Магистр дьявольского культа
Шрифт:
Цзян Чэн хмуро произнес: «Опять за свое? Эта девчонка внешне ничего, но по происхождению простолюдинка. Наверняка у нее и клана за спиной нет, просто чья-то служанка».
Вэй У Сянь возмутился: «И что с того? Я ведь тоже сын слуги».
Цзян Чэн ответил: «Да разве можно вас сравнивать? В чьем еще доме есть такой слуга, которому хозяева сами чистят лотосы да варят суп? Я сам и капли не попробовал!»
Вэй У Сянь пожал плечами. «Хочешь супа — так попроси шицзе сварить еще, и дело с концом. Кстати, мы ведь заговорили о Лань Чжане. Он ничего не просил мне передать? Его брат нашелся? Что происходит в его Ордене?»
Цзян Чэн ответил: «Ты еще надеешься, что он что-то захочет тебе сказать? Радуйся, что он не заколол тебя мечом. Лань Ван Цзи вернулся в Гу Су, Лань Си Чэнь все еще не нашелся, Лань Ци Жэнь завален делами по горло».
Вэй У Сянь поинтересовался: «А Глава Ордена Гу Су Лань? Что с ним?»
Ответом было: «Скончался».
Глава 57. Три яда. Часть вторая.
Вэй У Сянь замер и лишь немного погодя переспросил: «Скончался?»
В его памяти внезапно промелькнул озаренный пламенем образ Лань Ван Цзи со следом от слезы на щеке. С языка сорвалось: «А что с Лань Чжанем?»
Цзян Чэн ответил: «Что с ним еще может быть, он вернулся домой. Отец предлагал снарядить людей, чтобы сопроводить его в Гу Су, но он отказался. Судя по всему, он давно понимал, что этот день когда-нибудь наступит. Ситуация сейчас такова, что все мы в незавидном положении».
Они вдвоем снова уселись на перила веранды. Вэй У Сянь поинтересовался: «А что случилось с Лань Си Чэнем?»
Цзян Чэн ответил: «Клан Вэнь ведь сжег их библиотеку, но адептам удалось спасти несколько старинных книг и сборников с нотами, малую часть из нескольких десятков тысяч томов. Наверняка их вручили на хранение Лань Си Чэню, а потом снарядили его на побег, чтобы сохранить хоть что-то, в противном случае не осталось бы совсем ничего. Все считают, что дело обстояло именно так».
Подняв взгляд в небо, Вэй У Сянь заключил: «Омерзительно».
Цзян Чэн согласился: «Да уж. Псы из клана Вэнь просто омерзительны».
Вэй У Сянь продолжил: «До каких пор они собираются бесчинствовать? Кланов заклинателей бесчисленное множество, неужели мы не можем объединиться и…»
Внезапно послышался топот нескольких пар ног, и следом на веранду влетела толпа юношей в коротких рубахах; похожие на кривляющихся обезьян, они нестройным хором закричали: «Шисюн!!!»
Шестой шиди радостно позвал: «Шисюн!!! Ты выжил!!!»
Вэй У Сянь прикрикнул на него: «Что значит — выжил? Я ведь не умирал!»
«Шисюн, мы слышали, что ты убил здоровенную четырехсотлетнюю черепаху?! Правда?! Это ты ее убил?!»
«Меня больше интересует, правда ли, что ты семь дней ничего не ел?!»
«Ты точно не практиковал инедию у нас за спиной?!»
«И насколько он большой, этот монстр? В Пристани Лотоса поместился бы?!»
«Сюань У — это ведь всего лишь обычная черепаха, верно?»
«Шисюн, ты все это время провел вместе с Лань Ван Цзи из Гу Су? И как вышло, что он не убил тебя?!»
Прохладная атмосфера, воцарившаяся здесь ранее, немедленно сменилась радостным переполохом.
