Чтение онлайн

– Но ведь мне нужно искать себе работу, - сказала я, оправдываясь. У меня почти не осталось денег.

– О деньгах не беспокойся, - ответила она.
– Я обеспечу тебя всем необходимым и дам тебе столько денег, сколько тебе будет нужно. Это - не проблема.

Я поблагодарила ее за это предложение и сообщила, что с детства привыкла считать, что брать деньги у чужих людей крайне нетактично, с какими бы хорошими пожеланиями мне их не предлагали.

Она остановила меня словами:

– Я думаю, что дело вот в чем, Тайша. Ты сердишься на меня за то, что я велела тебе не ходить в левую часть дома и не приближаться к главному входу. Я знаю, что ты подумала, что я слишком своенравна и чересчур скрытна. И теперь ты не хочешь согласиться провести у меня больше, чем день или два, как требуют того правила хорошего тона. Возможно, ты даже считаешь меня ненормальной старухой, у которой не все дома.

– Нет, нет, Клара, дело не в этом. Мне скоро нужно будет платить за свою квартиру в Штатах, и если я не найду к тому времени работу, у меня не будет для этого денег. А возможность взять их у другого человека для меня исключена.

– Ты хочешь сказать, что тебя совсем не задела моя просьба не заходить в некоторые части дома?

– Разумеется, нет.

И тебя совсем не заинтересовало, почему я попросила тебя об этом?

– Очень заинтересовало.

– Дело в том, что в той части дома живут другие люди.

– Твои родственники, Клара.

– Да, у нас большая семья. В этом доме на самом деле живет даже две семьи.

– И обе большие?

– Да. В каждой из них по восемь человек, а всего нас здесь шестнадцать.

– И все они живут в левом крыле дома, Клара?

За всю свою жизнь ни разу не слыхала о таком странном расположении жильцов.

– Нет, там живут только восьмеро. Другие восемь составляют непосредственно мою семью и живут в правом крыле дома. Ты - мой гость, и поэтому должна проживать на правой стороне. Очень важно, чтобы ты понимала это. Это, наверное, необычно, но все же не непонятно.

Я удивлялась тому, какую власть надо мной она обрела. Ее слова успокоили мои эмоции, но не разум. Тогда я поняла, что для того, чтобы действовать решительно, я должна согласовать оба эти проявления - тревогу разума и эмоциональное беспокойство. В противном случае я остаюсь пассивной, ожидая следующего внешнего импульса для того, чтобы начать чтолибо предпринимать. Знакомство с Кларой привело меня к выводу о том, что несмотря на все мои усилия, направленные на то, чтобы быть собой, действовать независимо, я не могла ясно мыслить и принимать собственные решения.

Клара с большим интересом взглянула на меня, словно она все это время следила за моими невысказанными мыслями. Я попыталась скрыть неловкость своего положения, обратившись к ней:

– Твой дом прекрасен, Клара. Он очень старый?

– Конечно, - сказала она, так и не уточнив, что имеет в виду: то, что дом прекрасен, или что он старый. С улыбкой она добавила:

– Теперь, когда ты уже побывала в доме - то есть в его холле, - у нас осталось на повестке дня еще одно небольшое дельце.

Из одного из шкафчиков она достала фонарь, а из одежного шкафа утепленную китайскую куртку и пару походных ботинок. Она сказала мне, что после того, как мы перекусим, я оденусь, обуюсь, и мы пойдем на прогулку.

– Но мы ведь еще совсем не передохнули с дороги, запротестовала я. И к тому же, разве на улице еще не темнеет?

– Темнеет. Но я хочу сводить тебя в одно место на холме, откуда ты увидишь дом и двор как на ладони. Будет лучше, если ты впервые увидишь дом именно в эту пору суток. Мы все начинали свое знакомство с ним в сумерках.

– Кого ты имеешь в виду, когда говоришь "мы"? спросила я.

– Шестнадцать человек, которые живут здесь естественно. Все мы занимаемся в точности одним и тем же.

– У вас всех одна профессия?
– спросила я, не в силах скрыть удивления.

– Нет, что ты!
– воскликнула она, засмеявшись и поднося руку к лицу.
– Я хотела сказать, что все, что должен делать один из нас, другие должны делать также. Каждый из нас впервые взглянул на этот дом и окружающую его местность в сумерках, поэтому ты тоже должна начать свое пребывание здесь с этого.

– Почему ты уподобляешь меня вам, Клара?

– Давай пока ограничимся тем, что скажем: я делаю это потому, что ты - мой гость.

– А я позже встречусь с твоими родственниками?

– Ты познакомишься со всеми, - уверила она меня.
– А сейчас в доме нет никого, кроме нас с тобой и сторожевой собаки.

– Они куда-то уехали?

– Именно так. Они все отправились в далекое путешествие, а я с

собакой осталась сторожить дом.

– Когда ты ожидаешь их возвращения?

– Через несколько недель, а может быть, и месяцев.

– Где они путешествуют?

– Мы всегда в разъездах. Иногда и я отсутствую месяцами, а кто-то другой остается на хозяйстве.

Только я собиралась повторить свой вопрос о том, куда они отправились, как она ответила на него.

– Они уехали в Индию, - сказала она.

– Все пятнадцать человек?

– Но разве это не замечательно? Ведь это подарок судьбы! воскликнула она голосом, который настолько карикатурно отразил мою затаенную зависть, что я должна была засмеяться вопреки себе самой.

Затем мне в голову пришла мысль о том, что мне одной будет небезопасно находиться в этом удаленном от других поселений пустом доме, живя в нем только с Кларой.

– Мы здесь одни, но в этом доме тебе нечего бояться, - сказала она со странной убежденностью.
– Кроме, быть может, пса. Когда мы вернемся с прогулки, я познакомлю тебя с ним. При встрече с ним ты должна быть очень спокойной. Он видит людей насквозь и набросится на тебя, если почувствует, что ты относишься к нему враждебно или испугана.

– Но я уже сейчас испугана, - выпалила я.

Меня начинало трясти.

Я ненавидела собак с самого детства, когда один из доберман-пинчеров моего отца прыгнул на меня и сшиб с ног. Он тогда все-таки не укусил меня, а лишь зарычал и показал свои острые зубы. Я позвала на помощь, потому что была так испугана, что не могла двигаться. Помню, что от страха я намочила штанишки, и братья долго высмеивали меня, когда увидели это, называя младенцем, которому впору быть в пеленках.

– Я сама тоже недолюбливаю собак, - сказала Клара, - но наша собака это в действительности совсем не собака. Это что-то другое.