Чтение онлайн

«Наместнику правителя Таршаина. Регенту герцогства Виара. Моему любящему брату и верному защитнику, а с этого момента Герцогу и Хранителю земель, Лерану.

Я гнался за химерой, мой дорогой брат. Да, пожалуй, именно так. Вне всяких сомнений, именно безумная мысль найти то, чего не может быть, привела меня в Фаверхейм. Ты и не слышал о таком месте. Впрочем, название не имеет значения. Это город, чудесней людей которого могут быть только их невероятные изобретения. Если ты читаешь эти строки, то мне несказанно повезло и либо мое тело доставили домой, в родные места, где я всегда желал умереть, либо часть меня в виде записей и наблюдений вернулась в дорогой моему сердцу Таршаин.

Так или иначе, я считаю это большой удачей. В моих записях ты найдешь описание странных существ и непонятных явлений, встретившихся нам на пути. Я писал их в трезвом уме и твердой памяти, впрочем, Монтифер прямое доказательство, что в мире еще немало неизведанных тайн. Поэтому я знаю, ты им поверишь. Но записи пусть останутся с тобой. Я верю и знаю, что ты сможешь правильно ими распорядиться, а информация, полученная мною, послужит на благо герцогства и семьи. Официальные приказы и распоряжения будут в другом письме. А признание тебя моим наследником уже давно хранится у моего дорогого дяди.

Здесь же я не желаю рассказывать о том, в чем так и не смог разобраться.

Я хотел бы узнать, как ты. Хотел бы услышать напутствия Эльдевира и ворчание Змеры, меня даже греет мысль о нравоучениях Эниинг. Я знаю, что поступил безумно и непорядочно, оставив на тебе все заботы семьи, но я всегда верил, что из нас троих именно ты подходишь для этой роли как нельзя лучше. А мне же всегда нужны были загадки. Но вот странность, получив их в избытке, я начал думать о возвращении домой. Впрочем, сомневаюсь, что это когда-нибудь произойдет.

Моя команда начала обживаться. Мне кажется, они еще сами этого не поняли, но человек не может долго ждать чего-то, он начинает жить собственной жизнью. Так произошло и здесь. Хас, тот самый Святой, который столько готовился к героической смерти, принялся обхаживать домовладелицу. И насколько я знаю старика, его намерения вполне серьезны. Ролан нашел себе верного друга в виде странного пушистого зверя, чем-то напоминающего собаку. Взять подобное существо на корабль просто невозможно, но и разлучить их будет трагедией. Не знаю даже для кого больше. Ворон бродит задумчивый и вынашивает какие-то планы. Тому, кто не знает его столько, сколько я, это поведение не покажется странным, но я прекрасно вижу, что чем дальше мы продвигаемся с кораблем, тем сильнее он уходит в собственные мысли и переживания.

Впрочем, нам всем стоило бы беспокоиться. Если мой бывший штурман, захвативший корабль (подробности этого неприятного происшествия я от начала и до конца описал в дневнике), хоть наполовину настолько хорош, как о нем говорят, то мы все уже мертвецы. И каждый из нас это знает. Пожалуй, кроме моего юнги. Мальчишка настолько увлечен собственными делами и поисками ответов, что, кажется, и смерти своей не заметит. Но мне он нравится. Это странное чувство, которое впервые возникло у меня. Впрочем, уверен, ты поймешь. Я смотрю на него и вижу сына, которого хотел бы иметь. И каждый раз я понимаю, насколько невыносимо больно было тебе. Сможешь ли ты простить, что я отнял у тебя первенца? Сможешь ли когда-нибудь забыть об этом? Что ж, если это исповедь, то я должен раскрыть все карты. Если ты когда-нибудь захочешь увидеть мальчишку, то Эльдевир знает, где найти его. Надеюсь, Эни не станет этому противиться. Что же касается меня. То Ави я буду защищать ценой собственной жизни. Я готов к этому и желаю этого всем сердцем. Поэтому прошу тебя только об одном. Если он живой доберется до Таршаина, прими его как часть семьи и сделай так, чтобы ему больше не пришлось в чем-либо нуждаться.

