Чтение онлайн

Семёныч всполошился, побежал к аптечке, Петька стал наполнять стакан из чайника остывшей кипячёной водой, а я закусил губу - вот надо же было так - в понедельник, тяжко, а тут ещё заявительница со слабыми нервами.

– Кольцов, ты чего творишь?!
– строго рявкнул Семёныч - баба и так еле на ногах стоит, а ты ей про кусочки плоти! Очертенел, что ли? А если сейчас жалобу накатает, что её запугивали? Ты думай другой раз, прежде чем плести всякую хрень!

– А я чего такого сказал! Ну правда же!
– попытался оправдаться я - могли на запчасти украсть! Я что теперь должен делать?

– Думать ты должен!
– сердито бросил капитан Федоренко, капая на ватку нашатырём - и искать её дочь! Кстати - она хорошая знакомая начальника. И Дмитрий Семёнович просил отнестись к её заявлению с максимальным вниманием. А ты чего? Про кусочки плоти?

Мне только этого не хватало - моё сердце затрепыхалось сжалось, как будто его посадили в маленькую ржавую клетку, откуда нет выхода - ещё и знакомая начальника УВД! Ну, всё...теперь будут каждый день прессовать, требовать результата. Не прикроешься хорошей бумагой.

Женщина вздрогнула, Семёныч ещё раз ткнул в её нос вонючей ваткой, дама глубоко вздохнула и при помощи моего непосредственного начальника взгромоздилась на стул.

Я выжидательно смотрел на Гринькову, не зная, как она отреагирует на свой обморок - может меня обвинит. Потом женщина достала из сумочки платок, надушенный стойким запахом тонких духов, потёрла им нос, и сухо сказала:

– Мне говорили, что вы профессиональный маг- розыскник, специализирующийся на поисках людей. И часто их находите. Вы можете найти мою дочь?

Я начал втирать ей в уши, что да, нахожу, но это зависит от обстоятельств, от времени, от мощности ауры, излучаемой человеком, от погодных условий, от...

– Остановитесь - прервала меня заявительница - если вы найдёте мою дочь - я дам вам двадцать тысяч долларов. Мой муж состоятельный человек, и может себе позволить любые траты ради нашей дочери.

– Кхе-кхе!
– закашлялся в углу Петька, жадно прислушивающийся и Семёныч показал ему кулак - мол, не лезь!

– Вообще-то я зарплату тут получаю - я героически отбросил картинку себя, сидящего в ресторане, в новом костюме и вокруг хоровод девушек в эротических нарядах - вот если что-то для отдела сделаете - спонсорскую помощь - мебель, магические зеркала, ноутбуки новые - мы бы не отказались. Сами видите, какое убожество. Семёныч из-за спины дамы показал мне большой палец - молодец!

– Как скажете - пожала плечами дама - найдёте - будет вам спонсорская помощь. Так я могу рассчитывать?

– Можете. Я прямо сейчас и начну. Петя, закрой дверь, коллега. И лучше с другой стороны, хорошо? Валентин Семёнович - мне нужна малия - и тишина, по крайней мере минут десять. Вообще - я сколько раз вам говорил уже, просил - мне нужна отдельная комната для работы с малией! Это же не так просто, и опасно, между прочим! Можно потерять разум!

– Тебе нечего терять - мстительно буркнул Петька, выходя из комнаты.

Семёныч достал из сейфа драгоценную жидкость, получаемую из спецхрана областного УВД, отлил немного в блюдечко - грамм сто, не больше, сказав, чтобы я экономил - малии осталось на три раза, а привезти должны только в пятницу.

– И чем я должен работать тогда? Как можно работать, когда вы не обеспечиваете спецсредствами?

– Ножками надо работать, и головой!
– парировал капитан Федоренко - как раньше работали наши отцы и деды. Избаловались вы - пропади магия, куда пойдёте? Бутылки собирать?

– Машины пойду ремонтировать. Или вон - найду их дочку и женюсь на ней. А они мне купят особняк в Каннах. Не напрягайтесь - не буду я жениться на ваше дочери, шутка это!
– на всякий случай пояснил я, заметив, как брови дамы двинулись вверх.

– Я поняла - сухо заметила она - так вы приступаете к поискам, или нет? Вам это...малии надо? Я вам бочку привезу.

– Было бы неплохо - быстро застолбил я делянку золотодобытчика - вот как без малии магу-оперативнику заниматься поиском пропавших людей? Когда экономишь на каждой капле! А вы видите стопу бумаг? Ведь до потолка! Ладно, приступим. Всем полное молчание. Начнём с малого. Дайте мне последнее фото вашей дочери...да нет, не надо эту эротику, достаточно просто одной из самых свежих по времени фотографий. Ага, нормально. Теперь думайте о дочери, пытайтесь с ней связаться, поговорить, мысленно. Представьте её образ...возьмите меня за руку...встаньте...пойдёмте к карте города...думайте...думайте...

Я встал возле огромной карте, висевшей на стене, и закрыл глаза, сосредоточившись на ощущениях, на подобии матери и дочери - кстати, они были похожи как две капли воды, только мать гораздо старше. Потом я произнёс фразу заклятия, которой пользуются все маги-поисковики. Самое интересное, что если у тебя нет способностей поисковика - ты хоть убейся о стену, но сколько не произноси это заклятие - ничего не получится. У меня эти способности были. С детства.

Моя рука как будто бы сама по себе поднялась и потянулась к карте, палец ткнулся в точку где-то ближе к окраине города и я замер - тут!

– Она тут. В этом месте. Где - пока не ясно. И не ясно - жива она, или нет. Но она в городе.

– А как узнать, жива она или нет?
– женщина с волнением закусила губу

– На то и малия. Присаживайтесь, и молчите. Не мешайте. Мне нужно сосредоточиться. Валентин Семёнович - постерегите у двери, ладно? А то влезет какой-нибудь идиот, и всё дело испортит.

Семёныч согласно кивнул головой и встал к двери, подперев её спиной. Работа с малией непростая штука, и можно лишиться не только разума, но и жизни - меня предупреждали на курсах началов поисковой магии. Так-то я работал с магической жидкостью уже раз десять, но...каждый раз, как я начинал вглядываться в чёрную маслянистую поверхность этой смеси крови мага, настойки боярышника, мочи младенца мужского пола до одного месяца и ещё пяти ингредиентов, два из которых были не для общего сведения, я испытывал трепет и у меня начиналось учащённое сердцебиение.

Слова заклинания падали тяжело, как свинцовые пули, в воздухе будто бы стало накапливаться статическое электричество, и у меня начали вставать дыбом волосы, несмотря на короткую 'полицейскую' причёску. Женщина напряглась, глядя на меня широко раскрытыми глазами, а я продолжать нараспев декламировать 'стих'.

Малия начала закипать, покрывшись пузырьками, затем её поверхность разгладилась и стал светлеть, образуя что-то вроде экрана телевизора. Я увидел, как девушка с фотографии подняла голову и посмотрела на кого-то, сидящего за столом. Этот кто-то говорил о том, что скоро он отпустит её, пусть не боится и не переживает.