Чтение онлайн

В столовой, как и ожидалось, было многолюдно. Набрав полный поднос еды, отстояв очередь длиною в пятнадцать минут, огляделась в поисках друзей. Увидела их сразу за столиком в глубине столовой. Не заметить, как они мне машут, не могла. Друзья заняли мне место, и это не могло не радовать. Вот к этим рукам я и отправилась, лавируя между столов.

Добиралась до места с препятствиями. Две подножки, увернулась от летящего стакана с ягодным киселем. Всегда поражалась узости мышления девушек. Не выяснив, видеть во мне соперницу, это же какой твердолобостью надо обладать. Но реакция не подкачала, добралась с целехоньким обедом до места. Уже приступив к обеду, высмотрела своих нечаянных врагов. Если бы их каверзы удались, мы могли познакомиться лично. А так, взглянула, чтобы запомнить личики нечаянных врагинь.

– Эрика, а ты, оказывается, ловкая. Мы даже поспорили с ребятами, дойдешь ли с целым подносом или нет.

– Смейтесь. Я бы посмотрела, как бы вы лавировали между подножками и летящим в вас киселем.

Опять этот ржачь. Нельзя такое назвать смехом.

– В следующий раз не опаздывай, и мы защитим тебя.

– Могли бы и сопроводить, чтобы исключить вероятность.

– Не могли, мелкая. Очень уж хотелось посмотреть, как ты самостоятельно справишься, -и опять ржачь.

– Саймон, кто-то обещал дополнительный урок по генетике.

Привела в чувство друга и принялась слушать. Саймон был прирожденным учителем. Его сравнение генов с живыми частицами повторяло версию магистра Шарса.

Спросила о том, все ли здесь на Кариоке так же относятся к клеткам организма и крови, на что получила исчерпывающий ответ. Шарс успел рассказать историю возникновения такого сравнения. Впервые об этом заговорил известный кариоксий генетик Стамил. Он выдвинул двадцать три доказательства в поддержку этой версии на мировом симпозиуме генетиков в прошлом веке. И она прижилась. Многие ученые до сих пор оспаривают его доводы, но безуспешно. Посоветовал почитать в библиотеке его теорию.

Он так интересно рассказывал, что я не заметила, как закончился обед. Мне необходимо было еще добежать до конюшен. Ведь хотела придти пораньше и пообщаться с Ветром. Благо переодеваться не надо. Выбрала сегодня брючный вариант повседневной формы. Она, к слову, была из прочной удобной ткани и смотрелась стильно на фигуре. Такое впечатление, что к разработке приложил руку настоящий дизайнер.

Саймон с Мирком бежали рядом со мной. Саймон озвучил ответ на невысказанный вопрос.

– Нравится? Форму разрабатывала крутой столичный дизайнер Ралесья, фаворитка императора. Благодаря ему она и выиграла тендер на пошив формы для академии. Нам это оказалось на руку.

Интересный факт, но меня больше занимало то, как будут проходить занятия.

– Саймон, а как проходят занятия? Я сейчас выведу Ветерка и куда потом?

– Не дрейфь, малявка. Занятия проходят на полигоне за конюшней. Мы тебя дождемся у выхода из нее. Проведем до места, а по дороге расскажем остальное.

Я пронеслась к деннику своего стихийника, не стараясь соблюдать тишину. Простите, лошадки, я сегодня неуклюжая и шумная. Поприветствовала своего друга, предупредив, что на занятии положено кататься в седле. Он недовольно поворчал, но проникся предстоящей прогулкой. Хорошо хоть он воспринимает урок, как нечто интересное. Молниеносно закинула красивое седло, подаренное отцом, накинула уздечку, затянула подпругу, не забывая разговаривать с Ветром.

И отправилась на выход из конюшен. Ветер нетерпеливо переставлял ноги, порыкивая, словно зверь, а я ждала парней. Не могли они меня оставить и не дождаться. Они показались из ворот ангара неожиданно. Похвалили за скорость, намекнув, что такая быстрая подготовка лошадей к поездке входит в обязательный норматив перваков, и я его сегодня сдала.

