Чтение онлайн

– Сдавайтесь, Адлигвульф, или кто вы там! – торжествующе воскликнул Юлиан и противник, отбросив меч, со смиренным видом поднял руки.

– Пощадите, сударь! Я погорячился, напав на вас. Не поймите меня неправильно, но я действительно не держу на вас зла, тем более не собирался обижать эту милую девочку. Если вы дадите мне немного времени, я вам всё объясню.

– Это вряд ли. Но я всегда готов выслушать виновную сторону.

Не склонный к жестокости юноша собирался уже великодушно отпустить своего противника, как вдруг вмешался внутренний голос. «Мой господин, не верьте ни единому слову Раймонда! – устало предостерёг он. – Крепче держите лезвие у его шеи. Вы не сможете самостоятельно его убить, а я уже на пределе и больше не смогу вам помочь. – После некоторой заминки тот же голос добавил: – Посильней нажмите на его шею, и пока он не пришёл в себя, четырежды нанеси ему крестообразную рану в области сердца. Затем именами Дарины и Лики потребуйте от него клятву вассальной верности, тогда он больше не принесёт вам с девушкой вреда».

Так Юлиан и поступил. Он больше не слушал увещеваний своего противника и не обращал внимания на его превращения то в старика, то в беспомощную женщину с молящими глазами. Когда остриё клинка начертило четвёртый крест на его груди, профессор принял уже знакомый ему по Адису облик «магрибинца» и по его лицу пробежала судорога боли. Но она было ничто по сравнению с той, что появилась в его глазах, когда он услышал заветные имена.

– Проклятье, Рихард! Как смел ты выдать меня человечишке, да ещё потребовать для него вассальной клятвы? – вымолвил он со стоном.

– Смирись, Раймонд! – уже вслух проговорил всё тот же невидимый собеседник Юлиана.

Помимо усталости в его голосе прозвучал оттенок какой-то потусторонности и по спине юноши пробежал озноб. Он глянул по сторонам, не понимая, кто говорит.

– Понятно. Это ты придумал для меня такое наказание. Что ж, я вынужден его принять. Позволите, сударь? – обратился «магрибинец» к юноше и, не дожидаясь ответа, отвёл лезвие меча от своей груди и легко вскочил на ноги.

Поморщившись при виде крестообразных порезов на своей груди, сочившихся алой кровью, он провёл по ним рукой, и они бесследно исчезли. После этого он недобро глянул на Юлиана и, немного поколебавшись, опустился на одно колено, но при этом не склонил головы.

– Клянусь быть верным твоим слугой, – процедил «магрибинец» сквозь зубы и его глаза полыхнули зловещим огнём. – Но сначала заслужи мою верность, щенок! – насмешливо добавил он.

Прямо на глазах потрясённой парочки «магрибинец» исчез и громадный чёрный волк, появившийся на его месте, грозно рыкнул на них и… нырнул в кусты.

– Оборотень! – взвизгнула Цветанка и спряталась за спину юноши. – О Аллах! Сколько их здесь?

– А я откуда знаю?! – отозвался Юлиан.

Парочка проводила оборотня растерянными взглядами. Перемахнув низкую ограду, он снова принял облик степенного профессора и, обернувшись, с издевательской улыбкой приподнял шляпу.

«Блин! Ненавижу колдовские штучки!» При виде приближающегося патруля, Юлиан убрал меч и кинжал в ножны. Предосторожность была не лишней, стражники косо смотрели на вооруженных путников, особенно, на чужестранцев. Заметив, что они направляются в их сторону, он обнял девушку и приник к её губам. Стражники смерили его подозрительными взглядами, но сочли донесение о вооружённой драке ложным. Немного поглазев на целующуюся парочку, они отпустили несколько скабрёзностей и пошли дальше.

