Чтение онлайн

— Прошло всего несколько часов, отец, — сказал Локи. — Требуется время, чтобы обучить даже адскую гончую. Она подчинится. Она молода. Она станет той, кем была рождена — единственной в своем роде — до истечения срока действия контракта. И за свое сегодняшнее неповиновение она будет сурово наказана в моем доме.

— Тебе лучше выполнить приказ, Локи, — сказал Люцифер, что прозвучало скорее как угроза, чем что-либо еще.

— Ваше Величество, — сказал Локи с поклоном.

Вспыхнул яркий свет, и дьявол исчез.

Когда-то он был чертовски яркой утренней звездой.

— Я вернусь, Селеста, — усмехнулся Арес, от его богатого, мрачно-соблазнительного голоса у меня мурашки побежали по коже. — Скоро увидимся. — Подмигнув мне, этот ублюдок тоже исчез.

Локи схватил меня прежде, чем я упала, точно зная, как его отец ранил меня — опалив мои кости.

Мы телепортировались из кровавой ямы.

Глава 9

Полубог Войны

__________________

На Землю обрушилась новая война, война между моим отцом и нами. Теперь нам приходилось отбиваться от старых и новых врагов со всех сторон.

Бог Войны был самым большим предателем, с которым когда-либо сталкивалась Земля. Враг был среди нас все это время, даже вел нас веками. Он держал нас за дураков. Если бы не наша пара, мы были бы навсегда ослеплены.

Одержимый желанием забрать нашу женщину из наших теплых постелей, этот гребаный придурок отбросил свое притворство супергероя, больше не заинтересованный в том, чтобы играть роль спасителя смертных.

Его самым большим предательством было то, что он помог Дьяволу сломать печать Ада, чтобы Люцифер мог принести Ад на половину планеты — и все это для того, чтобы Арес мог играть в свои военные игры.

Тем не менее, половина смертных и Доминионов на нашей Половине Земли продолжали поклоняться ему.

Они были слишком глупы, чтобы жить, но ради нашей пары мы не стали бы уничтожать их, если бы они не присоединились к армии Люцифера или Ареса.

Мэриголд, моя Печенька — даже звук ее имени прожег дыру в моем некогда безразличном сердце — все еще считала себя одной из них. В ней было меньше человеческого, чем в нас, но все же в ней было лучшее от человечества. Свет сиял в ней так ярко, пока все не погасло.

Мы видели, как она умирала.

Мы вернем ее любой ценой. Затем мы поместили бы ее в самую высокую башню из слоновой кости, заперли двери и окна и охраняли бы ее день и ночь, как бы яростно она ни протестовала. Моя Печенька была самой свирепой женщиной, которую я когда-либо встречал.

Когда я впервые столкнулся с ней, она дралась как дьявол. Ее свирепость и красота были самыми ошеломляющими вещами, которые я когда-либо видел.

Среди всех моих кузенов я заметил ее первым. Я привел ее к нам, что в конечном итоге привело к ее смерти.

В тот момент, когда она ушла, наши супружеские узы оборвались. Все в нас потемнело. Мы превратились в одиноких зверей, скорбящих на дне пропасти, навеки запертых без нашей пары. Мы никогда не будем снова свободны и в порядке, пока не вернем ее.

Она снова будет жить. Ее сердце будет биться для нас, как наше бьется только для нее.

Тем временем мы собрали генералов, которые были верны нам, и объявили войну Богу Войны, предателю Земли.

Неделю спустя появился Арес и объявил нас тоже предателями. Многие последовали за ним. Итак, Земля теперь была разделена на три региона. После многих жестоких сражений мы контролировали Северную Америку, но потеряли Европу и Азию.

Во время войны мы продолжали усердно искать путь в Ад.

Несмотря на то, что территории и границы в некоторых частях Земли изменились после Великого Слияния, единственные два входа в Ад все еще были запечатаны или усиленно охранялись.

Несмотря на то, что Гектор был Полубогом Смерти, у него больше не было открытого пути в Ад. Он был истинным наследником Подземного мира, но отказался от титула после того, как Аид, его отец, отправился на гору Олимп, возжелав трона своего брата.

Когда Люцифер упал с небес, он вторгся в Подземный мир. После того, как он расширил территорию, Подземный мир под его правлением превратился в Ад.

Хватит этого урока истории.

Наш контакт, наконец, свел нас с Герцогом Обмана, который входил во внутренний круг наследника Люцифера. Никто из нас не доверял Пифиусу, но мы были готовы сотрудничать с любым врагом, который мог бы вывести нас на нашу пару.

И Пифиус принес нам самую шокирующую новость — моя Печенька жива. Нож не оборвал ее жизнь. Герцог даже позволил Гектору заглянуть в его разум, и Полубог Смерти подтвердил, что Герцог Обмана говорил правду.

Наша пара была жива! Мэриголд была жива.

Несколько мгновений никто из нас не мог вымолвить ни слова. И когда к нам вернулась способность, никто из нас не хотел плакать от радости перед архидемоном.

— Как? — Резким голосом спросил Зак.

Пифиус пожал плечами.

— Она больше, чем кажется на первый взгляд. Вот почему мой принц искал ее.

— Чего он хочет от моей пары? — Прорычал Гектор.

— Принц Локи не причинит ей вреда, иначе я не был бы здесь, чтобы обсуждать с вами контракт, — сказал Пифиус. — Что касается намерений его Высочества по отношению к принцессе Селесте, не мне об этом говорить, и не вам об этом знать.

Как и его принц, Герцог Обмана был полукровкой — наполовину демоном, наполовину человеком. Наши разведданные сообщили, что между чистокровными демонами и полукровками шла ожесточенная борьба за власть.

У Пифиуса была темная кожа, серо-стальные глаза и торчащие волосы, как у рок-звезды-человека. Даже нашим высококвалифицированным офицерам Доминиона было трудно определить его полудемоническое происхождение, что делало Пифиуса идеальным и опасным мастером шпионажа.

— Где именно она находится? — Спросил Пакстон.

— Ее поместили в железный гроб в Куполе пыток, — сказал герцог. — Ваш Бог и Люцифер резали ее каждый день, экспериментируя над ней. Они разрезали каждый дюйм ее кожи и вскрывали вены в течение двух месяцев — время в аду течет иначе, чем здесь. Она исцелялась после того, как они клали ее обратно в гроб, а затем они повторяли процесс на следующий день, ища ее магию. Они жаждут ее.

Молния ударила сразу повсюду, когда глаза Зака загорелись ужасающей яростью.

Пакстон затрясся и заревел, стены и потолок покрылись льдом. Внезапно нам показалось, что мы оказались в морозилке.