Чтение онлайн

– Понимаю - кивнул головой я, и переглянувшись с Василисой, сообщил - у нас...тысяча пятьсот монет.

– Скоолько?!
– глаза старика вытаращились так, что казалось - сейчас они вывалятся из орбит - и все...такие?!

– Нет. Есть и другие. Те немного подешевле. Но основная масса такие, как я вам дал.

– У меня в голове не укладывается - старик переводил взгляд то на меня, то на Василису, будто подозревая, что мы шутим - я не верю! Такое не может быть! Как, как вы получили эти монеты?!

– Клад нашли, я же вам сказал. Только вот как теперь определить их примерную стоимость? Это работы на несколько дней.

– Это точно, это точно - задумался старик - вы понимаете, в какую сумму это вылезает? Даже если каждая монета стоит по пять тысяч долларов, у вас на семь с половиной миллионов товара! А если там, как вы говорите, таких монет, что вы мне дали, большинство, то сумма сразу увеличивается в разы! Ну-ка, прикинем - если по тридцать тысяч...о господи! Я таких денег в жизни не видал! Сорок пять миллионов долларов! Нет, это нереально. Давайте думать, как быть. Никто такую сумму сразу не отдаст. При всём желании. Хотя...в общем так - если за всё вам дадут тридцать миллионов - согласитесь?

Я внимательно посмотрел на старика и сделал умное лицо. Если честно - такие суммы меня просто ошеломляли. Несколько минут я вообще ничего не мог сообразить - для парня с рабочей окраины перечисление абстрактных миллионов было сродни космическим расстояниям, которые разум отказывается понимать - два парсека, три парсека...сто парсеков. Наконец, опомнившись, я ответил, прервав повисшую паузу:

– Да. Согласимся - и посмотрел на Василису. Та была безмятежна и спокойна, как магнолия. Скорее всего, она привыкла слышать о таких суммах- всё-таки дочь олигарха...покойного олигарха.

– Хорошо. Сейчас я поговорю с московским человеком и озвучу его решение - нахмурился старик - не знаю, как он отреагирует на такое известие. Это слишком серьёзно, чтобы...в общем - увидим. Извините.

Старик поднялся на ноги и быстро пошёл в дом. Мы остались вдвоём. Неожиданно, Василиса сказала:

– Мне не по себе. Такие суммы...ты-то вон какой спокойный, как скала, а у меня аж поджилки трясутся!

Я расхохотался, глядя на недоумённое лицо Василисы. Она обиженно поджала губы, и подозрительно спросила:

– Чего такого смешного я сказала?

– Извини - выдавил я из себя, откашлявшись и подавив приступы смеха - я глядел на тебя, и думал, что ты такая спокойная, как скала, что тебе в привычку оперировать такими суммами! А ты вон чего!

– Ты что думаешь, я целыми днями миллионы считала, что ли?
– улыбнулась Василиса - сижу эдак, и над миллионами чахну? Да у меня в руках больше пятисот баксов никогда не было! Карточка, что отец дал - с лимитом в пятьсот баксов, и все!

– Ничего себе - и все!
– хохотнул я - если бы у меня когда-нибудь была карточка с лимитом пятьсот баксов...

Я не успел закончить свои мечты о пятисотбаксовой карточке - их прервал не вовремя пришедший нумизмат:

– Всё, договорились! Слушайте: завтра человек приедет сюда. Я вас попрошу оставить эти пять монет у меня - не беспокойтесь, мы сейчас напишем расписку, снимем на видео то, как вы передаёте мне монеты. Безопасность гарантирую. Зачем оставлять? Вы должны понимать - человек едет издалека, оставляет свои дела, ломает свои планы -и вдруг, вы передумаете, или же, тьфу-тьфу, с вами что-то случится - он не должен приехать зазря. Иначе моя репутация будет подорвана.

– Да нет проблем - пожал я плечами - когда встречаемся? Когда он будет здесь?

– Завтра. В полдень. Он вылетает на своём самолёте. Принесите с собой весь клад, и желательно в том, в чём он хранился - для антуража. Если, конечно, оставили ёмкость. Оставили? Замечательно! Ну что же - займёмся оформлением передачи монет.

Ушли мы от старика через час. Пока оформили монеты, пока попили чаю - без этого он нас не выпустил. Во время чаепития он разглядывал переданные ему монеты и его глаза горели, как у фанатика.

Меня забавляло такое трепетное отношение к маленьким кружочкам металла. Честно говоря, никогда не занимался собирательством, коллекционированием - неинтересно, и всё. В моём понимании это было чем-то вроде страсти Плюшкина к собиранию старых, ненужных вещей. Впрочем - каждому своё. Почему и нет? Человек увлечён интересным делом, а кроме того - зарабатывает на нём хорошие деньги. Можно только позавидовать тому, кто превратил увлечение в работу и получает от неё удовольствие. 'Да шоб мы так жили!' - только и скажешь.

Вызванное нам такси, преодолевая пробки, в считанные два часа донесло нас до набережной, где мы собирались хорошенько посидеть. Посидели. Слегка выпили, хорошо покушали, посмотрели на то, как над морем кружатся летательные коврики - Василиса сказала, что мы обязательно купим такой. Чего бы это не стоило. Самый лучший, швейцарский, с специальным тентом, обтекателем и всякими такими причиндалами. Что мы, нищие, что ли? Таскаться по пробкам совсем не входит в её жизненные приоритеты.

Сытые, довольные, мы отправились на квартиру, где и обнаружили, что нас ограбили.

Войдя в комнату, я сразу почувствовал - что-то не то. Вещи лежат не так, как мы их положили - будто кто-то в них рылся. И самое главное - покрывало на кровати скомкано, сброшено на пол. Сумки, в которую мы сложили монеты - нет!

Василиса бессильно села на кровать, и заплакала:

– Вась, да что же это такое? Как мы теперь будем? Из моей сумочки тоже всё забрали! Теперь у нас только то, что в карманах, да то, что осталось у старика, да? Столько труда, столько переживаний - и всё напрасно?

Я хмуро посмотрел на плачущую жену, сел с нею рядом и обнял за плечи:

– Успокойся. В крайнем случае у нас остались те монеты, что взял старик. Так что не всё потеряно.

– Мы же не можем заявлять в полицию, да?

– Не можем. Кроме того - зачем нам полиция?
– усмехнулся я - полиция уже тут. Успокаивайся - ничего страшного не случилось. Ну обнесли нас, и что? Не мы первые, не мы последние. Займёмся делом.

Я похлопал Василису по коленке (Ну как удержаться, когда рядом такие коленки!):