Чтение онлайн

Цветанке явно не давалось имя знаменитого римского цезаря, и она виновато посмотрела на смеющегося мужа.

– Извините, мой господин. Можно, я буду звать вас Юлианом? – набравшись смелости, спросила она.

– Да, нет проблем!

– А? – девушка растеряно приоткрыла рот.

– Это значит, что я согласен, – произнёс он снисходительным тоном и весело добавил: – На самом деле я Юлиан Соколовский, – уголки его губ снова дрогнули в неудержимой улыбке. – Давай перейдём на «ты». Хорошо?

– Хорошо!

– Вот и славненько! Думаю, ты уже догадалась, что в ваших местах я на положении иностранца…

Не давая Цветанке задать вопрос, что значит слово «иностранец», юноша принюхался и озадаченно спросил:

– Слушай, от кого из нас так несёт дерьмом? Вроде бы я искупался перед входом в город.

«Конечно, если лужу можно счесть за ванну, а пару пригоршней воды в физиономию – полноценным мытьём», – насмешливо подумал он.

Алая краска густо залила щеки девушки, и она отступила назад.

– Это от меня, – чуть слышно пробормотала она и, поколебавшись, добавила: – Мы поругались с тёткой Гашихой. Она рассердилась и столкнула меня с помоста, и я угодила руками в коровий навоз…

– Бывают в жизни огорчения, не бери в голову! – с сочувствием проговорил Юлиан и ободряюще коснулся плеча девушки. – В чём дело? – спросил он с недоумением, когда от его безобидного жеста она нервно вздрогнула и окончательно смутилась. На его лице промелькнула досада. «Во, блин! Вечно я забываю о своей новой диспозиции в штанах!»

– Полно смущаться, цыплёнок! – он подмигнул своей неожиданно приобретённой жене. – Идём, поищем приличную гостиницу и закажем роскошную ванну. Я тоже не откажусь помыться в цивилизованных условиях, а то уже достало плескаться на природе.

Они попали в густую толпу, обильно нашпигованную промышляющими воришками, и Юлиан крепко ухватил Цветанку за руку, которая в свою очередь крепко вцепилась кошель. Когда они оказались на относительно свободной площади, он повернулся к девушке и с озабоченным видом предложил отдать ему кошелёк, уверяя, что так он будет сохраннее. Та бросила на мужа откровенно недоверчивый взгляд и решительно отказалась от помощи. Смерив её обиженным взглядом, тот кисло поморщился, но не стал настаивать и устремился вперёд. Цветанка бросилась следом, стараясь не отставать.

«Ну-ну! Мой господин, можете даже не мечтать! Денег вы не получите и, следовательно, не сбежите», – подумала она, правильно расценив досаду юноши, и порадовалась своей предусмотрительности. Девушка была уже наслышана о коварстве мужей, которые зачастую бросали своих жен, приобретённых на Ярмарке невест, как только в их руки попадало приданое. В казначействе, мило улыбнувшись, она успела выхватить из рук муженька мешочек с деньгами, отставленный на текущие расходы, и сразу же припрятала его на груди.

Юлиан недолго злился. Он снова подхватил девушку под руку и потащил её к двухэтажному зданию, выкрашенному в тёмно-зелёный цвет.

– Кажется, где-то рядом с гостиницей я видел вывеску с кабанчиком на вертеле и венок с плющом. Не знаю, что он у вас означает, а у моих доисторических предков это знак того, что здесь подают выпивку, а я сейчас не отказался бы перекусить и напиться до поросячьего визга.

В ответ он получил удивлённый взгляд.

– У нас не принято пить вино.

– Ясно. Сухой закон. Теперь понятно, отчего у вас мужики такие угрюмые, – прокомментировал Юлиан.

Они вошли в холл гостиницы, показавшийся им довольно тёмным после улицы, и осмотрелись по сторонам. Внутри просторное помещение оказалось не только чистеньким и уютным, но и было отделано с большим вкусом и пышностью.

– Ёшкин кот! Кажется, мы угодили в пять звезд, – опасливо прошептал Юлиан, склонившись к уху девушки. – Может, стоит поискать что-нибудь попроще. Вдруг мы не потянем эту роскошь? – Он потянул её за рукав по-цыгански пёстрого платья. – Идём отсюда, пока нас никто не видел…

– Нет! Подожди здесь! Сейчас я всё узнаю, – вырвавшись, девушка бросилась к небольшой дверце, расположенной у широкой лестницы, ведущей на второй этаж.

– Надеюсь, мы не останемся без штанов после постоя в этом средневековом Хилтоне, – пробормотал юноша. С независимым видом он засунул руки в карманы и задрал голову, рассматривая высокий расписной потолок. «Знакомые библейские сюжеты. Выходит, что здешний хозяин христианин. Похоже, здешнее мусульманство веротерпимо к другим народам и религиям», – промелькнуло в его мыслях. При виде роскошной хрустальной люстры с газовыми рожками он удивлённо присвистнул.

– Ого! Оказывается, и в этот мир вступила госпожа Цивилизация. Правда, её присутствие замечаешь только при наличии денег, – он тяжко вздохнул. «Увы! Вот их в моих карманах не прибавилось. А малявка-то оказалась не промах».

Цветанка вернулась в сопровождении худенькой моложавой женщины с задорным выражением на симпатичном личике. На её пышных пепельных волосах, убранных в косы, красовалась кокетливая кружевная наколка, да и одета она была во вполне европейский наряд без малейшего намёка на восточные мотивы – в жемчужно-серое платье с накрахмаленным снежно-белым передником.

«Гляди-ка, настоящая французская субретка!» – восхитился юноша. Он поймал себя на том, что пялится на ножки женщины в изящных туфельках и сердито поморщился. «Блин! Опять гормоны разыгрались!»

Не смущаясь обтрёпанным видом будущего постояльца, горничная жеманно поклонилась и повела их к широкой лестнице, застланной серо-зелёной ковровой дорожкой. На втором этаже им выделили роскошный номер с ванной и даже унитазом к большому удивлению юноши. Пока он с радостными возгласами бегал по номеру, заглядывая во все подсобные помещения и шкафы, девушка о чём-то пошепталась с горничной и та, получив немалые чаевые, согласно кивнула головой. Напоследок смерив парочку удивлённым взглядом, она вышла и бесшумно прикрыла за собой створки тёмных резных дверей.

– Эй, Ивьевна… тьфу не выговорить! Цыплёнок, чур, я первый на помыв! О, кей? – завопил юноша из чуланчика, отведённого под ванну, и категорическим тоном добавил: – А то я знаю ваши средневековые штучки! Наверняка придется на пару плескаться в одной и той же воде, а я после твоих навозных ручек мыться не буду.

– Я уже вымыла их с мылом у ханум Мейгерен, – отозвалась обиженная девушка.

– Ладно-ладно! Не злись, всё-таки я пойду мыться первым. Хорошо?

Цветанка смиренно поклонилась.