Чтение онлайн

Ведьма сглотнула комок в горле.

Две недели без магии. Две недели в качестве… обычного человека.

Она не была уверена, что готова к этому.

Но выбора не осталось.

С тяжелым вздохом Виола начала распаковывать сундук.

Первая попытка зажечь камин закончилась тем, что Виола просто стояла перед ним, беспомощно глядя на аккуратно сложенные поленья.

Обычно она просто щелкала пальцами — и огонь вспыхивал.

Сейчас ничего не происходило.

— Ну же, — пробормотала она, снова пытаясь вызвать хоть искру.

Ничего.

— Отлично, — Виола опустилась в кресло перед холодным камином. — Просто отлично.

Без магии она чувствовала себя… неполноценной. Будто потеряла руку или глаз. Часть себя.

Ведьмочка закрыла глаза и попыталась дышать ровно, как учила Тереза. Это временно. Это для ее же блага. Это поможет.

Но внутри росла паника, липкая и холодная.

Как она проживет две недели без магии?

Глава 3

Ужин Виола пропустила.

Не потому, что не была голодна — после дороги желудок настойчиво напоминал о себе — а потому, что мысль о том, чтобы спуститься вниз, улыбаться незнакомым людям и делать вид, что все в порядке, казалась невыносимой.

Вместо этого девушка лежала на кровати, уставившись в потолок, и пыталась привыкнуть к пустоте там, где раньше была магия.

Это было похоже на внезапную глухоту. Не физическую — она прекрасно слышала, как за окном шумит ветер, как потрескивают половицы, как где-то внизу смеются люди. Но магическая часть мира просто исчезла. Невидимые потоки энергии, которые она чувствовала с детства, ощущение живой силы во всем окружающем — все это пропало, оставив только глухую пустоту.

Виола перевернулась на бок, обняв подушку.

Может быть, это действительно поможет. Может быть, Марибет права, и магия стала костылем, от которого нужно отучиться.

Или есть вероятность, что это самая ужасная идея в ее жизни, и она застрянет здесь на две недели, чувствуя себя инвалидом.

Слишком поздно думать об этом сейчас.

Виола заставила себя встать, переодеться в ночную рубашку и умыться. Ванная комната оказалась просторной, с большой медной ванной на изящных ножках, раковиной и зеркалом в резной раме. Полки для принадлежностей, мягкие полотенца, запах свежести и хвои.

Общая ванная. Значит, завтра здесь будет еще кто-то.

Виола поморщилась при мысли о соседстве с незнакомцем. Она привыкла жить одна, если не считать Мордехая, который был скорее соседом, чем питомцем. Идея делить пространство с кем-то, пусть даже частично, вызывала дискомфорт.

Ну что ж. Придется привыкать.

Она вернулась в спальню, забралась под одеяло и потянулась к прикроватной лампе.

Обычно она гасила свет взмахом руки.

Сейчас пришлось тянуться и поворачивать маленький ключик на основании лампы.

Такая мелочь. Такая глупая, незначительная мелочь.

Но слезы снова подступили к горлу.

Виола зажмурилась, заставляя их отступить. Не будет она плакать из-за чертовой лампы.

Тьма окутала комнату. За окном завывал ветер. Где-то далеко ухала сова.

Виола натянула одеяло до подбородка и попыталась заснуть.

Проснулась ведьмочка от яркого света.

Солнце било в окно, заливая комнату золотом. Виола застонала и натянула одеяло на голову, но было поздно — она уже проснулась окончательно.

Сколько времени?

Виола выглянула из-под одеяла и посмотрела на часы на прикроватной тумбочке. Половина десятого.

Она проспала завтрак.

— Отлично, — пробормотала она, садясь. — Начинаем день с голодовки.

Желудок подтвердил свое согласие с хозяйкой громким урчанием.

Виола потянулась, разминая затекшие мышцы. Спала она на удивление хорошо, наверное, сказалась усталость последних дней. Тело наконец получило возможность отдохнуть и воспользовалось ею сполна.

Магия все еще не чувствовалась. Пустота внутри никуда не делась.

Но в свете утреннего солнца это не казалось таким катастрофичным, как вчера вечером.

Виола встала, подошла к окну и распахнула его.

Холодный воздух ворвался в комнату, обжигающий и свежий. Девушка глубоко вдохнула, чувствуя, как легкие расправляются, а голова проясняется.

Вид за окном был сказочным.

Заснеженный лес, уходящий вдаль, горные пики на горизонте, ярко-синее небо без единого облачка. Снег искрился на солнце, слепил глаза. Тишина, нарушаемая только щебетом птиц и шумом ветра в ветвях.

Красиво.

Виола стояла у окна, пока не начала замерзать, потом закрыла его и отправилась в ванную.

Умылась холодной водой — горячую пришлось ждать, пока она пойдет из крана, непривычно долго. Причесалась, заплела волосы в косу. Натянула теплое шерстяное платье цвета спелой сливы и мягкие ботинки.

В зеркале на нее смотрела девушка с бледным лицом и темными кругами под глазами, но хотя бы не такая измученная, как несколько дней назад.

— Ничего, — сказала она своему отражению. — Прорвемся.

Отражение выглядело не слишком уверенным, но Виола решила не обращать на это внимания.

Она вышла из ванной — и замерла.

В гостиной кто-то был.

Точнее, кто-то возился с камином, стоя к ней спиной. Широкие плечи, густые темные волосы. Высокий, с хорошей выправкой — военной или около того.

Но одет в… пижаму.

Ярко-розовую пижаму.

С единорогами!

Виола моргнула, не веря своим глазам. Маленькие белые единороги с радужными гривами скакали по розовой ткани, окруженные звездочками и сердечками.

Сосед.

Он приехал, пока она спала.

Виола прикусила губу, пытаясь сдержать смех.

А потом мужчина выругался — негромко, но с чувством — и обернулся, потирая ушибленный палец.

И Виола почувствовала, как земля уходит из-под ног.

Рейнар.

Это был Рейнар.

Ее бывший жених. Человек, с которым она рассталась три года назад после ужасной ссоры. Человек, о котором пыталась не думать все это время, но это получалось не слишком успешно.

Рейнар, стоящий в ее — их — гостиной, с растерянным выражением лица, которое в точности отражало ее собственные чувства. В пижаме с единорогами.