По дороге Самойн рассказал, что сначала будет пара кругов разминки, полоса, предназначенная для конных наездников, и получасовой полет. Ветер слушал вместе со мной. И я ощущала его радость от предстоящих испытаний. Мы с ним выяснили почти в самом начале знакомства, что простой бег по полю не для него. Он у меня любитель препятствий и полетов. Ларсан объяснил это простым желанием выплеснуть магию. Он был связан со мной, и стихии накапливались, если он долго находился в деннике без прогулок.

– Саймон, а позволено со своими жеребцами прогуливаться вечером или утром? Знаю, что здесь имеются конюшие, но мой не потерпит долгого простоя.

– А когда хочешь, тогда и выгуливай. Конюшни открыты круглые сутки. Ректор, например, любитель объездить свою кобылку ночами. Другого времени нет.

– Кобылку?

– О, эту красавицу ты еще увидишь. Серебристая стихийница. Если время после занятия останется, покажу. Она содержится с нашими, потому и уход здесь на высшем уровне.

Перед полигоном меня остановил Мирк, кивнув Саймону, мол, иди и не жди нас, мы сейчас подойдем.

– Эрика, прикрой своего стихийника иллюзией. Двенадцать стихий ни у кого нет. Вызовет много вопросов. Не все видят, но кто-то сможет. Теперь я верю, что ты поможешь моей сестренке.

Остановилась и попросила Ветра спрятать дары. Он послушал беспрекословно, видимо, тоже учуяв проблему в раскрытии нашей уникальности.

На полигоне было оживленно. Подошла к парням, которые говорили о том, что сегодня будет веселая тренировка. С нами будет на занятиях первый курс боевиков. Проследила за направлением взглядов парней и столкнулась со стальным взглядом магистра Таланата.

– А этот тут что забыл? Как-то его слишком много на сегодня.

– Г оворят, он пришел помогать своей невесте встать на стихийное крыло. Девчонка совсем еще мелкая, стихийник у нее необученный.

– Стихийников же приручают с детства?

Я видела, как Саймон что-то говорит, но его ответ потонул в гомоне голосов. И над всем этим гомоном раздался зычный голос магистра по конному спорту.

– Курсанты, строиться.

Меня оттеснили от парней, помчавшихся исполнять приказ магистра, курсанты. Заметила, что в первый ряд встают сами курсанты, их жеребцы строго за ними. Получилась одна большая линия. Первый курс строился справа. Поспешила к нашим. Оказалась последней в ряду, что было закономерно. Ростом не вышла, чтобы стремиться в центр строя. Может быть, не буду так заметна. Хотя с сомнением вспомнила моего черного красавца. Он выделялся на фоне других стихийников. Не заметить восхищенные взгляды на него не могла.

Магистр был высоким, чувствовался в нем сильный маг с кариоксикими корнями. Его было видно издали, когда он пошел вдоль строя. Он заставил напрячься всех курсантов, в воздухе начало витать напряжение, после того, как остановился возле парочки курсантов, делая замечания. Вот так и почувствуешь себя частью военной академии. Зверь, а не магистр. Он молниеносно дошел до конца строя, то есть приблизился ко мне. Посмотрел, хмыкнул и сделал замечание соседу. Кажется, пронесло.

– Курсант Нирмис, вы понимаете, что ваш жеребец сегодня не сможет выдержать тренировку? Почему он в таком состоянии? Выйти из строя. Сегодня вы на скамейке запасных. Жду вас на отработку после занятий в конюшне.

Воображение вопило, что вот из таких неудачников и создается элита, ухаживающая за стихийниками. Но и становилось понятным, почему такой порядок в конюшне. Ведь кто, кроме наездников, поймет, как важно правильное содержание наших друзей! Хотелось посмотреть на жеребца соседа. Проверить, что с ним такого, и самой не допустить подобного. Но по понятным причинам не рискнула. Магистр навел шороху и заставил не думать о подобном.

Картина с магистром Таланатом и его невестой тоже распалась. Девушка заняла место в строю. Вернулась к мысли о вредности магистра Родера. Он должен был поставить меня к первогодкам. А если бы я не умела так быстро реагировать и схватывать все на лету?