дорогу. Я предположил, что раненый, выйдя на дорогу, там и остановится передохнуть. По крайней мере, перекрестки тропинок и дороги – лучшее место для начала поисков. И в окрестностях одного из перекрестков мы лоскут и нашли.

– Спасибо, капитан. Теперь обоснуйте, что этот лоскут имеет отношение к делу. Только не просите его преподобие опознавать лоскут. Мистер Роксбридж обоснованно возразит, что ни один нормальный человек не сможет отличить один окровавленный лоскут от другого такого же.

– Хорошо, Ваша Честь. Этот лоскут имеет отношение к делу, потому что он самым очевидным образом отрезан от куртки убитого.

– Протест, Ваша Честь! Куртка убитого не приобщена к делу!

– Принят, мистер Роксбридж. Видите, я во всем иду вам навстречу. Капитан, одежда убитого сохранилась?

– Да, Ваша Честь. Куртка у нас с собой. Сержант, принесите куртку судье.

– Одну минуту! Кто может подтвердить, что это та самая куртка, что была на трупе? А то мистер Роксбридж беспокоится.

– Я могу подтвердить, – заявил капитан. – Одежду с него снимали у меня на глазах.

– В таком случае, куртка приобщается к делу как вещественное доказательство. Теперь давайте сюда лоскут. Вы правы, капитан, совершенно очевидно, что лоскут отрезан именно от этой куртки. Лоскут тоже приобщается к делу.

– Протест, Ваша Честь! Не доказано, что лоскут имеет какое-то отношение к моему подзащитному! Из того, что этот лоскут найден на той же дороге, на которую преподобный Марк бросил лоскут с раны герцога, не следует, что это один и тот же кусок ткани!

– Протест отклонен, мистер Роксбридж. Лоскут приобщен к делу не потому, что он сорван с раны герцога Родерика, а потому, что он отрезан от куртки мистера Юджина. Так что именно этот кусок ткани к делу имеет самое непосредственное отношение! Мистер Рокс-бридж, я прошу вас быть внимательнее. А вам, Ваша Светлость, в частном порядке выражаю недоумение по поводу того, что вы привлекли к своей защите мистера Роксбриджа, а не стряпчего-мага, хорошо знакомого с магическим судопроизводством. А мы продолжаем. Преподобный Марк, вы остановились на том, что выбросили на дорогу лоскут ткани. Что происходило дальше?

– Дальше, Ваша Честь, я, как умел, перевязал рану герцога разрезанной на полоски своей рубашкой. Затем милорд архиепископ сказал…

– Протест, Ваша Честь! Свидетель пытается давать показания с чужих слов!

– Принят, мистер Роксбридж. Ваше преподобие, описывайте только действия, не пересказывая разговоров, а если что-то будет непонятным, мы отдельно уточним. А то мистеру Роксбриджу не нравится.

– Хорошо, Ваша Честь. Значит, кучер направил карету к этой академии, я зажег факел и дал герцогу письменные принадлежности, он написал письмо, а потом заснул. Когда мы подъехали к воротам академии…

– На этом, ваше преподобие, я позволю себе прервать ваше повествование и передать слово другому свидетелю, белой ведьме Мэри-Джейн, директрисе этой академии. Миссис Мэри-Джейн, вы в ту ночь оказывали целительскую помощь герцогу Родерику?

– Да, Ваша Честь.

– Учитывая, что герцог предположительно сражался с пирокинетиком мистером Юджином, спрашиваю, не было ли в числе ран герцога ожогов?

– На теле герцога действительно был ожог, Ваша Честь. Ожог исцеляла я и, к сожалению, исцелила некачественно, что привело к…

– В целительские тонкости суд вникать не станет, нет необходимости, а вот ответьте еще на такой вопрос – в процессе оказания помощи видели ли вы оружие герцога?

– Да, Ваша Честь. У него были шпага, кинжал и пистолет.

– Было ли это оружие помечено?

– Да, Ваша Честь. На рукояти шпаги выгравирован герб его семьи. На рукояти пистолета и кинжала выгравировано имя «Юджин».

– Протест, Ваша Честь! Свидетельница не могла рассмотреть оружие в таких подробностях ночью, при свете факела, будучи занятой оказанием целительской помощи!

– Отклонен. Могла. У ведьм очень хорошее зрение, – злорадно ухмыльнулся Локхард. – Миссис Мэри-Джейн, вы принесли тот пистолет?

– Да, Ваша Честь, вот он.

– Приобщаю к делу, даже если мистер Роксбридж заявит протест. Приобщаю на основании того, что на рукояти пистолета выгравировано имя «Юджин». Миссис Мэри-Джейн, откуда у вас этот пистолет?

– Мне его дала Мэгги.

– Вы имеете в виду присутствующую в зале черную ведьму Мэгги?

– Да, Ваша Честь.

– Мисс Мэгги, вы подтверждаете показания миссис Мэри-Джейн?

– Отказываюсь отвечать, Ваша Честь.

– Принимаю ваш отказ. Миссис Мэри-Джейн, мисс Мэгги живет с герцогом в одной комнате?

– Да, Ваша Честь.

– Значит, за неимением других сведений, считаем, что в этой самой комнате мисс Мэгги пистолет и подобрала. Следующий вопрос. В ту ночь в вашем присутствии герцог или мисс Мэгги упоминали кого-либо по имени «Юджин»?

– Протест, Ваша Честь! От свидетеля требуется давать показания с чужих слов, то есть основанные на слухах!

– Мистер Роксбридж, суд не намеревается принимать во внимание сведения, содержащиеся в словах упомянутых людей. В то же время суд интересует, не слышала ли свидетельница в их словах упоминание определенного имени. Ваш протест отклонен. Миссис Мэри-Джейн, отвечайте на вопрос.

– Да, Ваша Честь, Мэгги интересовалась здоровьем некоего Юджина.

– Спасибо, миссис Мэри-Джейн. Разумеется, мы не можем знать, здоровьем какого именно Юджина интересовалась мисс Мэгги. Но если она захочет, она имеет полную возможность нам это сказать. Продолжаем. Миссис Мэри-Джейн, из показаний преподобного Марка мы знаем, что герцог в карете написал некое письмо. Происходило ли тогда в вашем присутствии что-либо с каким-нибудь письмом? Разумеется, вы не можете знать, было ли это то самое письмо, которое написал Его Светлость в карете.

– Происходило, Ваша Честь. Герцог сказал…

– Миссис Мэри-Джейн, не нужно давать показания с чужих слов. Итак, письмо. Что с ним происходило?

– Мэгги показала письмо герцогу, затем отдала Фокси, которая его куда-то увезла.

– Вот и чудесно. Переходим к показаниям следующего свидетеля, черной ведьмы Фокси. Миссис Фокси, кто вам передал письмо?

– Мэгги, Ваша Честь.

– Протест, Ваша Честь! Эти показания несущественны, недопустимы в качестве доказательства и не относятся к делу! Ничем не доказана связь этого письма с рассматриваемым делом!