Чтение онлайн

Мои парни только чуть-чуть запыхались, хоть и перемазались мы все как надо! Чистыми у каждого из нас были только белки глаз, которые сверкали на перемазанном лице.

А я готова была выплюнуть лёгкие наружу, дышать, просто не могла нормально… Я хрипела, ноги дрожали и забыли, как нужно ходить, постоянно путаясь между собой и спотыкаясь о каждый комок земли, в боку кололо.

Моё тело ныло и мечтало о горячей ванне, и поплакать над своей несчастной судьбой!

Вейлин стоял на чистой площадке, просматривая новости в своём таблайте. Окинул нашу кучку небрежным взглядом и сказал:

– Отвратительно! Вас бы даже самый дохлый зомби догнал! – Ребята смолчали. Я уж была готова задвинуть невероятно пылкую тираду, но тут память очень кстати напомнила про основное правило всех некромантов – пофигизм. И я действительно забила на все. Пусть думает и говорит что хочет, всё равно буду вскоре наравне с ребятами, а может и лучше! Тогда и выскажу ему всё!!!

– Теперь проверим в спарринге все ваши хвалёные умения из боевых искусств.
– Расстроил нас де Гай.

Какой спарринг? Хард! Мы же грязные как сасны* (сасна – хрюшка)!

Он снял с себя чёрный плащ, чёрную рубаху и остался в одних штанах, ну конечно, тоже чёрного цвета и в удобных ботинках для бега. Ему даже не холодно!

О Великие Силы! Какое у него тело! Я сейчас растекусь сладкой лужицей …

– Мюрич! Нападай! – Указал он на Хита. Хит большой и сильный. На лопатки в две секунды уложит курато…

Секунда, и Хит Мюрич лежит свёрнутый в тугой рогалик и сдерживает стон от боли в заломанных руках.

– У тебя реакция медленная, Хит. А так неплохо.

– Кази! Нападай. – Абхей совершил потрясающе красивый кульбит и … прорыл носом землю.

– Слишком напорист! – Прокомментировал куратор.

Ещё двое парней также оказались лежачими. Никто так даже и пальцем не смог прикоснуться к де Гаю!

– Уайт! Удиви меня! – Позвал меня куратор.

Я сказала:

– Может не надо?

– Надо, адептка, надо… - Вздохнув, ответил мужчина. – Не бойся, нападай как можешь.

Нууу, а как я могу?

А вот сердце струсило окончательно и поползло в пятки.

Вот же хард!

Принимаю коленно-локтевую позу и «радостно» лечу на куратора … и знакомлю лоб с землёй.

Так... Держись тряпка! Главное сейчас сделать независимое лицо, похвалить себя за грацию и ловкость, а затем с невозмутимым видом отползти в сторонку…

– Соберитесь, и снова нападайте! – Крикнул нам де Гай. Изверг! Доставала! Хард!

– Учитесь вставать, несмотря ни на что! – Говорил нам куратор, отправляя по очереди каждого из нас в непродолжительный полёт на твёрдую землю.

Теперь он заставил нас нападать на него по двое…

Рёбра жалобно ныли о несправедливости жизни…

Меня кувырком швырнули на Дэвида…

Лежать на одногруппнике было мягко и безопасно, но Дэвид подо мной как-то странно хрипел и ворочался. Пожалев бедолагу, я всё-таки слезла и прекратила отдавливать ему то, что обычно мешает плохому танцору.

– На сегодня всё! Жду вас здесь в это же время послезавтра! – Обрадовал меня де Гай. Он оделся и, насвистывая, ушёл с полигона…

Я чуть не плакала от радости! Издевательство над моим телом на сегодня закончилось!

И я похромала за ребятами к общежитию. Нога после такого марш броска немного ныла. У парней тоже были многочисленные ушибы, синяки и растяжения.

– Парни! – Позвала их. – Отмывайтесь и приходите к нам в комнату, дам вам мази от ушибов и растяжений. Вылечит за пару часов.

– Ого!

– Это самая лучшая новость с утра!

– Ура!

– Я тебя обожаю, Роза!

Обрадовались ребята.

Посмотрела время. Семь утра пятнадцать минут.

Не смогу уже поспать… Отмыться, залечиться. Вылечить ребят. Собраться, позавтракать и на занятия. Сегодня шесть уроков…

Какой будет долгий день!

Встретилась нам по пути группа девушек во главе с синеволосой Нэлли.

– Какой миленький нарядец, Уайт! Ты очень похожа на прошлогодний труп… Ой, постой-ка! Да ты же учишься на некроманта! Значит и правда скоро будешь как труп! – Синеволосая рассмеялась воркующим смехом, типа «я-вся-такая-взрослая-а-ты-еще-маленькая-девочка».

Ненавижу, когда так делают! Ненавижу, когда оскорбляют!

Парни сжали кулаки, но не стали пока вмешиваться, а отошли в сторонку и ждали меня.

Я улыбнулась и нарочито наивным голоском выдала порцию своего гнева:

– Лучше я буду ходить измазанной в грязи, тренируя и укрепляя своё тело, чем буду пользованной игрушкой…как ты, например.

Нэлли побледнела и отшатнулась, и в её глазах промелькнула тоска и злоба. Её подружки громко засмеялись. Как ни странно, такая реакция не доставила мне особой радости. Наоборот, я вдруг почувствовала себя злобной, мелкой и гадкой. Я со вздохом опустила глаза и сказала:

– Прости. Я не должна была этого говорить.

– Отвали, сука, - прошипела Нэлли. Потом звонко расхохоталась, словно только что очень остроумно пошутила (надо мной, разумеется), и, взмахнув синими волосами, пошла со своей толпой девчонок в сторону женского общежития.

Ну и ладно, зато я сразу перестала чувствовать себя виноватой. Злобная стерва!

***

Лила сладко сопела и я ей завидовала, счастливый человек!

Пошла мыться... ура!

Все финиш….

Зато хорошо-то как! Вот что значит снять стресс! Я нежилась в ванной, наполненной ароматной и пушистой пеной, предварительно смыв с себя всю грязь.

Царапины саднили, ушибы ныли…

Но ничего, сейчас вымоюсь и натру себя матушкиной чудесной мазью…

– Детка, - возмущенно тряхнула спутанными волосами Лила, - мы же договаривались предупреждать друг друга, когда ведём в комнату парней. И зачем тебе понадобилось Это утром?

– Чего? – Не догнала я. Аааа, это мои парни приходили, за мазью.
– Они не парни, они некроманты на ножках, - фыркнула я, высушивая влажные волосы. – Нас сегодня де Гай ознакомил с тем, что земная поверхность не всегда бывает плоской. Вот, пообещала парням мазь. Пойду отдам им.