Что же касается меня, то я заключил весьма странный договор с местным лордом. И пусть в нарушении договоров я мастер, но этот старик смог меня чем-то отравить. Будь ты здесь, я уверен, ты бы смог разобраться. Увы, но самому мне это не под силу.

С надеждой и верой в тебя, твой любящий брат, Натан».

Последние слова он дописывал трясущейся рукой, едва выводя буквы. А поставив точку, откинул перо в сторону, беззвучно закричав. Боль стала невыносимой. Все эти дни он умело прятал свой недуг от других, опасаясь их паники. Нельзя быть слабым, нельзя показывать, что не готов, надо верить в собственные силы, чтобы другим было легче. Но в этот самый момент капитану казалось, что больше он не сможет терпеть.

Одним рывком Натан оторвал рукав и посмотрел на глубокую рану на все предплечье. Зеленый узор проникал все глубже, выжигая кожу, мясо, постепенно добираясь до кости и что самое противное, за эти дни не образовалось ни одного струпа.

– Проклятый Ратус, – зашипел капитан. – Ты мне расскажешь, что сделал.

Он постарался убрать скопившую влагу, аккуратно вытер рану чистой тканью и наложил новую повязку. Не успел он закончить, как в дверь постучали.

– Минуту, – крикнул Натан, наспех завязывая узел и пытаясь найти другую сорочку. Стук не прекратился. – Проклятье, да кого там черти принесли, – выругался капитан. – Иду!

На пороге стоял Ави, явно нервничая из-за длительного ожидания.

– Все хорошо? – спросил юнга, разглядывая неопрятный вид обычно собранного Натана.

Потом его взор устремился к столу, где лежало письмо брату, и переметнулся на порванную рубашку.

– Что у вас случилось, капитан? Я могу помочь?

– Не можешь, – ответил Натан, отойдя к столу и спешно убрав вещи как можно дальше. Впрочем, он и не думал, что юнга догадается о метке и последствиях разговора с лордом, но мальчишка был на редкость наблюдательным и любопытным, а еще с охотой совал нос в чужие дела. И будь это не его, Натана, недуг, капитан бы только радовался вопросам. – Ты зачем пришел?

– Так там Карус вас требует. Впрочем, он всю команду хочет, но вас особенно – дерево подвезли, смолу и парусину. Говорят уже все доставили, пара дней и сможем отправляться.

– И ты пришел поделиться хорошими новостями? Скажи, сейчас спущусь.

Он отвернулся, делая вид, что занят перекладыванием документов, хотя истиной причиной была боль, которая все не желала отступать. И внутри сидело только одно желание, чтобы юнга как можно скорее вышел из комнаты. Но вместо спасительного звука удаляющихся шагов, Натан снова услышал голос:

– Вообще-то я не только с хорошими новостями. Я думаю, сегодня на верфи от меня мало толку, поэтому я бы хотел разобраться с записями отца. Да и это я их нашел, так что считаю по меньшей мере оскорбительным, что вы сразу забрали их себе, – усмехнулся Ави.

– О Боги, – наигранно воскликнул Натан, боль стала постепенно отпускать и теперь он даже смог повернуться к своему будущему навигатору. – Какие высокопарные слова. «По меньшей мере, оскорбительным»… Совсем страх передо мной потерял или расслабился на суше? Ну что ж, ваше благородие, предоставляю вам не только доступ к записям, но и мою комнату в полное распоряжение. До вечера только управься, будь добр. А то меня совершенно не прельщает ночевать под дверью, пока ты соизволишь что-то там изучать.

Больше разговаривать Натан не стал. Только спрятал письмо в закрывающийся ящик. И вышел из комнаты, оставив Ави с записями отца наедине. Уже спускаясь по лестнице, сам себе удивлялся, насколько он быстро стал доверять юнцу, когда-то тайно пробравшемуся на его корабль. Хотя, брать в комнате нечего, обыскивать вещи тоже бессмысленно, а вот записи лучше с места на место не переносить и не показывать их лишний раз мадам Батисте. Впрочем, была и другая причина. Он прекрасно понимал, что Ави не отстанет, пока не докажет невиновность Вольсера старшего, или пока не поймет, что тот абсолютно и бесповоротно виновен.