Чтение онлайн

Я покачала головой. Просто блеск! Интриган и убийца стал народным героем, а человек, который на самом деле создал их драгоценную Республику, представлен тираном, из-за которого она рухнула после первой попытки.

— Ничто из этого не объясняет, почему монархисты пытаются всех нас убить, — напомнила я, понимая, что меня уже тошнит от политических подробностей.

— В своем Явлении Рона Риддик пообещала Гордону, что пока она существует, ни он, ни его наследники править магическим миром не будут.

Папины слова упали на меня тяжелым камнем. Еще одним из тех, которыми меня стремительно засыпало.

«Пока я существую, ни ты, ни твой род никогда не будете править этим миром, так и знай…»

Воспоминание яркой вспышкой промелькнуло в голове, и я снова закрыла лицо рукой. Оно уже прорывалось ко мне раньше, но Норман сделал вид, что оно ничего не значит, и я, погрузившись в водоворот событий, благополучно забыла о нем. Выкинула из головы как нечто не нужное. Как нечто пугающее.

Потому что это было не мое воспоминание, а ее.

— Значит, — я тяжело сглотнула, — монархисты, желающие вернуть власть потомку Гордона Геллерта, прознали, что Рона Риддик ревоплотилась и ее можно уничтожить. Вы ударили на опережение: инсценировали свою смерть и скрылись в мире людей. Так?

Папа кивнул.

— Признаюсь честно: на тот момент нашей задачей было защитить тебя… как новое воплощение великой королевы. И помогали нам те, кто хотел защитить именно Рону Риддик. Те, кто верит, что с ее возвращением Республику ждет новый расцвет. — Он вдруг улыбнулся, а когда продолжил, голос его зазвучал гораздо мягче: — Но ты росла, у тебя появлялся характер, своя индивидуальность, а у нас крепло понимание, что все это исчезнет, когда ревоплощение завершится. Когда Рона Риддик полностью возьмет контроль над телом. Я понял, что не готов принести Роне Риддик такую жертву. Мы оба были не готовы, — он бросил грустный взгляд на маму, а потом снова посмотрел на меня, — и у нас родилась безумная идея. Мы решили сбежать еще раз: теперь уже от тех, кто ждал твоего взросления и возвращения королевы. Мы с мамой изменили внешность, а тебе мы изменили возраст, когда тебе было почти семь, сделав тебя почти на два года младше. Мы не могли полностью скрыться от магического мира. Совсем не пользоваться магией для нас — это нереально, рано или поздно все равно сорвались бы. И это привлекло бы к нам внимание: шутка ли, неучтенные маги в мире людей. Поэтому просто спрятались среди других Покинувших.

— Мы решили, что если ты никогда не начнешь пользоваться магией, если твои потоки не начнут фокусироваться, то и ревпоплощение не завершится, — перехватила инициативу мама. — Ведь это магический поток Роны Риддик должен был завершить начатое. Поэтому мы не рассказывали тебе ничего о магическом мире и не хотели отпускать в Орту. По нашей задумке ты должна была прожить жизнь Тани Лариной — обычной девушки из обычного мира. А древняя королева потом пусть сама бы искала себе новое тело.

— Но когда начались убийства девушек из семей Покинувших, мы поняли, что монархисты не успокоятся, — снова вмешался папа. — Они, вероятно, предположили, что ревоплощенную Рону Риддик будут держать в мире людей, пока процесс не завершится.

— Нам пришлось срочно менять план, — мама бросила на папу мрачный взгляд. — Тогда-то твой отец и предположил, что если твоя первая неделя в Орте превратится в ад, то ты не захочешь продолжить обучение

— Но вместе с тем ты окажешься в списках отчисленных, а не отказавшихся от обучения. И даже если кто-то обратит на тебя внимание, никто не поверит, что великую Рону Риддик могли отправить в Орту такой… неподготовленной и беззащитной. Ты бы вернулась домой, а твой поток так и остался бы неактивированным. План должен был сработать, но…

— Он бы сработал, — перебила я, снова глядя на чашку, из которой я так и не сделал ни глотка. — Если бы Норман не вмешался, он бы сработал.

