Чтение онлайн

Резко отшатнувшись назад, она села на пол.

Только что, открыв ящик с драгоценностями, она увидела то, что в нем находилось.

Вместо сокровищ в ящике лежал скрюченный, мертвенно-бледный младенец!

Ван Лин Цзяо от страха заверещала, засучила ногами и отползла назад. Этот ящик она всегда держала закрытым и единственный ключ хранила при себе. Как внутри мог оказаться младенец? Ван Лин Цзяо, вероятно, целый месяц не притрагивалась к ящику; как она не заметила, что внутри спрятался ребенок? И почему он все еще оставался живым?!

Ящик, который женщина со страху пнула ногой, перевернулся и теперь лежал, повернутый дном в ее сторону. Не издавая никаких звуков.

Ван Лин Цзяо на дрожащих ногах поднялась с пола, желая и в то же время не решаясь подойти поближе и снова заглянуть в ящик. В ее голове замелькали мысли: «Это привидение, призрак!»

Заклинательница из нее была никудышная, даже сразиться с призраком у нее бы не вышло, но Ван Лин Цзяо внезапно вспомнила о талисманах, развешанных на главных воротах и в каждой комнате внутри надзирательного пункта; если это призрак, талисман сможет ее защитить. Она впопыхах выбежала наружу, сорвала с двери своих покоев талисман и прилепила себе на грудь.

С талисманом на груди она словно проглотила успокоительную пилюлю — прокравшись в комнату, Ван Лин Цзяо отыскала длинную рогатину, на которую обыкновенно вешала свои платья, и с ее помощью издалека перевернула ящик. Внутри чинно покоились все ее сокровища, никакого младенца не было и в помине.

Ван Лин Цзяо облегченно выдохнула, уселась перед ящиком, все еще сжимая в руках рогатину, и собралась все-таки пересчитать драгоценности, и вдруг заметила, как под кроватью мелькнуло что-то белое.

То были глаза.

Под кроватью лежал и смотрел на нее белокожий младенец.

За сегодняшний вечер Вэнь Чжао уже в третий раз слышал визг Ван Лин Цзяо, что стало последней каплей, в его груди разгорелась ярость, вырвавшаяся криком: «Безмозглая тварь! Трясется от каждого пустяка! Черт тебя дери, не можешь заткнуться хоть на минуту и не выводить меня из себя?»

Из-за тревожных вестей, летящих со всех сторон, у Вэнь Чжао не было времени подбирать себе новую фаворитку, к тому же, он опасался, что все эти мелкие вассальные кланы могут подослать убийцу в лице наложницы; никому доверять было нельзя, в противном случае Вэнь Чжао уже давно бы нашел, кто будет греть его постель, а эту женщину отослал бы как можно дальше. Он громко позвал слуг: «Эй, кто-нибудь! Заставьте ее закрыть свой рот!»

Никто не отозвался на зов. Вэнь Чжао ногой отправил в полет табурет, пламя его гнева взметнулось еще выше. «Вы что там, все передохли?»

Внезапно двери в его покои распахнулись. Вэнь Чжао стал браниться: «Я разве не сказал вам пойти и заткнуть эту тварь, кто разрешил входить…»

Но последние слова так и застряли в его глотке, стоило Вэнь Чжао обернуться. Он увидел на пороге комнаты женщину.

Лицо женщины было перекошено, словно кто-то разбил его, а затем склеил вновь, нос скошен на бок, глаза глядели в разные стороны, левый — вбок и вверх, правый — косо вниз, все черты лица искривлены до неузнаваемости.

Вэнь Чжао пришлось долго всматриваться, чтобы, в конце концов, узнать женщину по платью, надетому на ней. Это была Ван Лин Цзяо!

Из ее горла вырвалось бульканье, женщина с вытянутыми руками прошла несколько шагов к нему. «…Спаси… Спаси… Спаси меня…»

Вэнь Чжао громко заорал, выхватил из ножен новый поясной меч и рубанул в ее сторону с криком: «Прочь! Прочь от меня!»

