Чтение онлайн

Однако, когда заседание закончилось и мы вышли из давящих на психику серых стен на залитую солнцем площадь, никто не поторопился к порталам. Ротт остановился, чтобы выразить мне и папе благодарность. Я не понимала, за что он нас благодарит, поэтому промолчала, предоставляя папе право дать вежливый ответ.

— Таня, не расстраивайтесь так, — вдруг сказал мне Ротт с улыбкой. — Нот сам выбрал свой путь. И понесет ответственность за сделанный им выбор.

— От этого вся эта ситуация не становится менее печальной, — возразила я.

— Вы должно быть проголодались, — внезапно сменил он тему. — Может быть, хотите перекусить перед возвращением в Орту? Я все еще надеюсь на возможность угостить вас обедом.

Я покачала головой. Есть я хотела, потому что из-за нервов почти не завтракала, но я не хотела ни задерживаться в Апарин, ни оставаться дальше в обществе Ротта.

— Я знаю отличное место, оно совсем рядом, — продолжал настаивать Ротт. — Прекрасный пример местной кухни. И это абсолютно безопасно: охрана пойдет с нами.

— Мне кажется, Таня хотела бы поскорее вернуться в Орту, чтобы отвлечься, — вмешался папа. — У нее сегодня все-таки выпускной.

— Честно говоря, господин Ларин, я не просто хочу угостить вас обедом, — серьезно признал Ротт, посмотрев на папу. — Есть некоторая информация, которая касается безопасности Тани. Мне хотелось бы поговорить с вами об этом.

И тогда папа согласно кивнул, а я подавила тяжелый вздох. Придется потерпеть еще как минимум час. Наверное, я смогу это сделать.

Небольшой ресторанчик, в который нас зазывал Ротт, действительно находился недалеко: мы немного прошли вдоль широкой улицы, свернули в узкий переулок и прошли почти до самого конца. Переулок заканчивался дальше тупиком, но мы не дошли до него, остановившись у неприметной двери. Оба легионера скользнули внутрь, меньше минуты спустя вернулись обратно и кивнули своему начальнику. Я чувствовала себя очень важной персоной, вокруг которой крутятся телохранители.

Внутри оказалось пусто: в заведении стояло не больше десятка столиков, которые сейчас никто не занимал, в зале суетился только полноватый мужчина с залысинами на голове, который радостно нам улыбнулся. Для обеда было уже поздновато, а для ужина — еще очень рано, поэтому персонал заведения скучал, а потому продемонстрировал настоящее радушие, увидев компанию из пяти человек. Пусть даже оказалось, что двое из них при исполнении и есть не будут.

Выбор блюд я доверила папе и почти не вслушивалась в его разговор с легионером. Услышала только, что поначалу Ротт, вопреки обещаниям, не столько рассказывал, сколько спрашивал. Знает ли папа о том, почему монархисты выбрали меня своей целью? Случались ли покушения или странные события раньше? Папа не стал раскрывать ему всех карт, только сообщил, что в свое время он покинул магический мир, опасаясь за свою жизнь. Он дал понять, что я могу быть мишенью по его вине, но даже не стал уточнять, что имел отношение к Легиону.

Так и не добившись ничего определенного, Ротт завел пространную беседу на тему того, что при таком раскладе для меня крайне опасно возвращаться в магический мир. Кажется, все его мысли о моей безопасности сводились к тому, что мне стоит после церемонии вручения дипломов вернуться домой и остаться там. Папа ответил, что он надеется на то же самое, но окончательное решение оставляет за мной.

— А вы, Таня, что думаете по этому поводу? — Ротт вонзил в меня пытливый взгляд.

Я пожала плечами. Меньше всего свои планы на жизнь мне хотелось обсуждать с ним.

— Вы же сами сказали, что Орта для меня сейчас — самое безопасное место, — напомнила я. — После спецкурса могу вернуться туда для полноценного обучения.

— Они внедрили туда одного агента, который терпеливо ждал вашего появления пять лет, — заметил Ротт. — Они могут внедрить нового. И если преподавателей еще как-то можно попытаться контролировать, то поток студентов, поступающих в Орту, отслеживать трудно. К тому же монархисты всегда могут завербовать кого-то из тех, кто уже там учится. Как показывает практика, люди примерно вашего возраста очень падки на их идеи.

— Я буду иметь все это в виду, господин Ротт, — вежливо ответила я. — Но я не собираюсь запираться в собственном доме до конца жизни и бояться. Это ничем не отличается от смерти.

— Едва ли, — возразил он, — но я уважаю ваш взгляд на проблему. Мы будем стараться обеспечить вашу безопасность.

На этом важная беседа, судя по всему, оказалась закончена. Ротт с папой немного попрепирались на тему того, кто платит за обед. В итоге старший легионер настоял на том, что сегодня он нас угощал. Пока он оплачивал счет, двое его подчиненных вышли на улицу, как до этого первыми зашли в кафе. Мы последовали за ними буквально через несколько секунд.

Переулок оставался все таким же тихим и безлюдным. В Апарин для столицы целого мира на улицах вообще было не так много народу. Наверное, потому что маги предпочитали передвигаться порталами, а не пешком.

И все же что-то заставило сердце пропустить удар, а потом забиться сильнее. Пока папа с Роттом продолжали какой-то вежливый разговор ни о чем, я тревожно оглянулась по сторонам, чувствуя, как страх пробирается под кожу.

— Господин Ротт! — позвала я, чувствуя, что теперь сердце срывается в галоп, а дыхание сбивается. — Где ваши люди?

Он не успел ничего ответить. Даже просто отреагировать на мой вопрос. Мой отец, стоявший рядом с ним, вдруг вздрогнул всем телом, глаза его закатились, и он рухнул на землю.

— Папа!

Ротт обернулся в ту сторону, откуда могло прилететь заклятие, поразившее моего отца. Слишком медленно. Следующее заклятие оставило без сознания и его.

Задыхаясь от ужаса — за себя, за папу — я прижалась к стене и машинально выставила перед собой щит, еще не понимая, откуда мне угрожает опасность. А потом стиснула зубы от неприятного покалывания, когда по моему щиту ударило почти одновременно четыре разных проклятия.

Они появились, конечно, со стороны широкой улицы, с которой мы свернули час назад, загоняя меня в тупик. Четверо незнакомых мне мужчин, в чьих глазах горел такой же фанатичный огонь, как и в глазах Нота.

Я затравленно оглянулась по сторонам. В переулок выходили окна и двери, но все они выглядели безжизненно. Если я закричу, придет ли мне кто-нибудь на помощь?

Да и не могла я закричать: ужас парализовал меня, все силы уходили на поддержание щита. Сколько бы я ни готовилась к новому нападению, я оказалась не готова к столь дерзкой атаке. Оказалась не готова к тому, что их будет четверо.