Раны Вэй У Сяня носили не столь серьезный характер, юноша всего лишь был ослаблен несвоевременным лечением, жуткой усталостью и продолжительным голодом. Но все же он обладал крепким здоровьем, и после нанесения снадобья на ожог от тавро жар отступил. Не провалявшись в постели и пары дней, Вэй У Сянь вновь сделался бодрым и энергичным. После инцидента с Черепахой-Губительницей на горе Му Си «Воспитательный лагерь» в Ордене Ци Шань Вэнь окончательно распустили, молодые адепты вернулись в свои кланы, а Вэнь Чжао временно прекратил поиски бунтовщиков. Мадам Юй, воспользовавшись моментом, сурово наказала Вэй У Сяня, запретив ему покидать Пристань Лотоса, даже кататься на лодке было запрещено. Поэтому ему только и оставалось, что ежедневно развлекаться вместе с остальными адептами стрельбой по воздушным змеям.
Но как бы ни занимала игра, каждый день в нее не поиграешь — рано или поздно надоест. Через полмесяца интерес юношей к стрельбе по змеям начал угасать. Вэй У Сянь без всякого энтузиазма стрелял в воздух, целясь куда попало, и даже позволил Цзян Чэну несколько раз занять первое место.
В один из дней, настрелявшись по горло, Вэй У Сянь заслонил глаза рукой и взглянул на отблески вечерней зари. «Хватит на сегодня. Пойдемте ужинать».
Цзян Чэн спросил: «Сегодня закончим так рано?»
Вэй У Сянь отбросил лук в сторону, уселся на землю и удрученно ответил: «Надоело, настрелялся уже. Кто подстрелил последнего змея? Идите кто-нибудь вместе с шестым шиди поищите, где он упал».
Один из юношей произнес: «Шисюн, хитрости тебе не занимать, каждый раз отправляешь кого-то другого, ни стыда, ни совести».
Вэй У Сянь махнул рукой и ответил: «Ничего не поделаешь. Мадам Юй запретила мне покидать пределы Пристани Лотоса, сейчас она дома, и, наверняка, Инь Чжу и Цзинь Чжу где-то по близости караулят меня, чтобы в любой момент донести ей. Стоит мне выйти за порог — Мадам Юй схватит свою плеть и не успокоится, пока не снимет с меня шкуру».
Менее удачливые в стрельбе адепты ввернули еще несколько шуточек по этому поводу и, смеясь, ушли подбирать воздушных змеев. Вэй У Сянь уселся на землю, Цзян Чэн остался стоять, они перекинулись парой фраз ни о чем, и Вэй У Сянь спросил: «Сегодня утром дядя Цзян покинул Пристань Лотоса, почему же он до сих пор не вернулся? Так ведь можно и к ужину опоздать!»
Утром Цзян Фэн Мянь и Мадам Юй снова поссорились. Однако и ссорой это было сложно назвать, Мадам Юй со своей стороны рассерженно кричала, а Цзян Фэн Мянь все это время старался сохранять достоинство. Цзян Чэн ответил на вопрос Вэй У Сяня: «Он снова отправился в Орден Ци Шань Вэнь за нашими мечами. Как подумаю, что мой Сань Ду сжимает в своих грязных лапах какой-то пес из клана Вэнь, так просто…»
На его лице отразилось крайнее отвращение. Вэй У Сянь заметил: «Жаль, что души наших мечей недостаточно сильны; если бы они могли сами собой запечататься, никому бы не удалось даже извлечь мечи из ножен».
Цзян Чэн с издевкой произнес: «Вряд ли тебе удастся достичь этого даже спустя восемьдесят лет тренировок».
Внезапно несколько перепуганных юношей в смятении вбежали на тренировочное поле Пристани Лотоса с криками: «Случилась беда! Шисюн, шисюн, беда!!!»
Это были адепты, несколько минут назад отправившиеся за воздушными змеями. Вэй У Сянь немедленно вскочил с вопросом: «Что стряслось?»
Цзян Чэн тоже не остался в стороне: «Почему вас стало меньше? Где шестой шиди?»
В самом деле, ведь шестой шиди побежал на поиски раньше остальных, но теперь его не было среди адептов. Один из юношей, тяжело дыша, проговорил: «Шестого схватили!»
«Схватили?!»
Вэй У Сянь поднял с земли лук и с оружием в руках спросил: «Кто его схватил? И с какой целью?!»
Юноша отчаянно выкрикнул: «Я не знаю! Не знаю, почему его схватили!»
Цзян Чэн пришел в ярость: «Что значит — не знаю, почему его схватили?»