Меч вошел в плечо Ван Лин Цзяо, от чего ее лицо скривилось еще сильнее, а из глотки вырвался пронзительный крик: «А-а-а-а-а… Больно-а-а-а-а-а-а-а… Больно-а-а-а-а-а-а!!!»

Вэнь Чжао, от страха не смея даже выдернуть меч из тела женщины, подобрал и швырнул в неё маленький табурет. От удара табурет развалился на части, Ван Лин Цзяо же покачнулась, упала на колени и кинулась на пол, словно кланяясь кому-то в ноги, нечленораздельно повторяя: «…Прости… прости… пощади меня, пощади меня, пощади-и-и-и-и…»

Пока она билась головой о пол, из всех цицяо на ее лице хлынула кровь. Женщина заслонила собой дверной проход, и Вэнь Чжао не мог вырваться на свободу, ему оставалось лишь толкнуть ставни окна и истошно, раздирая легкие, завопить: «Вэнь Чжу Лю! Вэнь Чжу Лю!!!»

Ван Лин Цзяо тем временем схватила с пола ножку табурета и начала яростно запихивать ее себе в рот, при этом смеясь и бормоча: «Да, хорошо, я съем, я съем! Ха-ха, я съем!»

В итоге она почти целиком запихнула себе в рот ножку табуретки!

У Вэнь Чжао от ужаса душа ушла в пятки, он уже вознамерился прыгнуть из окна, как вдруг заметил, что во внутреннем дворе, залитом светом луны, стоит чей-то черный силуэт.

***

Тем временем.

Цзян Чэн стоял посреди небольшого пролеска. Услышав, что сзади кто-то приблизился, он слегка повернул голову. Подошедший был одет в белое, на голове его была повязана лобная лента, концы которой легко спадали вниз по волосам; бледное, словно яшма, лицо, прекрасное и изящное; казалось, что в свете луны этот человек окружен ореолом мягкого сияния.

Цзян Чэн холодным тоном поприветствовал: «Второй молодой господин Лань».

Лань Ван Цзи бесстрастно кивнул, отвечая: «Глава Ордена Цзян».

Кроме приветствия, им больше нечего было друг другу сказать, каждый во главе адептов своего Ордена, они молча взлетели в небо на мечах.

Два месяца назад Два Нефрита Ордена Гу Су Лань вместе с Цзян Чэном совершили тайную вылазку, добыли из «Лагеря перевоспитания» все мечи заклинателей, которые Вэнь Чжао потребовал сдать на хранение, и вернули оружие владельцам. Лишь тогда Сань Ду и Би Чэнь вернулись в руки своих хозяев.

Светлые глаза Лань Ван Цзи оглядели другой меч на поясе Цзян Чэна, затем он отвел взгляд.

Некоторое время спустя, глядя строго перед собой, он произнес: «Вэй Ин все еще не объявился?»

Цзян Чэн взглянул на него, словно удивившись внезапному вопросу о Вэй Ине, и ответил: «Нет».

Посмотрев на Суй Бянь у себя на поясе, он добавил: «Мои люди пока не обнаружили его следов, но я уверен, когда он вернется, наверняка отправится искать меня, и тогда я верну ему меч».

Вскоре двое заклинателей с отрядом адептов своих Орденов достигли надзирательного пункта, где скрывался Вэнь Чжао, чтобы ночью совершить налет. Однако не успели они войти внутрь, как Лань Ван Цзи пристально вгляделся куда-то вперед, а Цзян Чэн нахмурил брови.

Во все стороны от этого места разливалась иньская Ци, вокруг буйным цветом цвела темная энергия.

При этом защитные талисманы по обеим сторонам главных ворот оказались нетронуты. Цзян Чэн сделал знак рукой, адепты его отряда рассредоточились и прижались к стенам, окружающим надзирательный пункт. Сам же Цзян Чэн взмахнул мечом и нанес магический удар, которым и распахнул ворота.

Перед тем, как войти внутрь, Лань Ван Цзи на миг задержался взглядом на талисманах, висевших по обеим сторонам ворот.