Чтение онлайн

Она с трудом села, волоча раненую ногу, и тихонько вскрикнула.

У оборотней была повышенная регенерация, но для её работы требовались калории. Все калории, которые Бледная королева могла выделить для оборотней, доставались бойцам в расцвете сил, а не молодым и пожилым.

Конлан достал что-то из кармана, подошёл и присел на корточки перед девушкой.

Она посмотрела на него так, словно ожидала удара.

Мой сын развернул то, что держал в руках, отломил небольшой кусочек шоколадки, положил его в рот и стал жевать.

Она наблюдала за ним.

Он протянул ей оставшуюся часть батончика.

— Шоколад. Он вкусный.

Девушка нерешительно протянула руку.

Конлан стоял совершенно неподвижно.

Я думала, она выхватит шоколад у него из рук, но она взяла его очень медленно, не сводя с него глаз, поднесла ко рту и откусила.

Ее глаза расширились.

Конлан улыбнулся.

Я вздохнула и стала наблюдать за тем, как мой муж и наши люди разрывают Бледную королеву на части.

Четыре дня спустя

— Он слишком увлекся пастушьей темой, — сказал Трой.

Я оторвала взгляд от листа бумаги, который держала в руке. Мы сидели на крыльце того, что мы называли приёмной. В здании было три этажа, и мы находились на втором, куда можно было подняться с первого по широкой каменной лестнице. Прямо перед нами были новые парадные ворота. Строго говоря, это ещё не были ворота. Сейчас это была брешь в стене, расположенная там, где раньше находилась любимая башня Бледной королевы.

Тем ударом меча я нанесла больше урона, чем думала, и как только Кэрран и Стая сразили Бледную королеву, башня треснула и была признана непригодной для использования. Мой муж и остальные оборотни разрушили её.

Сейчас он стоял у пролома вместе с Полом, нашим генеральным подрядчиком, и что-то говорил. Я не могла расслышать их с моего места — они были в добрых ста ярдах от меня, но я знала это выражение лица. «Да, это можно сделать, но будет дорого стоить».

Дорого — понятие относительное.

В промежутке между нами и мужем шёл Оуэн с большой палкой в руках. На голове у него была большая соломенная шляпа. Позади него неспешно шли три молодых гигантских носорога. Один из них ткнул Оуэна рогом. Оборотень-бизон обернулся и ударил носорога палкой. Носорог побежал по кругу, совершая короткие прыжки, как слишком возбуждённый козлёнок. Оуэн закатил глаза.

Я предложила купить ему ковбойскую шляпу вместо соломенной, но, судя по всему, он испытывал сильную неприязнь ко всему ковбойскому.

— Куда ты их ведёшь? — крикнула я.

— На южные пастбища, подальше от мастодонтов, — крикнул в ответ Оуэн.

Я помахала рукой.

Я оказалась права. Крепость была квадратной, хотя называть её крепостью было бы неверно. Внешняя стена, состоящая из множества башен, окружала территорию площадью почти в полторы квадратные мили. Башни служили складами, и мы успели осмотреть первые восемнадцать, хотя оборотни быстро пробежались по всем и убедились, что внутри нет ничего живого. Мы нашли кое-что безумное.

В центре внутреннего пространства возвышался грубый на вид дворец. Его окружали многочисленные постройки: казармы, жилые помещения, склады, какая-то странная платформа, которая, вероятно, использовалась для ритуалов, и амбары. В амбарах содержались различные животные ледникового периода. Мы нашли небольшое семейство мастодонтов, которые были вне себя от ужаса, каких-то странных огромных верблюдов, ещё больше лосей-оленей и детёнышей гигантских носорогов. Оуэн сразу же заявил, что, поскольку он единственный представитель своего вида, он хотел бы возглавить все стада, и мы с Кэрраном не стали возражать. Детёныши носорогов были его любимцами.

— Лишь бы он нас не пас, — сказала я Трою.

Оборотень-шакал покачал головой.

— Как поживают ледниковые? — спросила я.

— Лучше. Еда, чистая вода и душ могут творить чудеса.

Благодаря моему отчаянному вмешательству удалось спасти жизни девяти рогатых оборотней и двух охотников. Капля в море. Бледная королева плохо с ними обращалась. На самом деле с животными, вероятно, обращались лучше, но они все равно были травмированы. Жилище оборотней даже не заслуживало такого названия. Если бы я могла поджечь это место, я бы это сделала.

Мы разместили оборотней в казармах, где Трой оказывал им первую помощь. Охотники, должно быть, занимали более высокое положение в иерархии, потому что их казармы были немного лучше, но ненамного. Хотя мы нашли комнату, полную сушёного мяса, мы выбросили его, потому что понятия не имели, что это такое, а еду мы привезли из Пендертона. Было незабываемо наблюдать за тем, как люди впервые пробуют свежий хлеб.

— Ну вот, опять, — пробормотал Трой.

Одна из охотниц, высокая женщина со светло-каштановыми волосами, поднялась по лестнице. Её ноги были повреждены во время отчаянной попытки сбежать от Бледной королевы. Трой вылечил её, но ходить ей было явно трудно. Тем не менее, как только она смогла ходить, она поднялась по лестнице и встала сбоку, охраняя её. Если бы я встала и куда-то пошла, она бы попыталась ковылять за мной. Она дежурила утром, а другой охотник, мужчина примерно её возраста, дежурил вечером.

Утром после того, как мы забрали комплекс, я минут тридцать смотрела, как она стоит там, а потом попросила Килана найти стул. Он не смог его найти, поэтому принёс толстую ветку, которую срубил с дерева.

Она и другой охотник смыли с себя синюю глину. Их уши, зубы и призрачные завитки зелёных и коричневых пигментов на коже говорили о том, что они были фейри или, по крайней мере, в них текла их кровь. Несмотря на растущую магию, фейри всё ещё были редкостью. Те немногие, с кем я встречалась, относились к людям с пренебрежением, а некоторые из них без зазрения совести ели человеческую плоть. Но, с другой стороны, большинство людей, с которыми я сталкивалась в своей предыдущей работе, не были образцовыми гражданами. Мне нужно будет сделать несколько звонков и выяснить, есть ли у нас специалист по фейри, которого мы могли бы пригласить в гости, когда всё уляжется.

Мы всё ещё не знали, кто такие рогатые люди.

Охотница поднялась по лестнице. Я встала и кивнула ей. Она кивнула в ответ и села на бревно, держа в руках копьё.

— Зачем она это делает? — спросил Трой.

— Они пытаются показать, что от них есть польза, — сказала я ему. — Если бы она могла говорить, она бы сказала: «Пожалуйста, не убивайте меня. Я могу работать. Я буду вас охранять. Я буду верна вам».

Языковой барьер был проблемой, но, в конце концов, мы с ним справимся. Конлан добился больших успехов в общении с двумя подростками-оборотнями. Они выучили до пяти слов. Вода, еда, да, нет и шоколад. В конце концов, мы объясним всем жителям ледникового периода, что они могут делать всё, что захотят.