Чтение онлайн

Лора рассказала о новой танцевальной постановке в детском театре танца, где она, как выяснилось, работала хореографом.

Иван, не мудрствуя лукаво, рассказал о проекте дизайна интерьера для нового ресторана, который вскоре должны были открыть в центре города.

Дружно вспомнили смешной эпизод в турецком отеле, когда пьяный Иван приставал к Диане и думал, что она француженка. Мур, не посвященный, видимо, в подробности этой истории, очень долго смеялся, а потом сказал, привычно растягивая гласные: «Сами виноваты. Я говорил — надо поскромнее танцы выбирать. Это все ты, Лорка».

Тортильясы по-ацтекски оказались очень вкусными. Внутри у тортильясов было спрятано нежнейшее куриное мясо вперемежку с сыром и каким-то очень острым томатным соусом. Иван сам съел три штуки и без конца подкладывал эти тортильясы в тарелку Дианы. Диана ела с потрясающим аппетитом, и можно было только удивляться, как ей удалось сохранить свою худобу.

Потом Мур рассказывал анекдоты, и все они были ужасно смешными — хотя, возможно, он просто очень смешно их рассказывал. А может быть, всем было смешно потому, что настроение у всех было хорошее. Особенно довольной была Таня. Она периодически сидела на коленях то у Мура, то у Дианы. Пыталась забраться и к Лоре, но Лора сказала ей:

— Брысь! У меня и так ноги болят.

Таня на «брысь» не обиделась — тут же втиснулась между Дианой и Иваном и принялась пить вишневый компот, весело болтая ногами под столом.

А потом случилось что-то совсем невероятное. Иван даже подумал, что все это ему снится. Наверняка снится, потому что на самом деле такого просто не может быть.

Мур посмотрел на часы, потом посмотрел на Лору, а потом сказал:

— Лора, нам пора. Почти десять. И Лора ответила:

— Да, пора, — и поднялась из-за стола. И Диана поднялась тоже и сказала:

— Иван, пойдемте проводим Лору и Мура.

Потом они прощались в прихожей. Мур снял домашние тапочки и переобулся в уличные ботинки. Поцеловал Таню и Диану, пожал руку Ивану. Диана спросила:

— Когда появишься?

А Мур ответил, подумав:

— Не знаю. Завтра, может быть, зайду. Если получится.

Хлопнула дверь — и Лора с Муром ушли.

А Иван почему-то остался.

Он стоял посреди кухни-прихожей и никак не мог понять, что же такое только что произошло. И почему это произошло, и что теперь с этим делать.

— Иван! — услышал он наконец голос Дианы. Видимо, она пыталась докричаться до него уже не в первый раз. — Иван! Ну что же это! Вы глухой, да?

— Вы уже спрашивали, Диана.

— Но это же невозможно! Нет, правда! Вы как будто на самом деле глухой!

— Я… Я просто задумался.

Иван стоял возле входной двери. Диана стояла напротив, на другом конце кухни-прихожей, возле разделочного стола. В своем голубом халатике, домашних тапочках и с задорным хвостом на макушке она по-прежнему была убийственно привлекательной. Теперь у Ивана появилась возможность сказать ей об этом. Но он стоял и не мог вымолвить ни слова.

— И о чем же вы задумались? Или это секрет?

— Диана, я, наверное, что-то не так понял…

— Вы, Иван, определенно что-то не так поняли. Совсем не так. Только вот что именно?

— Вы сказали… Вы же сами сказали, что он — ваш муж.

— Естественно, он мой муж. Если хотите, я могу показать вам паспорт. Мы не просто однофамильцы. Там есть печать о регистрации брака.

— Тогда почему… Нет, не понимаю…

— Тогда почему он ушел? Вы это хотели спросить, да, Иван?

— Да… Наверное. Наверное, я хотел спросить именно это.

— А зачем?

Иван задумался. Ответа на этот вопрос он, кажется, не знал.

— Ну, что вы молчите?

— Я просто… Согласитесь, это выглядит немного странно. Поэтому я…

— Поэтому вы…

— Диана. Пожалуйста, перестаньте надо мной издеваться. Я понимаю, что у меня сейчас глупый вид…

— Хорошо, что хоть это вы понимаете. А вид у вас сейчас и правда глупый. И смешной. Мне вас даже жалко, Иван. — Она вздохнула. — У нас фиктивный брак, понимаете? Фиктивный. Это значит — не настоящий. Это значит — такой, который заключают, чтобы получить какое-нибудь имущество или право на наследство. Или еще что-нибудь получить. В общем, брак с корыстной целью. Мы с Муром просто друзья. Очень хорошие и очень давние друзья. Только и всего. Но никаких супружеских отношений у нас нет. А есть только печать в паспорте. Вы это хотели услышать, да?

Наверное, он хотел услышать именно это. В глазах ее сверкали лукавые искры, но все же было понятно, что насчет фиктивного брака она не шутит. Она просто наблюдает за реакцией Ивана, и эта реакция ее забавляет. Еще бы не забавляла — будь у Ивана возможность сейчас наблюдать за собой со стороны, он бы тоже от души забавлялся.

— А вы заключили брак с… корыстной целью? — глупо спросил Иван.

— Конечно же! — охотно подтвердила Диана. — С ужасно корыстной целью! С какой же еще?

— Диана, вы надо мной смеетесь…

Несчастный вы, Иван, — жалостливо протянула она. — В вашей голове сейчас происходят сложнейшие мыслительные процессы. Я даже вижу, как шевелятся ваши мозги под черепной коробкой. Давайте, Иван, лучше помоем посуду, а? Это будет полезнее и гораздо веселее. И думать не надо.

— Давайте, — согласился Иван. — А вообще, я сам могу. В смысле, помыть посуду. А вы отдохните или с Таней побудьте.

— Тане сейчас не до нас. Я ей новый номер журнала купила. Она теперь вычеркнута из жизни, как минимум, на полчаса. Так что давайте мыть посуду вместе. Или нет — вы будете мыть, если уж вам так хочется, а я буду вытирать и в шкаф ставить. Договорились?

— Договорились, — кивнул Иван, чувствуя себя маленьким и глупым ребенком. — А еще я хотел сказать вам, Диана… Я давно уже хотел сказать…

Мысленно он обругал себя идиотом за такое предисловие. Она уже не улыбалась, смотрела серьезно, чуточку напряженно и очень внимательно.

— Да? Ну, говорите! Что вы такое мне давно уже сказать хотели?

— Я хотел сказать, что вам очень к лицу этот… халат. Правда.

Она смеялась так, что остановить ее, казалось, вообще невозможно. Иван стоял, растянув губы в улыбке, смотрел на нее и чувствовал себя почти счастливым. Он понимал, что выглядит сейчас очень глупо, и вообще с тех пор, как ушли Лора и Мур, все время выглядит глупо, но этот ее заразительный и волшебный смех очень легко помогал примириться со всем на свете — не то что с собственным глупым видом.

— Нет, Иван, вы правда немножко ненормальный! Ну это можно вот так про халат говорить, а? Я уж думала, вы мне сейчас предложение сделаете… Обычно в фильмах всегда мужчины так себя вести начинают, когда собираются сделать предложение. Говорят, что они давно уже собирались, но все никак не решались… Нервничают… А вы — халат… С ума сойти можно…

— А если бы я… тоже?

— Что — тоже? Да вы вообще, что ли, Иван, нормально не умеете разговаривать, да?

— Ну, если бы я, как те мужчины из фильмов, тоже сделал вам… предложение?