Чтение онлайн

— Мама, что это за тайны? Что все это значит? Источники открыли не так давно, а известно о них стало на днях. Откуда ты все знаешь?

Мама замахала руками:

— Столько вопросов. Не все сразу. Я объясню, надеюсь, ты мне поверишь. Впрочем, а что тебе еще остается.

— Что со мной было?

— У тебя произошло опустошение резерва. Сначала ты перенапряглась, а потом полностью выложилась. Такие действия приводят к выгоранию, и не всегда дело заканчивается просто лишением дара, чаще остаются необратимые последствия на физиологическом уровне вплоть до смертельного исхода.

Мама приняла строгий вид и начала меня отчитывать:

— Это безответственно с твоей стороны — вытягивать огромное количество силы и выплескивать ее. Тем более в таком энергетически ограниченном пространстве! Нельзя безрассудно пользоваться тем, чем не умеешь.

— Борин. Ему было плохо. Я испугалась, что он может умереть, — лепетала я в свое оправдание и потом перешла к обвинениям, — Раз ты все знала, не надо было блокировать мой дар, а надо было учить меня пользоваться им!

— Я хотела тебя защитить. Нет дара — нет проблем. И волосы стригла по той же причине. Они помогают накапливать женскую силу, что способствует пробуждению дара.

До меня стало доходить:

— И цветы?

Она утвердительно закивала головой:

— Да, цветы, как и все живое, особенно чувствительны к энергетическим проявлениям. Они способны к обмену энергиями и тоже могли спровоцировать ослабление, а то и срыв печати.

— В бреду я видела тебя сквозь всплески светлой энергии. Это ты меня вылечила?

— Я вовремя успела, еще бы немного и начались необратимые разрушения на физическом уровне. Мне понадобилось много энергии, гораздо больше, чем тебе удалось вытянуть из пространства. Хорошо, что у меня всегда есть с собой запас, — она достала из кармана жесткий диск и помахала им передо мной.

Я нервно хихикнула, представив маму, долбящей по клавиатуре, увлеченную компьютерной игрой. Она снисходительно улыбнулась.

— Это накопители — новейшая разработка ученых. У меня еще остался доступ к нескольким хиленьким источникам по всему континенту. Слабые потоки трудно отследить по спутникам, они не попали в поле зрения «Соломона», по крайней мере пока. Извлечение энергии из этих источников занимает кучу времени, но оно того стоит. Я постоянно занимаюсь пополнением запаса. Время от времени мне нужна подпитка.

Я протянула руку и взяла накопитель, начала вертеть его, попыталась рассмотреть внутренним зрением.

— Он пуст, — прокомментировала мама, — а тебе надо многому научиться и лучше пока не пользоваться даром. Как видишь, это может вызвать печальные последствия.

— Я не брошу Борина умирать, — упрямо стояла я на своем, — ты можешь мне помочь, или я буду пытаться сама.

— Ты дала ему сегодня слишком много. Во-первых, этого хватит для поддержания его стабильного состояния в ближайшее время. Во-вторых, ты не подумала о том, что это может вызвать подозрения на ближайших осмотрах в «Соломоне»? И, в-третьих, чтобы его подпитывать требуются совсем небольшие усилия, тем более после твоих сегодняшних вливаний.

— Ты объяснишь мне, что делать?

Мама опять горестно вздохнула:

— Теперь, когда печать сорвана, конечно, я покажу. Только обещай, не пользоваться энергией самостоятельно.

Она ждала от меня ответа. Я скрестила пальцы под одеялом и подумала, что, если я буду пользоваться под присмотром Тауса, это нельзя назвать самостоятельно. С чистой совестью я торжественно произнесла:

— Обещаю!

— Кстати, о разблокировке, — она внимательно посмотрела мне в глаза, — что произошло?

— Не знаю, — честно ответила я.

— Сильный эмоциональный взрыв, возможно, с эротическим подтекстом, — задумчиво протянула мама, скорее обращаясь сама к себе, потом резко перевела на меня взгляд:

— Кто это был?

— Что кто? — растерялась я, а передо мной опять всплыл горящий взгляд, и я буквально ощутила нежные прикосновения из сна, так похожие на воспоминания из реальности.

— Это был не Борин. Вы с ним уже несколько месяцев, и ничего не происходило. У тебя был кто-то еще.

Я начала злиться скорее на себя, мысленно отогнала наваждение, не выдержала и сорвалась на повышенный тон:

— Я не такая, как ты. Я встречаюсь с Борином, он сделал мне предложение, я выйду за него замуж. У меня никого нет и не будет. У него тоже. Точка.

— Ты так уверенна насчет него? — мама в сомнении пожевала губами.

— Не лезь в мою жизнь! Я не хочу быть такой, как ты.

— От природы не убежишь, — вздохнула мама, — Ты моя дочь.

— Но еще я дочь своего отца. Если он не показывает, что ты причиняешь ему боль, это не значит, что он ее не испытывает. Я никогда не заставлю близкого человека страдать.

— Доченька, ты так молода и делишь жизнь на белое и черное, а существует множество оттенков серого. Например, Борин так удачно встретил тебя, со своей искореженной аурой. Видимо, даже с печатью на даре, ты приносила ему облегчение. И заметь, ситуация была далека от критической. А сейчас ты, возможно, спасла ему жизнь. Может, им движет не любовь, а бессознательное стремление быть ближе к источнику?

— Все мы бессознательно к чему-то стремимся. Я мечтаю о настоящей, дружной семье, где родители проводят время с детьми и не имеют от них тайн, где царит доверие и понимание.

— Милая, я желаю тебе счастья. Надеюсь, у тебя получится прожить эту жизнь лучше, чем у меня. Возможно, я была неправа, скрывая от тебя правду о своем происхождении.

Несколько минут мама тягостно молчала, а потом продолжила с тоскливой ностальгией:

— Дара, ты не знаешь, что такое счастье: полное, безграничное; внутренняя гармония, целостность души и тела. В этом мире такое невозможно. Поэтому все религии грезят о рае. А я потеряла свой рай. Мое счастье и свобода разбились об айсберг страсти.

Я внимательно прислушивалась, не рискуя перебить мамины откровения. Я знала, что сейчас узнаю что-то очень важное о себе. Она продолжала:

— Я была молода и наивна, наслаждалась вольной жизнью на просторах нашего мира — Ирия. Мира, полного искрящейся энергии, не столько видимой, сколько осязаемой каждой клеточкой тела. Эта энергия проникала в самую глубину сути, наполняла не столько тело, сколько душу. Потоки, пронизывающие пространство, дарили нежную мягкость, легкость и веру в гармоничность бытия. Потерянный рай, — она медленно прикрыла глаза, контролируя размеренное дыхание.