Чтение онлайн

Достигнув безлюдного места, Вэй У Сянь достал из-за пояса флейту, поднес ее к губам и сыграл короткую мелодию. После он принялся спокойно ждать.

В последнее время Вэй У Сянь и Лань Ван Цзи проводили вместе и дни, и ночи. Вэй У Сянь ни на секунду не оставался один, а потому никак не мог призвать Вэнь Нина. Поначалу Вэй У Сянь подобным образом скрывал, кем он является на самом деле, но имелась также и иная причина.

В прошлом Вэнь Нину случалось лишать жизней адептов Ордена Гу Су Лань, и даже несмотря на то, что Лань Ван Цзи хорошо относился к Вэй У Сяню, тот не мог призвать Призрачного Генерала в его присутствии. Или, возможно, именно из-за того, что Лань Ван Цзи хорошо относился к Вэй У Сяню, у того не хватало совести на подобный поступок. Каким бы бесстыжим ни был Вэй У Сянь, сейчас не время и не место упражняться в наглости. 

Внезапно до его ушей донеслось уже знакомое жутковатое звяканье.

Фигура Вэнь Нина с опущенной головой возникла из теней, окутывающих городскую стену.

Одежды его были совершенно черны и сливались с окружающим мраком, лишь глаза без зрачков сверкали хищным белым светом.

Вэй У Сянь заложил руки за спину и неспешно обошел Вэнь Нина. 

Вэнь Нин дернулся, словно намереваясь последовать за Вэй У Сянем и бесконечно ходить за ним кругами, но тот приказал: «Стой на месте».

Он подчинился и замер неподвижно, и его изящное лицо, казалось, заволокло еще большей печалью и подавленностью.

Вэй У Сянь сказал: «Руку».

Вэнь Нин протянул свою правую руку. Вэй У Сянь схватил ее и приподнял, тщательно осматривая замки кандалов, опоясывающих запястье.

Это были далеко не простые железные цепи. Когда Вэнь Нин впадал в бешенство, он становился крайне яростным и способным голыми руками крошить сталь в песок, поэтому он не мирился бы с тянущимися за ним цепями. Похоже, что эти кандалы выковали специально для того, чтобы сдержать Вэнь Нина.

Обратили в прах?

Кое-кто душу был готов положить за то, чтобы восстановить уничтоженную часть Стигийской Тигриной Печати, и, само собой разумеется, кто-то также исходил слюной на Призрачного Генерала. Разве они решились бы обратить его в прах?

Ядовито усмехнувшись, Вэй У Сянь подошел к Вэнь Нину со стороны, и после непродолжительных размышлений начал с нажимом ощупывать его череп.

Те, кто держал Вэнь Нина в заточении, непременно должны были подавить его способность самостоятельно мыслить, чтобы уничтожить его рассудок и вынудить Призрачного Генерала подчинялся приказам других людей, а значит, они что-то внедрили в его голову. И в самом деле, вскоре Вэй У Сянь почувствовал под пальцами какой-то твердый выступ прямо на аккупунктурной точке с правой части головы Вэнь Нина. Вэй У Сянь симметрично занес руку на другую сторону и обнаружил такой же выступ, напоминающий игольное ушко.

Вэй У Сянь одновременно ухватился за оба игольных конца и медленно вытянул из черепа два длинных, черных гвоздя.

Гвозди, глубоко вбитые в голову Вэнь Нина, оказались примерно по 3 сантиметра длиной и толщиной с нить для яшмовой подвески. Едва штыри покинули череп Вэнь Нина, он слегка вздрогнул, и черные изломанные линии, похожие на прожилки крови, прорезали белки его глаз. Казалось, Вэнь Нин изо всех сил пытается стерпеть боль.

Удивительно, как он, будучи мертвым, по-прежнему способен страдать. 

Судя по затейливому и сложному орнаменту, выгравированному на гвоздях, их происхождение, как и происхождение цепей, определенно было необычно, а их изготовитель достаточно умел, и для полного исцеления Призрачному Генералу потребуется немало времени. Спрятав гвозди, Вэй У Сянь вернулся к кандалам на запястьях и лодыжках Вэнь Нина и подумал, что весьма несподручно таскать за собой гремящие цепи, поэтому нужно воспользоваться мечом заклинателя и разбить их.

