Чтение онлайн

Артур любил серый цвет, Анна предполагала, что синяя форма ему тоже нравится, но сейчас он был в серых брюках, чёрных туфлях. Простые чёрные подтяжки. Ане нравилось, что её друг не поддавался влиянию моды и не носил пёстрые, как это сейчас делали многие мужчины, одежды, похожие на павлинье оперение… Анна потеряла коня. Артуру всё-таки удалось её отвлечь. Она поджала губы, обдумывая следующий ход.

– Я видела, как подростки сегодня сбили полицейского и закидали его яйцами, скрылись с места преступления, – Артур одарил свою собеседницу вопросительным взглядом.

– Как бы ты повёл себя в такой ситуации? – провокационно спросила девушка, атакуя ладью Артура. Мужчина приподнял плечи.

– По закону: составил бы протокол и подал бы заявление на розыск. Думаю, мой коллега поступает сейчас точно так же.

– Разве тебе не было бы обидно? Их надо наказывать более строго, чем… – девушка резко замолчала, наблюдая, как Артур забирает её слона к остальным своим трофеям. Он слегка улыбнулся, наблюдая, как вспыхнуло лицо девушки, осознавшей, что она попала в свою же ловушку.

– Завтра на площади их заставят извиняться за своё поведение. Оставшиеся каникулы они будут драить пол в нашем участке с заблокированными магическими силами. Думаю, это вполне строгое наказание для ребёнка, который только вступает во взрослую жизнь.

– Но вряд ли это изменит отношения к полиции. Они же в самом деле думают, что, если человек не может колдовать, это убогий человек.

– В этом виноваты дети? Или взрослые, за которыми они повторяют? – спросил он, забирая второго коня.

«Чёрт! Опять проигрываю! Соберись!»

Некоторое время они играли молча.

– Помнишь волшебника Говорда Жибикса? – через некоторое время спросила Анна, отвоевав у Артура пару фигур. Тот лишь кивнул, оценивая ход подруги.

– Его последнее исследование доказало, что люди, не способные колдовать, являются носителями магического иммунитета.

– Это было известно очень давно, Анна. Поэтому я и служу в полиции: ни один волшебник не может причинить мне вред магией. Что нового он сказал?

– Но ведь раньше это считали чем-то вроде сбоя генов. А он доказал, что это ещё одна одарённость. А мы знаем, чем сильнее выражена одарённость, тем тяжелее магу научиться чему-то другому. Это в корне меняет дело. Шах! – победоносно объявила девушка.

– Нет, Анна, это ничего не меняет. Мы не можем колдовать, это факт, а причина никого не интересует.

Артур сделал рокировку, и теперь его ферзь угрожал Анне.

– Почему?

– Шах и мат, – спокойно сказал Артур, уходя от вопроса. – Тебе пора, уже темнеет. Я не хочу, чтобы хулиганы закидали тебя яйцами, приняв за пушистика.

Так маги называли людей, которые не могли причинить вред с помощью магии. Беспомощные, как пушистые кролики. Анна ничего не смогла ответить. Она испытывала горькое чувство несправедливости. Артур был намного умнее некоторых волшебников, обучающихся в академии, которые пользовались гораздо большим уважением, нежели люди, которые оберегали покой этого города без заклинаний. Они вышли из библиотеки. Небо уже окрасилось в нежные розовые оттенки. Она везла велосипед в руках и рассказывала историю, как, маленькая, уговорила несколько ульев перебраться жить к ним в дом. Папа тогда очень долго смеялся, а вот мама была вне себя от ярости. Артур у ворот немного замялся.

– Спасибо за игру, Артур, – сказала Анна, намереваясь уже сесть на велосипед.

– Не хочешь вечером на фестивале сходить на спектакль? – вдруг выпалил парень.

Анна расширила от удивления глаза. Она была уверена, что она ему абсолютно безразлична. Но ещё больше удивило его волнение.

– Эм… Если всё продам, да. То есть, ну конечно, я всё продам. Я всегда всё продаю, так что да, – протараторила смущённая девушка. Уши Анны полыхали от волнения и смущения так сильно, что ей казалось, от них останутся только угольки.

– Хорошо, – расслабленно улыбнулся Артур. – До скорой встречи, Анна.

– Пока, – быстро сказала девушка, судорожно усаживаясь на велосипед и набирая скорость. Создавалось впечатление, что она убегает от него. Но на самом деле она набирала скорость от счастья.

Артур побрёл вдоль городской стены в направлении промышленного квартала. Самый волнительный поступок он совершил. Осталось закончить старое дело, которое он не мог завершить уже три года. Но сегодня эта история подходила к финалу.

Кот сидел на стуле, наблюдая за мечтательной девушкой, которая заливала в форму очередную свечу, что-то напевая себе под нос.

– Не знаю, что случилось в городе, но будь, пожалуйста, внимательней, – промурлыкал старый кот.

– Я внимательна, – тихо возразила девушка.

В мастерской было достаточно жарко, даже открытое окно не справлялось.

– Так что произошло в городе такого, что ты меня побаловала сосиской? – спросил питомец.

Анна уже открыла рот, чтобы ответить, но резко повернула голову в сторону окна. Из леса огромными невидимыми волнами накатывала магия.

«Что за чертовщина? Ни у одного живого существа не может быть столько магии. Это какой-то магический предмет». Анна мигом пошла на крыльцо, чтобы подать сигнал полиции.

«Странная магия, напоминающая магию огня. Но это не она. Ну вот почему нельзя использовать магию гармонии и умиротворения с такой мощью?»

То тут, то там стрекотали кузнечики, соревнуясь в своём искусстве. Для Анны это был гомон сродни кричащей толпе.

– Заткнулись все! – крикнула она. Мигом наступила тишина. Девушка сосредоточилась, подняла руку к небу, на кончике её пальцев образовался синий шар. «Так, отлично, теперь надо выстрелить в небо». Но сфера резко замигала, становясь блёклой, а потом и вовсе резко исчезла, оставляя тёмный дым.

– Чёрт! – прошипела Анна, выставляя другую руку. Пришлось формировать синюю сферу ещё раз. Тут вокруг неё стал кружить шмель.

– Оборотни в лесу!

– Я уже вызываю полицию, а ты мне мешаешь! – недовольно сказала девушка.

– Они напугали мальчика. Он поджёг лес! Поджёг лес небесным огнём!

– Мальчик поджёг лес? У него было что-то в руках? – удивлённо спросила девушка, отвлекаясь от своего занятия. «Ребёнку не под силу подчинить такой мощный артефакт».

– У него в лапах ничего не было. Но небесный огонь появился из-за него. Он его позвал. Как ты зовёшь нас, – тараторил шмель.