Чтение онлайн

Прямо под окном вспыхнул зелёный свет, и прямо под моим окном из пустоты возникла женщина, сразу направившаяся в сторону тренирующейся молодёжи. Я полюбовалась сверху на её длинные светлые косы и вернулась к изучению местности. Из своего окна я могла взглядом охватить всю территорию, вплоть до резных перил тренировочной площадки, за которыми простиралась пустота. Земли внизу не было видно. Создавалось ощущение, что это потрясающее место существует… нигде.

И везде сразу.

В дверь комнаты постучали, и я оторвалась от своего увлекательного занятия, чтобы крикнуть «Войдите!» и поправить футболку, задравшуюся, когда я по пояс высунулась из окна, чтобы посмотреть на стены. А посмотреть было на что: с моей точки обзора мозаика, покрывавшая всё здание от фундамента до крыши, была видна не очень хорошо, но всё равно поражала своим великолепием — спирали, круги и ломаные линии складывались в огромный рисунок парящего дракона.

В комнату зашёл Нэйт.

— Что это за место? — выпалила я вместо приветствия.

Полудемон слегка наклонил голову, и уголки его губ приподнялись в намёке на улыбку.

— Мы называем его «Цитаделью», — просто ответил он, ничего при этом не прояснив.

— А где оно? Я не вижу земли, значит, мы плывём где-то очень высоко над ней. Но при этом мы находимся ниже уровня облаков, что предусматривает наличие земли в нескольких тысячах метров вниз. Но, опять же, её не видно. Получается, мы сейчас где-то в другом измерении. Но где конкретно?

Поколебавшись секунду, я добавила к своим выкладкам предположения про «везде» и «нигде». Пускай они звучали ненаучно, но, господи боже, наука закончилась там, где вчера началась магия. Мне казалось, больше уже ничто не может меня удивить.

На этот раз Нэйт нахмурился. Взгляд его сделался задумчивым, и он посмотрел куда-то мимо меня.

— Оно… между всем, — медленно произнёс он и посмотрел на меня малость растерянно, — в твоём языке нет подходящих слов, чтобы объяснить это быстро и понятно, а моего языка ты не знаешь.

— А он сложный? Твой язык? — тихо спросила я.

— Я не знаю, — так же тихо ответил Нэйт, — я говорю на нём с рождения, мне сложно судить. Но, — он снова улыбнулся, и у меня отчего-то посветлело в душе, — я буду рад, если ты захочешь его выучить. Идём, если ты хочешь остаться здесь, тебе нужно подписать кое-какие документы, чтобы тебя зачислили в штат.

Я хотела остаться здесь, а потому кивнула, накинула на плечи куртку и чисто интуитивно прихватила с собой катану. Я сильно сомневалась, что здесь, среди обученных бойцов по большей части нечеловеческого происхождения, моё смешное тренировочное оружие поможет мне защитить себя в случае чего, но с ней мне было спокойнее.

Я наскоро собрала волосы в низкий хвост, поправила на плече ремень чехла, и мы вышли из комнаты.

— Читай всё, что тебе предложат на подпись, — инструктировал меня Нэйт, пока мы быстрым шагом шли в сторону кабинета Директора, — если что-то будет непонятно, спрашивай — я объясню. И если тебе не понравится то, что может предложить Корпус, ты можешь отказаться и, — он на секунду запнулся, — вернуться домой. Я договорился, память тебе стирать не будут.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я, — моя память мне ещё пригодится.

— И определись сразу, хочешь ли ты жить здесь. Я имею в виду, многие воины предпочитают жить дома, а в Цитадели появляться только для встречи с товарищами по команде и для выполнения заданий. Это правило не распространяется только на командиров отрядов — они обязаны постоянно находиться здесь, чтобы вовремя среагировать на угрозу и призвать свою команду. Хирд и Тина тоже живут в Цитадели, но у них свои причины.

— А как же я буду попадать сюда из дома, если не имею магических способностей?

— Специалисты оборудуют тебе стационарный портал в месте твоего проживания. Это обычная процедура, такие устанавливают всем, кто живёт вне Цитадели. Проще один раз начертить постоянную пентаграмму, чем тратить каждый раз время на рисование новой. Напитать его магией для перемещения ты не сможешь, но на что нам артефакты даны?

— Я останусь здесь, — быстро ответила я, чтобы не дать себе передумать. — мало ли, вдруг это такая хитрая идея для того, чтобы отправить меня домой.

Нэйт усмехнулся, но больше ничего не сказал, и оставшийся путь мы преодолели в молчании.

Я прочитала все предложенные мне документы, хоть некоторые пункты и напрягали размытостью формулировок. Я задавала вопросы, Нэйт отвечал, и видно было, что это занятие ему привычно. Скорей всего, я далеко не первый новичок, которого он рекомендовал к службе, но точно первый человек, судя по вчерашней реакции Директора, который сегодня был вполне дружелюбен со мной и холодно вежлив с Нэйтом.

Я вышла из кабинета с ощущением, будто спускаюсь с эшафота после внезапно отменившейся казни, а свои экземпляры документов держала так, как держал бы помилованный висельник верёвку, оставленную ему в качестве сувенира.

— Теперь ты в моей команде, — напряжённо произнёс Нэйт.

Я улыбнулась ему и заметила, что после моей улыбки он заметно расслабился.

— Тебе нужно получить форму и записаться на лекции для новобранцев.

— Хорошо, — легко согласилась я и, выждав секунду, коварно поинтересовалась, — а где записываются на лекции и получают форму? И где будут проходить эти лекции? И сколько они длятся? И…

— Я тебя провожу, — перебил меня Нэйт, которого шквал вопросов, похоже, не впечатлил и не озадачил, — и за формой, и на запись в группу новобранцев. Всё остальное — к учителям.

Вот так вот, просто и изящно, без единого нецензурного слова, меня послали лесом. Ну и ладно.

Так я стала частью команды регулирования магического равновесия в мире, а Нэйт стал моим «киаму» — боевым товарищем-наставником. Будь я младше на несколько лет и входи в команду подготовки будущих воинов «корпуса», тренировку которой я наблюдала сегодня из окна, он бы считался моим «бирххом» — боевым наставником юношества. Но к этому полудемон никогда не стремился, в отличие от Хирда, который засиял, как начищенный чайник и завалил меня информацией по этой теме, стоило только намекнуть, что мне это интересно.

Тиана же по возрасту должна была проходить как ученик и заниматься в группе, но в обществе сверстников ей было откровенно скучно, а по боевым навыкам она уже тогда превосходила не только их, но и большинство более взрослых студентов. Поэтому она на экспериментальной основе была включена в боевую команду и к тому моменту, как я впервые с ней встретилась, держалась в статусе воина корпуса уже больше года.

— У меня восемь сестёр, — как-то раз поделилась она, когда я неосторожно затронула тему семьи, вспомнив родителей, — и все старшие. Родителям было важнее выдать их замуж, и меня отправили в Корпус, чтобы не путалась под ногами.