Оружие, брошенное противником, юноша счёл своим трофеем – по законам поединков он имел на это полное право. Трость нашлась в кустах и узкий меч, больше напоминающий шпагу, легко вошёл внутрь специальной прорези. Когда клинок встал на место раздался чуть слышный щелчок и Юлиан, заинтересовавшись, обследовал рукоять на предмет рычага, который его высвобождает. Но всё оказалось значительно проще, стоило стукнуть кончиком трости, и меч тут же отстреливался на свободу. «Ну, надо же! Даже есть специальная пружина! Классное оружие!» – восхитился он. Досконально исследовать новую игрушку ему помешала Цветанка, впавшая в панику при виде расплывающихся кровавых пятен на его рубашке.

– О, Всемогущий Аллах! Хабиб, ты цел?

– Ну, да!.. – на всякий случай юноша проверил свои ощущения. – Думаю, особых повреждений нет. Если что добавилось после вчерашней драки, то немного, – он оглядел себя, – чего не скажешь о новой рубашке. Если я такими темпами буду изводить гардероб Курта, то скоро он пошлёт меня ко всем чертям, а жаль. Представляешь, этот жмотина не дал мне свой жилет, заявив, что это работа какого-то знаменитого портного, который уже сыграл в ящик и новые вещи уже не у кого заказать, – грустно проговорил он.

Глаза девушки наполнились слезами.

– Какой жилет? Может, у тебя уже горячка? – пробормотала она и, не слушая уверений Юлиана, что с ним всё в порядке, принялась его ощупывать. – Муж мой, если тебя сильно ранили, я никогда не прощу себе такую глупость…

– Цыплёнок, перестань щекотаться! – не выдержав, юноша хихикнул, а затем прижал её к себе. – Прекрати реветь, дурочка! Я же сказал, что это одни царапины.

– Тогда почему так много крови?

– Видимо, задеты капилляры, но это не страшно. Немного покровят и перестанут.

– Про-о-ости! Хабиб, я не знала, что это какое-то чудовище, а не человек!.. Иначе я бы никогда с ним не заговорила-а!

– Нашла из-за чего расстраиваться! Я бы тоже не догадался, что это оборотень.

Вернувшийся сокол покружил над ними, а затем сел девушке на плечо и что-то успокоительно заклекотал.

– Умница, Финист! Сразу понял, что ты нуждаешься в моральной поддержке, – похвалил его юноша. – Ну, а где народ? – спросил он, и сокол снова сорвался в полёт.

– К-как думаешь, кто он такой этот оборотень и что ему было нужно от меня? – спросила немного успокоившаяся девушка.

– Понятия не имею! И вообще, нашла, кого спрашивать! Это же твой знакомый, – проворчал Юлиан и требовательно протянул руку. – Дай его сюда!

Цветанка судорожно сжала рубиновую капельку, но затем безропотно сняла кулон с шеи и положила на его ладонь. Правда, когда он швырнул его на каменную плитку дорожки и приготовился раздавить каблуком, она не выдержала и зажмурилась. Девушка сознавала, что кулон несёт в себе угрозу, и тем не менее расставание с ним было для неё равносильно расставанию с семьёй.

– Гляди-ка, это даже не камень! – удивился Юлиан.

Действительно, это оказался не шлифованный рубин, как они предполагали, а стеклянная колбочка, наполненная кровью. Когда крохотный сосуд треснул, она алой кляксой растеклась по светлой плитке, а затем вдруг превратилась в паука, который бросился бежать. Догнав мерзкое насекомое, юноша раздавил его, а то что осталось на всякий случай прижёг спичками. Выпрямившись, он повернулся к Цветанке, и довольство на его лице сменилось испугом. Бездыханная она лежала на земле.

Как только кровавый паучок погиб, свет перед глазами девушки померк, а когда она пришла в себя, Юлиана рядом уже не было. Не было и садика, в котором они встретились. Непонятно каким образом её занесло в совершенно жуткое место. Куда ни кинь взгляд, простирались топкие слизкие болота, поросшие редкими голыми деревьями. По блекло-зелёному низкому небу неслись какие-то больные тучи, похожие на гнойные нарывы. Отвратительный пейзаж действовал настолько угнетающе, что к испугу девушки добавилось чувство безысходности. Ко всему прочему задул резкий холодный ветер с колючим снегом.