Чтение онлайн

Как только Идрик Сирк взял книгу, она стала другой. Что-то в ней изменилось. Она открылась, как открывается ваша любимая, зачитанная до дыр книга. Было видно, что Идрик сосредоточенно изучает ее с какой-то целью, получая при этом большое удовольствие. Его пальцы легко и радостно перепархивали туда-обратно, перебегая со строчки на строчку, находя какие-то невидимые и полувидимые знаки.

Наконец он нашел страницу, которую искал. На ней его пальцы надолго задержались. Он перевернул книгу так, чтобы мы все могли видеть эту страницу.

На ней была картинка, изображающая голубую гору. И больше ничего. Не потому, что там больше не было ничего нарисовано. Было такое чувство, что только эта гора имеет значение. И именно картинка помогала этому чувству появиться на свет.

— Эскарет, — просто сказал Идрик Сирк. — Гора под названием Эскарет.

— Она находится на Мерне? — спросил я.

Идрик Сирк кивнул.

— Билли, как это грустно, — сказала Мэри.

Мы не могли понять почему, но это была самая грустная картина во всем мире.

Через мгновение картина исчезла со страниц книги. И сразу сильный ветер начал дуть мне в лицо, а воздух пропитался такой свежестью, что мои легкие испытали внезапное потрясение, когда я вдохнул его. Я услышал голос Мэри: «Мы еще с вами встретимся?» и глупый ответ Идрика Сирка, прозвучавший встречным вопросом: «А свиньи летают?»

Затем Мэри появилась рядом со мной. И Мог — она сидела в длинной голубой траве, держа в зубах книгу.

Нам были видны вершины далеких гор. Позади нас, врезаясь в небо, возвышалась огромная гора невероятной голубизны.

Идрика Сирка с нами не было…

С того самого момента, как я оказался на месте, где росла голубая трава, у меня возникло странное чувство внутреннего неудобства. Было такое ощущение, что из разных мест за нами пристально наблюдают. Как будто сама гора не сводила с нас своих невидимых глаз. Я быстро повернул голову в сторону наблюдающих. Никого. И ничего, кроме нескольких беспорядочно разбросанных камней, дерева, одиноко прогибающегося под ветром, и колышущейся травы. И все же я был уверен, что только что там кто-то был. И снова будут, как только я отвернусь. Я никому ничего не сказал и постарался поскорее выбросить эту мысль из головы.

Мэри сидела на траве. Волосы ее растрепались по ветру; в глазах стояли слезы. Она неотрывно смотрела на бесконечную цепь гор под нашими ногами. Девяносто семь гор Мерна. Они были похожи на изумительно красивые разноцветные лоскуты ковра.

Кое-где живые краски становились более бледными и смазанными. В некоторых местах господствовал серый или черный цвет. Мне уже были знакомы такие места. Глядя на них, становилось страшно, что мир действительно может погибнуть. Это было бы несправедливо!

Луна выглядела взволнованнее, чем обычно.

— Мэри, ты в порядке? — обеспокоенно спросил я.

— Идрик Сирк ведь с самого начала знал, что не сможет попасть с нами на Эскарет. Он вынужден был остаться внизу, в том ужасном месте. Мертвый и одинокий!.. — всхлипнула она.

Иногда понять Мэри бывает совершенно невозможно. Еще десять минут назад, когда мы торчали в компании Идрика Сирка в гробнице, она готова была снести ему башку, и вдруг — на тебе!

— Не знаю… Все может быть… — расплывчато ответил я.

На самом деле я едва слушал ее. Мои уши были в другом месте. Я прислушивался к тем, кто за нами наблюдал. К голубой горе Эскарет.

— Билли, как ты думаешь, мы когда-нибудь вернемся домой?

— Я тебе обязательно скажу, что я думаю! — излишне громко произнес я, в глубине души желая, чтобы ветер донес мои слова до тех, кто следил за нами. — В том, что с нами произошло, с самого начала нет ни единой случайности! Я думаю, что Мердл Клэй хотел, чтобы мы попали сюда, на Эскарет! Он показал нам лестницу. Привел нас к Идрику Сирку. Он хочет получить назад свою книгу, и, когда это произойдет, он попытается спасти планету Мерн.

Мог сидела рядом с Мэри, все еще держа книгу в зубах. Затем она навострила уши и уронила ее на траву. И сразу же ветер стал другим — легкие дуновения сменились сильными порывами, похожими на тяжелый вздох. Но ведь горы не умеют вздыхать, разве не так?

Мог принюхалась.

— Хорошо бы он сказал нам, где его искать, — сказала Мог, на всякий случай подпихнув носом книгу.

Ничего не произошло. Книга не раскрылась. Страницы были опять плотно склеены.

— Если Идрик Сирк прав и это действительно гора Эскарет, тогда Мердл Клэй должен быть где-то здесь… Так, может быть, мы его уже нашли? — с каждым словом мой голос звучал все громче. Я был уверен, что за нами все еще наблюдают.

— Ну и что нам теперь делать? — спросила Мэри. — Мы же не можем сидеть здесь всю оставшуюся жизнь?

Да уж, это точно! Но я не знал, что нам делать. Может быть, дождаться, пока появятся те, кто за нами следит? Может, это будет гора или сам Мердл Клэй? И тогда станет ясно, что нам делать дальше. Но я не мог этого сказать Мэри и Мог.

Со знанием дела я запихнул книгу в карман и произнес первое, что пришло мне в голову:

— Не знаю, как вы двое, но лично я очень хочу пить.

Конечно, это был не тот ответ, который все ожидали от меня услышать… Но через секунду мне стало ясно, что именно этого я и хочу больше всего на свете. Ведь мы ничего не пили со времени «каменного» ужина с горными троллями, а это было уже вчера.

— Если мы не найдем что-нибудь в течение ближайших пяти минут, я просто умру от жажды, — добавил я.

Вот так всегда бывает: если уж ты вспомнил, что хочешь пить, эта навязчивая идея будет преследовать тебя до тех пор, пока ты не воплотишь ее в жизнь. Я сразу про все забыл: и про свои ощущения, и про чьи-то невидимые глаза. Идея утолить жажду оказалась заразительной. Мы быстро поднялись и пошли искать какой-нибудь источник.

По одну руку от нас раскинулась равнина с голубой травой. Она казалась бесконечной и обрывалась только на подступах к голубой горе. По другую же руку от нас, на траве, валялись отколовшиеся глыбы голубых камней и обломки высохшего голубого дерева. Именно с этой стороны в какой-то момент ветер донес до нас шум, который я сразу узнал. Это был шум падающей воды.

— Я слышу, слышу! — вскричала запыхавшаяся Мэри. — Это совсем недалеко — где-то вон там!

Сначала мы двигались медленно, но затем побежки как сумасшедшие, словно боясь не успеть…