Чтение онлайн

— Господин Роджерс, — холодно произнес он. — Я ценю наше партнерство. Но столь голословные утверждения…

— Голословные, господа Ростовы? — С усмешкой перебил он патриарха, чем вызвал уже явное неудовольствие своей персоной всех членов Малого Совета.

Даже добрейший казначей и главный медик посматривали на «гостя» с открытым презрением.

Тому было наплевать абсолютно. Он и так себя прекрасно чувствовал. Что мнение варваров для джентльмена, несущего бремя белого человека среди дикарей?

И пусть сегодня они нужны и полезны, но все равно остаются не более чем вчера слезшими с пальм обезьянами.

Тем более, повод ткнуть носом в собственные промахи родовую разведку у британца действительно был.

— Возможно, вам неизвестно, господа, что четыре дня назад… — «гость» оглянулся на часы в углу кабинета, показывавших, что полночь уже минула, и поправился. — Пять дней назад имперская канцелярия одобрила брак Громовой Натальи Григорьевны с неким Коротковым Александром Сергеевичем. Происхождения, спешу заметить, самого простого.

Щелк!

Глава родового спецназа «случайно» сломал карандаш, что еще секунду назад порхал меж его сильных и тонких пальцев. Большинство моральных терзаний по поводу будущего убийства бывшей невесты для него рухнули в один миг.

«Со смердом!..», — Крутилась в его голове единственная мысль.

И «привкус» от нее был лишь омерзения.

Фридрих Ростов теперь полностью был готов вступить в войну. И он убьет эту дуру. Но сначала сдохнет этот… Простолюдин. На ее глазах.

— Смею заметить, что по моим данным Станислав Матвеевич Громов никаких возражений по данному поводу не выказывает, — продолжил «гость». — Более того, он вполне добровольно подтвердил свое согласие на брак. Прошу заметить, сильной одаренной. Потенциально третьей ступени. Не находите странным?

Патриарх задумался. Это было действительно необычно. Однако Стас всегда умел делать неожиданные ходы. Проблема была в том, что он ВСЕГДА извлекал из них выгоду.

Отдельно Герман Людвигович отметил закаменевшее лицо Фридриха. Что ж, в рамках нынешней войны, такой настрой, наверное, даже к месту. Но ведь война всегда сменяется миром, и тогда…

Старый Ростов глянул на главу службы безопасности. Игорь Франкович едва заметно кивнул «проблему понял». Многозначительно глянуть на главного медика Рода глава не успел. Тот покачал головой. Что ж, и Степан Ильич озаботится наблюдением за психикой молодого человека.

Стив Роджерс же мысленно поморщился. Он еще со времен колониальных разборок Азии и Африки был уверен, что всяким там туземцам дозволять принимать самостоятельные решения — просто недопустимо для белого человека. Напортачат махом, а краснеть за «зверушек» перед коллегами придется самому.

— Тем же днем имперская канцелярия дала разрешение на брак некой Кареевой Алины Эдуардовны и Короткова Александра Сергеевича. — Негромко заметил «гость», так и не позволивший прорваться наружу и тени своих истинных чувств.

В кабинете повисла звенящая тишина. Ситуация перевернулась на сто восемьдесят градусов. Теперь война велась не просто против Рода, обладавшего скорее промышленным и экономическим весом, а против двух. При этом Кареевы — вояки до мозга костей. И личными силами располагают немалыми.

Новая информация требовала срочного осмысления.

— Но почему канцелярия не объявила о помолвке сразу же? — Воскликнул уязвленный Фридрих.

Его «соперник», который о своей роли даже и не подозревал, завоевывал все новые очки.

Стив Роджерс промолчал. Патриарх же и безопасник как-то одинаково вздохнули. Не стыдно чего-то не понять сразу. Но вот демонстрировать это перед чужими, пусть на данный момент и в союзном статусе — совершенно недопустимо!

Однако объяснить все-таки нужно. Хотя бы за тем, чтобы «гость» решил, что здесь вообще никто не способен к быстрому анализу. Это для будущего бизнеса… Вредно.

— Таким образом, Фридрих Олегович, император ненавязчиво демонстрирует нам на чьей он стороне. Естественно, напрямую он вмешиваться в войну Родов не рискнет, но свои симпатии обозначил предельно ясно.

Патриарх помолчал несколько секунд, после чего уточнил:

— У вас есть что добавить, господин Роджерс?

Мужчина едва заметно пошевелился.

— Нет, господин Ростов, — ровно произнес он. — Мне нечего больше добавить.

Не объяснять же очевидные вещи туземцам? Вот уперлись они в союз Кареевых и Громовых, а на самого Короткова внимание не обратили. Простолюдин — и все этим сказано. Однако отчего-то посланник Туманного Альбиона был уверен, что этот самый Александр Сергеевич и без своей функции «связующего звена» какую-то ценность представляет. В конце концов, мало ли у Родов наследников. Могли бы заключить союз и «напрямую». Однако что-то все-таки заставило из прибегнуть к «третьему лишнему». И это было опасно. Не для Ростовых. Стиву Роджерсу, как его звали здесь и сейчас, было совершенно наплевать на планы местных дикарей.

Под угрозой стояли его собственные планы.

— Тогда не могли бы вы оставить нас? — Ровно произнес патриарх. — Нам необходимо обсудить новости… В кругу семьи.

— Естественно, господин Ростов. — Кивнул «гость», поднимаясь со своего места.

Господину Роджерсу совершенно не было необходимости присутствовать здесь лично. Ордена иезуитов ко второй половине благословенного двадцатого века достигли великих успехов в деле подслушивания и подглядывания.

Потому-то и не без оснований надеялся представитель банкиров, что едва заметное устройство не обнаружат после его ухода.

Он оказался прав. И даже четкое и емкое определение «урод» в свой адрес, с которого и началось обсуждение той задницы, в которой оказался Род Ростовых, его не смутило.

Глава 15.

Я усмехнулся, оглядывая свое воинство.

Странное ощущение, телом я гораздо младше каждого из них. Однако до сих пор помню, какими взглядами большинство из них награждали меня год назад: надменными, насмешливыми, равнодушными. В зависимости от происхождения, места действительной службы и боевого опыта. Однако потом последовали шесть месяцев подготовки, в первые же дни которой я, подобно дядюшке известного в мире «старшего» Онегина, уважать себя заставил. Вне зависимости от званий, регалий и Рода. А следом и интерес в глазах у многих появился. Равнодушных же через четыре недели в рамках первого отсева попросили с вещами на выход. А уж как смотрели на друг друга какой-нибудь князь и пластун безродный, стоило поставить их в пару. А сейчас вон как: князь Борецкий себе в ущерб не посчитал радушно обняться с мичманом Котенко, роду самого простого. И сегодня уже и в голову никому из них не придет, а как совсем недавно могло быть по-другому. Для того и слаживали из всех в боевое братство. Я — полгода на полигоне, а затем и Бенкендорф «в полях» малыми группами. Кстати, именно их результаты повлияли на решение императора дать шанс ИСИ.

Результативно отработали ребята.

Да и инструктора радуют — вон Винни лезет обниматься с горцами, а братан мой о чем-то живо расспрашивает казаков. Невесты так вообще выдали. Рядового Иванова оседлали! По одной на каждое плечо. Тот аж покраснел, бедолага. Не думаю, что от натуги. Такому здоровяку и нашего Винни приподнять не сложно. Но вряд ли двадцатипятилетний паренек когда-нибудь предполагал, что будет на своих плечах катать наследниц Великих Родов.

— У-у-у, медведь! — Шутливо погрозил ему пальцем я. — Уведешь у меня невест!