Чтение онлайн

– И я, маленький старый больной домовой, вынужден был сам спускаться вниз по каким-то пальто и плащам, – укоряюще заныл Морфей.

– Извини, пожалуйста, – совсем смутился Тимка. – Я думал, ты меня дождешься.

– Дело прошлое, – махнул ручкой Морфей. – Давай-ка показывай, где твой телевизор.

– Подожди меня здесь, только больше не пропадай, – велел Тимка и отправился разведать обстановку.

Оказалось, что бабушка, по счастью, решила прилечь. Иллюзия Веспасиана дрыхла рядом с ней на кровати. Поэтому Тимка беспрепятственно переместил Морфея в большую комнату.

Включив телевизор, он начал учить гостя пользоваться пультом.

– Опять куча кнопочек! – возмутился тот. – Ну почему у вас тут все на кнопочках?

Тимка никогда над этим вопросом не задумывался и ничего вразумительного ответить не смог. Зато Морфею смотреть телевизор очень понравилось. Он просто прыгал от восторга у Тимки на плече.

– И как они все там внутри помещаются? – указал домовой на экран.

– Да это не они все, – пытался объяснить Тимофей, – а как бы их иллюзия. Вернее, – немного подумав, добавил он, – скорей – мнимая реальность.

–Получается, вы тоже умеете делать волшебство? – не отрывал взгляда от экрана Морфей.

– Получается, – кивнул Тимка.

– Вот уж никогда бы не подумал, – озадаченно пробормотал домовой.

Некоторое время спустя он начал сердиться и что-то недовольно бурчать себе под нос. Тимка сперва не понял, в чем дело.

– Устал, что ли?

– Да нет, – с досадой произнес Морфей. – Просто они все время самое интересное прерывают.

– Ничего не поделаешь, – откликнулся мальчик. – Телевидение показывает рекламу, чтобы заработать деньги, а деньги им нужны, чтобы показывать все остальное. Мой папа тоже все время сердится. Вот видишь, опять прервали, – увидел он на экране рекламную заставку.

– Да это как раз и есть самое интересное! – воскликнул Хранитель Очага. – Там про всякие средства для хозяйства показывают. Веспасиан-то с Силом Троевичем от меня все скрывают, а у вас, оказывается, полно простых чудес.

Домовой завороженно внимал женщине из рекламы, которая энергично излагала историю, как раньше часами отскребала порошком загрязнившуюся кухонную плиту, а теперь, с новым чистящим гелем, всего разок легонько проводит губкой – и поверхность блестит.

– А я на старости лет нашу плиту тру-тру, – пожаловался Морфей. – Вот и скажу Силу Троевичу: пока мы здесь, надо пользоваться прогрессом.

Неизвестно, о скольких бы еще новшествах узнал из рекламных пауз Морфей, если бы не вошла Вера Дмитриевна:

– Тимка, ты что, сегодня весь день собираешься телевизор смотреть? Уроков вам разве не задали?

– Задали, – вздохнул внук, выключил телевизор и вдруг обнаружил, что домового у него на плече уже нет.

Тимка искал Морфея целых два часа, но его нигде не было. Поиски затруднялись тем, что пришли с работы родители. Беспокойство мальчика усилилось. Домовой ведь сейчас был таким крохотным, еще наступит кто-нибудь на него случайно.

Тимофей то и дело заходил в большую комнату, что-либо там нарочно ронял, а затем делал вид, будто ищет. Петру Ильичу это надоело.

– Ты что, в детство впал? Весь вечер по полу ползаешь. Я уже третий раз о тебя спотыкаюсь.

– Па, я не впал, – шаря глазами по ковру, постарался как можно простодушней откликнуться сын. – Во-первых, детство у меня официально еще продолжается. А во-вторых, у меня ручка куда-то закатилась.

– А до этого у тебя что закатилось? – спросил Петр Ильич.

– Точилка, – нашелся мальчик.

– Интересно, зачем ты точишь здесь карандаши? – вмешалась мама. – Сколько раз тебе повторять, чтобы ты не сорил стружками.

– Во-первых, у меня точилка закрытая, – начал оправдываться Тимка. – Во-вторых, я не в этой комнате карандаш точил, а просто шел мимо как раз после того, как вытряхнул мусор из точилки в помойку.

– Надеюсь, ты ее не на диван уронил? – вскочила на ноги Екатерина Васильевна.

Обивка у мягкой мебели была светлая.

– Успокойся, ма, я ничего у вас не испачкал, – заверил сын.

– У вас! – всплеснула руками Екатерина Васильевна. – Вот это меня поражает! Наш сын живет в собственном доме как чужой.

– Да совсем я не чужой! – охватило возмущение Тимофея. – Просто я ничего не пачкал.

Поняв, что дальнейшие поиски в гостиной лучше не вести, он вернулся к себе. Там, на письменном столе, спокойненько восседал домовой.

– Между прочим, гостей принято развлекать, – обиженно изрек он. – А ты меня даже не покормил.

– Сейчас принесу, – засуетился Тимка.

– Не надо, – отмахнулся Морфей. – Я уже у вашего домового поел, и впрямь хорошо твоя бабушка готовит.

– Ты хочешь сказать, он с нашего стола питается? – заинтересовался Тимка.

– Естественно, – кивнул Морфей. – И ходы у него по всей вашей квартире проделаны. Правда, он совсем молодой, неопытный. Хорошо, я ему вовремя втык сделал. Доверь вот Веспасиану. По крайней мере половину необходимого вашему домовому не объяснил.

– А должен был? – хмыкнул Тимка.

– Ну, должен не должен, а проследить бы мог, – продолжал Морфей. – Ох, ничего без меня как следует не выходит. Даже на старости лет никакого покоя. За всем следи, все проверяй.

– А что он делал не так? – полюбопытствовал мальчик.

На бородатом личике домового воцарилось таинственное выражение.

– Этого тебе знать не надо.

– Почему? – удивился Тимка.

– У всех должны быть свои профессиональные секреты, – уклончиво проговорил Морфей. – Ты лучше мне помоги. Я у него тут кое-что отобрал. Превысил он, понимаешь ли, свои полномочия.

И, спустившись на пол, Хранитель Очага с трудом вытащил из-под плинтуса серебряную ложечку Тимкиной бабушки, исчезнувшую в неизвестном направлении еще два года назад, мамину сережку с изумрудом – подарок Петра Ильича на десятую годовщину свадьбы, папину любимую зажигалку, которую он полгода назад искал целый месяц, обвиняя в пропаже сына, а больше всего почему-то тещу. И, наконец, – Тимкину старинную монету, пятак времен Петра Первого, который отец нашел еще в детстве, гуляя в Коломенском вдоль Москвы-реки.

– Молодежь пошла! – с возмущением произнес Морфей.

Тимка едва сдержал смех: ведь Морфей у себя делал то же самое, правда, при этом с достоинством заявляя, что просто прячет у себя вещи Сила Троевича и Веспасиана для большей сохранности.

– Совсем распустился, – на полном серьезе продолжал гость. – Ничего, теперь как шелковый будет. Я ему по поводу полномочий мозги вправил.

– Слушай, а наш домовой какого размера? – решил выяснить Тимофей.

– Какого надо, – вновь уклонился от ответа Хранитель Очага. И, спеша перевести разговор, добавил: – Ты это... сразу-то все своим не отдавай. Просто подкладывай понемногу в неожиданные места. Пусть потом как бы сами находят. Так получше будет.