Чтение онлайн

Вэй У Сянь опустил взгляд. «Отправился в кровать. А я решил прогуляться».

Вэнь Нин почувствовал, что Вэй У Сянь ведет себя странно, и потому отвлекся от своего занятия. «Молодой господин, что-то случилось?»

Он сделал несколько шагов в сторону Вэй У Сяня, а потом вдруг замер и резко отшатнулся. Вэй У Сянь озадаченно просил: «А теперь ты что делаешь?»

Вэнь Нин с испуганным видом замахал руками. «Нет-нет, ничего!»

Вэй У Сянь с первого взгляда понял, что Вэнь Нина что-то смутило. Он рассеянно оглядел себя и увидел на запястьях красные отпечатки пальцев, оставленные Лань Ван Цзи, когда тот схватил его и повалил на кровать. Вэй У Сянь прикоснулся к губам – все еще слегка припухшие. Когда они перекатывались на кровати, обнимаясь так крепко, что чуть ли не становились единым целым, Лань Ван Цзи прикусывал и тянул зубами кожу на его теле. Шея Вэй У Сяня, должно быть, представляла собой то еще зрелище.

Будь у Вэнь Нина хоть кровинка на лице, он бы наверняка покраснел так, что дошло бы до кровотечения. Вэй У Сянь даже не знал, что сказать. «Ты… ох! — Он сел возле стены и вздохнул. — Хочу выпить».

Вэнь Нин тут же ответил: «Я пойду куплю».

Вэй У Сянь окликнул: «Вернись! Куда ты побежал?»

Вэнь Нин вернулся. «Искать выпивку…»

Вэй У Сянь вздохнул. «Ты… Стоило мне в шутку сказать — и ты всерьез отправился на поиски. Ты же мне не слуга».

Вэнь Нин ответил: «Я знаю».

Вэй У Сянь продолжил: «Кроме того, у тебя разве есть деньги?»

Вэнь Нин протянул: «Нет…»

Вэй У Сянь воскликнул: «Вот видишь! Я так и знал!»

Вэнь Нин с легкой завистью сказал: «Но у молодого господина Ланя деньги есть… и много… Это очень хорошо».

«Ох. — Вэй У Сянь несколько раз побился затылком о стену, непрестанно вздыхая. — Забудь. Никогда больше пить не буду».

Вэнь Нин удивился. «Почему?»

Вэй У Сянь ответил: «Вино все только портит. Буду теперь трезвенником».

Вэнь Нин скривил губы. Вэй У Сянь заметил и спросил: «И что это значит? Ты мне не веришь?»

Вэнь Нин пробормотал: «Нет-нет… Но прежде даже сестре не удавалось отучить вас от выпивки, сколько бы она ни старалась…»

«Ха-ха, ха-ха. — Вэй У Сянь тоже вспомнил. — Она просто чуть не каждый день делала во мне дырки своими иглами, вот и все старания».

Отсмеявшись, Вэй У Сянь вдруг спросил: «Вэнь Нин, ты когда-нибудь думал о том, чем хочешь заняться, когда закончится вся эта неразбериха?»

Вэнь Нин удивленно застыл. «Чем я хочу заняться?»

Сейчас в этом мире у Вэнь Нина было не так уж много близких людей. По сути, он вообще мало с кем был знаком. Еще с давних пор Вэнь Нин практически не думал о себе и еще реже принимал решения. Он следовал либо за Вэнь Цин, либо за Вэй У Сянем. И за этим исключением Вэнь Нин, наверное, просто не знал, куда хочет, или точнее, куда может пойти. Вэй У Сянь все же надеялся, что Вэнь Нин сможет найти свой путь. Хотя прозвучали его слова скорее так, будто он пытался его прогнать.

Вэй У Сянь задумался. Вэнь Нин не знал, куда податься, но ведь и он сам про себя этого не знал, верно? В самом начале их путешествия с Лань Ван Цзи, он ни разу не задумывался ни о чем подобном. Вэй У Сянь принимал как должное мысль, что они неизменно будут вместе. Но после сегодняшней ночи, возможно, им не удастся восстановить прежние отношения. Ему казалось, что бродить по миру в одиночку, без Лань Ван Цзи — не так уж и невозможно.

Но в сердце Вэй У Сяня звучал голос, который отчетливо подсказывал: «Ты не сможешь».

Сказанные в Башне Кои слова действительно подтвердились. Вэй У Сянь, каким он был сейчас, не сможет прожить без Лань Ван Цзи.

Вэй У Сянь протяжно, с отчаянием вздохнул. «Я хочу выпить. — Чем больше он об этом думал, тем сильнее падал духом. Не находившее выхода беспокойство наконец вылилось в беснующееся пламя. Вэй У Сянь вскочил на ноги. — К черту. Вэнь Нин, пойдем!»

Вэнь Нин спросил: «Куда?»

Вэй У Сянь ответил: «Искать неприятности!»

Прихватив Вэнь Нина, Вэй У Сянь устремился прямиком к стоявшему в центре города храму Гуань Инь. Днем они с Лань Ван Цзи уже осмотрели территорию и планировали ночью тщательно обследовать храм и уничтожить магическое поле внутри него, чтобы узнать, какое создание оно сдерживает и нельзя ли использовать его в борьбе с Цзинь Гуан Яо. Однако Вэй У Сянь проспал до семи вечера, а после случилось то, что случилось. Естественно, первоначальные планы пошли прахом.

Сейчас Вэй У Сянь чувствовал себя ужасно расстроенным и именно поэтому среди ночи отправился искать неприятности, связанные с Цзинь Гуан Яо.

В ночи стояла полнейшая тишина. Огни домов были погашены, а ворота храма Гуань Инь — накрепко закрыты. Из-за высокого ограждения двор казался окутанным кромешной тьмой. Но когда Вэй У Сянь запрыгнул на стену, то, не успев добраться до черепичной кладки, замер. «Что-то не так».

Вэнь Нин тоже застыл и прошептал: «Барьер».

Вэй У Сянь сделал знак рукой. Вместе они бесшумно приземлились, отошли от главного входа к углу на противоположной стороне храма и осторожно полезли наверх. Спрятавшись за венчающей край стены статуей горгульи, они наконец заглянули во двор.

И ошалело уронили челюсти.

Храм Гуань Инь был заполнен людьми и мерцанием свечей. Половину присутствующих составляли монахи, а вторую — заклинатели в одеждах с клановым узором в виде Сияния средь снегов. Стояли они вперемешку, у всех имелись луки и стрелы на спинах и мечи в руках, словно им предстояло вот-вот дать бой, защищая что-то. Время от времени слышались тихие разговоры. Но благодаря особым маскирующим барьерам, установленным по всем четырем сторонам храма, снаружи казалось, будто внутри темно и тихо. Ни звук, ни свет не могли просочиться сквозь заграждение.

Однако сильнее всего поразил Вэй У Сяня не барьер, не заклинатели и не монахи. Его ошеломило присутствие человека в белых одеждах, стоящего в центре двора.

Лань Си Чэнь.

Лань Си Чэня ничто не сдерживало. Даже его меч и сяо, Ле Бин, были при нем на поясе. Он спокойно стоял среди толпы, а монахи и заклинатели обращались с ним с огромным почтением и даже отвечали на все его просьбы.

Вэй У Сянь какое-то время наблюдал, потом развернулся к Вэнь Нину и тихо произнес: «Немедленно возвращайся на постоялый двор и как можно скорее приведи Хань Гуан Цзюня!»