Я вспомнила все свои мысли в первые дни обучения. Свою истерику в лазарете. Твердое решение бросить обучение и вернуться домой, невзирая на штраф. Вспомнила, как родители сами потом активно склоняли меня к этому, но было поздно: я уже влюбилась в Нормана, хоть еще и не осознавала этого.

Я посмотрела на перстень, который блестел на моем пальце: я совсем забыла спрятать его, как делала каждый раз, возвращаясь домой на выходные. Папа проследил за моим взглядом и нахмурился.

— Когда я понял, что наш план уже не сойдется, я занялся поисками фокусирующего артефакта. Пытался найти что-то, что сможет фокусировать только твой поток и совершенно не подойдет потоку Риддик. Но ваша магия оказалась очень похожей. У тебя нет ни одной ее внешней черты, но внутренняя магическая суть почти такая же. Поэтому это заняло так много времени. Однако в процессе я узнал, что это за перстень и понял: тот, кто его тебе дал, узнал в тебе поток Роны Риддик, и решил помочь ему завершить ревоплощение. Тогда я взял просто артефакт, который тебе подходил. Чтобы заменить им перстень. Чтобы у твоего потока было больше шансов фокусироваться. Я точно не знал, может ли это помочь, но… Надеялся.

Я вдруг разозлилась. Неужели трудно было объяснить все это еще на каникулах? В тот вечер, когда мы разговаривали?

— Почему ты мне не сказал? Зачем придумал эту глупость про поток, который может войти в меня через перстень? Почему не сказал, что он уже во мне?

— А как сказать подобное своему ребенку? — папа выглядел в этот момент таким несчастным, что моя злость внезапно захлебнулась, так и не захватив меня полностью. — Как сказать родной дочери, что на ее тело претендует Развполощенная? Что она уже его захватывает? Прости меня, Таня. Я оказался недостаточно сильным для этого. Поверь, все, что я делал, я делал, чтобы тебя защитить, но я подвел тебя. Я кругом ошибся и везде опоздал. Прости.

Я какое-то время молчала, глядя на перстень. Меня душили слезы, но почему-то глаза оставались сухи.

— Ты не виноват, — в конце концов сказала я. — Вы оба ни в чем не виноваты. Ваш план мог сработать. Но древние короли — лучшие во всем. Их воле трудно противостоять.

Я почувствовала, как мама снова коснулась моих волос и услышала ее тихий всхлип. Я же сглотнула вставший поперек горла ком и снова посмотрела на папу. Стараясь, чтобы голос не дрожал, спросила:

— Как это будет? В один прекрасный день вместо меня проснется она? Или это будет похоже на раздвоение личности: мы будем по очереди захватывать контроль над телом, пока я полностью не исчезну?

Мама всхлипнула громче, даже у папы глаза заблестели, а голос охрип, когда он ответил:

— Мы не знаем. Никто не знает.

В тот день я в Орту не вернулась. Родители, конечно, на этом и не настаивали. Они вообще опять предложили мне бросить обучение.

— Может быть, если ты перестанешь пользоваться магией, процесс еще можно будет остановить, — с надеждой предположил папа.

Я сказала, что подумаю, и скрылась за дверью своей комнаты.

Я не жила здесь уже почти год, наведывалась только на выходные, причем последнее время не чаще раза в месяц, но в комнате все оставалось без изменений. Мама только протирала пыль и иногда убирала на место вещи, которые я бросала где попало. В остальном все выглядело так, будто я могла в любой момент вернуться к прежней жизни.

Однако это было обманчивое впечатление, сейчас я чувствовала это особенно остро.

Ничто и никогда уже не сможет стать прежним. Все мои бывшие планы сейчас казались мне глупыми, детскими, несерьезными. Жизнь, о которой я мечтала раньше, теперь пугала своей пустотой. После планов, которые я строила последние несколько недель, и надежд, с ними связанных, перспектива вернуться в мир людей, пойти работать в офис и выйти замуж за какого-нибудь нового Сережу казалась ужасной.