Первым ему на ум пришел, конечно же, Би Чэнь Лань Ван Цзи. Безусловно разрубить кандалы Вэнь Нина оружием, принадлежащим адепту Ордена Гу Су Лань, - не самое приличное действо, но Би Чэнь был единственным подходящим мечом, доступным Вэй У Сяню. В конце концов, он не мог более позволять Вэнь Нину таскать за собой такую обузу.

Вэй У Сянь подумал: «Что ж. Вернусь на постоялый двор. Если Лань Чжань уже проснулся, я ничего не буду делать. А если он еще спит, я ненадолго позаимствую у него Би Чэнь».

На том и порешив, Вэй У Сянь развернулся и тут же уткнулся взглядом прямо в Лань Ван Цзи. 

Примечания.

Тигриная печать – металлический знак военачальника в форме головы тигра, предназначенный для командования войсками. Одна его часть находилась у императора, а вторая – у генерала. Только когда они объединялись, генерал имел право приказывать солдатам.

Даоцзан – вежливое обращение к даосскому священнику или просто к заклинателю. В китайских яойных новеллах это также игривое обращение младшего семе к старшему уке (как «гэгэ», только наоборот). В общем-то, это одна из основных причин шипа Сюэ Ян/Сяо Син Чэнь.

Китайское выражение, означающее «отпустить злодея на свободу».

Это не перевод их имен, а интерпретация устойчивых китайских выражений. Перевод см. на читалках в конце главы.

Байсюэ – дословно: белый снег.

Ручные печати – складывание рук и пальцев в различных положениях для призывов, заклинаний и т. д. Их в большом количестве можно наблюдать в «Наруто». В данном случае, могильщик призывает меч.

Призвав Вэнь Нина, Вэй У Сянь погрузился в свои мысли и слегка потерял бдительность. К тому же, для Лань Ван Цзи никогда не составляло особого труда скрыть свое приближение, вот почему, когда Вэй У Сянь обернулся и увидел лицо, лишенное и малой толики эмоций, в лунном свете казавшееся еще холоднее, сердце его на миг замерло.

Он не знал, как долго Лань Ван Цзи стоял здесь и видел ли он или слышал, чем занимался Вэй У Сянь. Кроме того, возможно, на самом деле он вовсе и не захмелел и всю дорогу следовал за Вэй Ином. Тогда дело принимало совсем скверный оборот, особенно если учесть, что Вэй У Сянь ничего не сказал Лань Ван Цзи и дождался, пока тот уснет, чтобы тайком улизнуть и призвать Вэнь Нина.

Лань Ван Цзи двумя руками держал Би Чэнь, сложив их перед собой в замок, хотя лицо его казалось максимально равнодушным. Вэй У Сянь впервые видел его в подобном явно раздраженном расположении духа и почувствовал, что стоит разрядить обстановку, найти подходящие слова и объясниться: «Кхе-кхе… Хань Гуан Цзюнь».

Лань Ван Цзи не проронил ни слова.

Вэй У Сянь по-прежнему стоял подле Вэнь Нина, во все глаза уставившись на Лань Ван Цзи, а тот на него. Он коснулся рукой подбородка и почему-то вдруг ощутил весьма сильный укол совести. 

Лань Ван Цзи, наконец, опустил руки, держащие Би Чэнь, и сделал несколько шагов вперед. Вэй У Сянь вдруг понял, что он направляется прямо к Вэнь Нину, крепко сжимая меч, и подумал, что Лань Ван Цзи намеревается разрубить Призрачного Генерала пополам: «О нет… Неужели Лань Чжань и вправду притворился хмельным, чтобы дождаться, пока я призову Вэнь Нина, а затем уничтожить его?.. Ну разумеется! Никто на самом деле не напивается с одной чаши».

Он затараторил: «Хань Гуан Цзюнь, послушай меня…»