Чтение онлайн

Оборотни же подозревали, что с их юным принцем что-то не так. И вот как-то, на одном из турниров Платинового Кубка, в котором юный принц принимал участие, один из волков укусил его, взяв таким образом, кровь принца на анализ. Генная экспертиза показала, будущий король полукровка и не может быть наследником престола. — Вайолет вздохнула.

— Любая идея фикс всегда находит своих последователей. Тот самый волк, куснувший принца, набрал команду единомышленников для поисков настоящего Даниэля Монтэра. Тем временем, самозванец стал королем. У Дани есть еще родной брат, Жюслен Монтэр, но его не воспринимали всерьез. Слишком уж легкомысленный и говорят у него проблемы с ориентацией, а таких, обычно не любят. Вот если бы с Жюсленом все было в порядке, подмененного принца с престола бы свергли и воздвигли законного чистокровного представителя династии, а так, как он не в полной мере мужик, отрядец последователей традиций ударился в поиски Даниэля.

— В смысле "не в полной мере мужик"? — не понял я.

— Ну, вроде как голубой он, понятно? — Соня смешно сморщила нос. — Короче, долгие годы волчья братва разыскивала настоящего Даниэля, который мог быть уже мертв. Но они верили в успех, как христиане в Иисуса, и их труд был вознагражден. Они разыскали его и вот, совсем недавно на собрании старейшин королевства, Даня доказал свое мастерство обращаться по желанию. Ему сделали анализ крови, и прежний король был свергнут. За обман его приговорили к смерти, но так как обман был совершен не им, а теми, кто подменил малышей, и так как король из полукровки вобщем-то был хороший, приговор смягчили на тюрьму.

Вайолет достала сигарету, и с наслаждением затянулась.

— Так, что Даня теперь король. А королю нужен наследник, а для этого ему нужна жена. Девственница. Улавливаешь?

— Алиса!!! — хором выдохнули мы с Лиадой.

— Вот именно, Алиса, — усмехнулась Соня. — Лиард уже доставил ее в свою берлогу.

— Но ведь она не оборотень! — воскликнула Лиада.

— Зато она девственна, ну а то, что она не оборотень, дело наживное.

— А прежняя королева? — я нервно постукивал пальцами по перилам.

— Живет в пристройке к тюрьме мужа, вместе с сыном. Да, Крис, не делай такие глаза, это ее собственный выбор. Встречаться им запрещено, можно видеться только через решетку.

Соня замолчала. Какое-то время мы обдумывали услышанную информацию, не нарушая тишины. Первым заговорил я.

— Спасибо Вайолет. Все ясно кроме одного, если в королевстве оборотней короновали законного короля, почему об этом не в курсе большинство бессмертных? Такие мероприятия обычно широко освещаются. Они, что сделали это, минуя решение Совета Концессий?

— Видимо так оно и было, оборотни решили, они сами вправе решать, кто станет их королем.

— Но это не законно! Они все уже фактически в беспределе!

— Так уж и все? — Соня недоверчиво сверкнула фиолетовым неоном.

— Абсолютно, — подтвердил я. — Теперь у меня есть все основания просить у Самаэля армию и двигаться в королевство для подавления самовластия.

— Ты обязательно это сделаешь Крис, но сейчас для нас наиболее первостепенно спасать Айрин, — серьезно заметила Соня. — Помнишь, Марла говорила тебе о том, что может быть переменчивее воли богов?

Вайолет деловито разгуливала по маленькой площадке между лестничными пролетами маяка. Летное поле полыхало яркими посадочными огнями, а под темно-желтым диском луны шли на посадку и устремлялись в небо гигантские бабочки-самолеты. Сначала разогнавшись по мерцающим огням полосы самолет, взлетал, и долго исчезая в темном небе, мелькал бортовыми огнями и теплым светом иллюминаторов.

Соня проследила за моим взглядом.

— Ты слышишь, Магистр? Нам нужно спасать Рини!

Глава 7.

Сантал.

Я еле заметно двинул кистью и по магическому кругу зазмеилась лента живого огня.

— На твоем месте, я не был бы так уверен, — мрачно проворчал я.

Лиада окинула меня недовольным взглядом.

— А я на твоем месте, поучилась бы доверять другим, хоть иногда. Это измерение было создано лично мной о нем никому неизвестно, так что расслабься и делай свою работу.

— Измерение создано тобой? — я удивленно вскинул брови. — Не знал, что среди вампиров есть творцы.

— Это не единственное, что ты не знал о нас, — парировала Ли.

Молодец девочка, как всегда, за словом в карман не полезет. Это тебе не Айрин, мысленно сказал я себе. Та вечно промолчит и сделает по-своему. Ли молчать не станет, заткнет любого профессионала разговорного жанра.

Я в последний раз окинул взглядом окружавший меня мир. Этот мир не был настоящим, Лиада придумала его, чтобы наслаждаться солнечным светом, который здесь не может причинить ей вреда. Здесь она могла купаться в золотых искрах рассвета, видеть природу не ночным зрением, а человеческими глазами. Может быть поэтому, ее глаза не утратили способности видеть днем. Этот мир был похож и в то же время не похож на наш, созданный Превером, и Креаторами, мир. Он был слишком ярким, как будто смотришь кино в сочных красках на огромном плазменном экране.

Сейчас здесь была пора рассвета. Пасмурное, темно-голубое небо, светлело. Солнце скрывали плотные хлопья облаков. Трава в этом пасмурном свете казалась бирюзовой, а в рассыпанных на ней каплях росы отражались язычки пламени. Никогда прежде я не был так близок к смерти. Сейчас, как никогда, до меня дошел весь смысл слов Вайолет о жизни. Прожив в этом мире века, я был не готов расстаться с ним. Дерзнув побеспокоить бога, нужно быть готовым ко всему. Что ждет меня там, в зазеркалье?

Я думал о жизни, поднимая с земли заклятый семью печатями гремуар.

Я представлял многоцветные языки заката, заливавшие небо, весь обозримый простор, когда раскрывал древние печати одну за другой.

Я видел штормящий океан, чувствовал ветер, швырявший в лицо соленые брызги, и их вкус у себя на губах, когда, не глядя, раскрыл гремуар на нужной странице.

До последней секунды, уже бормоча заклинания, я думал о нежно-голубой планете, о мокрой земле и запахе осенних листьев. Я прощался со всем тем, что так любил все эти годы. А потом я упал в пустоту…

"Что?!!" Вопрос ударил в мое сознание подобно грозовому раскату. Слишком долго я цеплялся за жизнь и к встрече с богом оказался не готов. Я осознаю себя, значит, еще жив. К сожалению, кроме сознания от меня больше ничего не осталось. Честно говоря, это трудно объяснить, но я попробую. Мое сознание оказалось не в параллельном измерении, не на планете, и не в мире. Я оказался вне всего. В том самом ничто и нигде. Это было, прежде всего. Это было даже не пространство, потому что "ничто и нигде" не может лежать в ограниченных плоскостях.